Чтение онлайн

В частности, энергично взявшись за дело, редакторы ряда журналов на башкирском языке сумели в довольно короткие сроки значительно повысить свои тиражи, несмотря на все «объективные трудности» переходного периода. У «БП» ситуация облегчается тем, что он выходит на русском языке, т. е. может быть подписан и прочитан как всеми гражданами РБ, так и за её пределами, на всём просторе Российской Федерации.

Однако косность и устаревший, потребительский подход к делу со стороны редакции, настроенность только на «осваивание» и «списывание» государственных средств привели к плачевным результатам, которые мы имеем на сегодняшний день.

Практически не собирается редколлегия журнала, в которую вошли уважаемые люди и подлинные профессионалы литературы. Более того, отдавшись во власть кумовщине, журнал не принимает к публикации даже рекомендованные членами его же редколлегии рукописи! В нашей практике случалось, что в редакцию приносились рекомендации к печати, подписанные двумя и тремя членами редколлегии «БП» – и при этом они всё равно отклонялись по необъяснимым причинам. Зато «свояки» редактора публиковались безо всяких рекомендаций и задержек.

Крайнюю инфантильность проявляет журнал «БП» в пору значимых для всей республики общественных событий. Отдел публицистики, мотивируя свои поступки тем, что «их ничего, кроме литературы, не интересует» (хотя, как показывает практика, их и литература тоже не интересует) отклоняет статьи на самые жгучие темы, даже в пору выборов или общественных беспорядков, те самые статьи, которые, охотно публикуемые после в других изданиях Башкортостана, становятся опорой конструктивных сил Республики.

Актуальную публицистику не только не ищут на стороне, отфутболивают даже ту, что приносится признанными авторами и настойчиво предлагается к публикации (так было в пору выборов Президента РБ).

Кроме этого, следует отметить крайнюю степень снобизма, чванства и неуважительного отношения к самым известным литераторам в РБ, которое не только присутствует, но и активно насаждается в редакции журнала. Например, перевод на русский язык повести замечательного писателя-фронтовика А.Ш. Магазова был отклонён Р.В. Палем со словами «это очень слабый, никчёмный писатель, хотя человек хороший». Рукопись всемирно известного писателя М.А. ванова была на наших глазах испещрена огромной массой нелепых поправок в тексте, как будто Роберт Паль проверял тетрадь школьника, а не произведение значительно более известного, чем он сам, мастера слова. Стоит ли говорить, какие обиды переживают тонкие души молодых, начинающих писателей в стенах редакции.

Редакция «БП» решительным образом не считается также и с русским Творческим объединением в СП РБ, игнорирует его мнения и его решения. Стоит ли говорить, что рекомендации, подписанные главой ТОРП СП РБ, народным поэтом Башкортостана А.П. Филипповым в редакции недействительны, равно как и рекомендации, подписанные председателем СП РБ, народным поэтом РБ Р.Т. Бикбаевым?

В связи со всем вышесказанным, мы уже неоднократно били тревогу по поводу редакционной политики Юрия Андрианова. Нашей задачей вовсе не является снятие его с поста, как многим может показаться. Мы требуем не изменения персон, а изменения редакционной политики. Однако на все наши просьбы и уговоры, на все предложения помощи в преодолении порочащей его негативной ситуации Ю.А. Андрианов отвечал только насмешкой или даже угрозой.

Считаем, что так дальше продолжаться не может.

С уважением,

Байков Э.А., писатель, литературный критик,

завотделом газеты «Истоки»,

член Международного союза писателей,

Союза писателей СНГ, Союза журналистов РФ и РБ.

Леонидов (Филиппов) А.Л., писатель,

член Союза писателей Башкортостана и России,

старший литконсультант СП РБ в 1999–2005 гг.

Савченко Т.В., писатель,

исполнительный директор «Медиа-Союза» РФ в РБ.

Латыпов Р.Ф., писатель,

кандидат политических наук,

член Союза журналистов РФ и РБ.

Вот вам краткий обзорчик… нет, не литературы Башкортостана как таковой, а именно писателей земли башкирской – так сказать, монолог о типажах и типчиках литературного небосклона, а точнее, водной глади литературных водоемов. Само собою, речь пойдет о русскоязычных писателях Уфы (есть такой город на карте России – между прочим, «миллионщик»).

Говорить о так называемых мэтрах (50, 60, 70 и более лет возрастом) стало уже признаком дурного тона – о них, дескать, и так уже сказано-пересказано более чем достаточно. Писать о молодых да ранних (двадцатилетних) тем более не пристало – росточком не вышли. Остаются мои сверстники и соратники – то бишь младомэтры (30–40 лет от роду).

Вот о них-то, младомэтрах, и поведу речь, сразу оговорившись, что сия категория включает не просто любых писателей указанного возраста, а именно – состоявшихся и явно одаренных творчески. Ибо тридцати– или сорокалетних графоманов и мелкотравчатых литераторишков (как и других возрастов, впрочем), что называется, пруд пруди.

Итак, относительно молодые уфимские витии и мастера пера: Эдуард Байков, Александр Леонидов, Игорь Фролов, Юрий Горюхин, Всеволод Глуховцев, Денис Лапицкий, Анатолий Яковлев, Ренарт Шарипов, Расуль Ягудин и Айдар Хусаинов. Вот те члены-величины уравнения, определяющего, кто есть кто в нынешнем уфимском литературном раскладе.

Почему я в самом начале заикнулся о водоемах? Да потому, что водоемы в своем иносказательно-символическом смысле являются «местами обитания», пристанищами литераторов. Это чистой воды (опять водная стихия!) метафора – не более того. Но и не менее!

Фролов, Горюхин, Глуховцев и Лапицкий – люди как бы тихие, спокойные, подчас незаметные. Они отнюдь не ораторы, не затейники-массовики и тамады и, боже упаси, не шумные бунтари и «пламенные революционеры» – «шашками» не машут и «маузерами» не стращают. Чего не скажешь об остальных из поименного списка. Но обо всем по порядку.

Игорь Фролов пришел в литературу незаметно (и далеко не сразу). До этого он вполне успешно делал массаж разным частям тела жителей нашего славного града – в особенности умело у него это получалось с женской половиной клиентуры (что лишний раз подтверждает его традиционную и весьма здравую сексуальную ориентацию – браво, Игорь!). а еще до этого (опустив трудовую деятельность на ниве сторожевой службы) Фролов был воином, солдатом, хлебнув всех «прелестей» и прочих гнусностей войны сполна и отнюдь не в виртуальном плане. Игорю посчастливилось (вот так, без кавычек) застать ту самую, теперь уже легендарную Афганскую кампанию. Опыт этот ему, конечно, пригодился и пригодится еще не раз – в литературном творчестве. К примеру, один из его лучших, на мой взгляд, рассказов «На охоте» целиком построен на воспоминаниях и аллюзиях о той войне – где он с высоты бреющего, или какого там еще, полета вертолета рассматривал и расст… но сомкнем уста – sapienti sat.