Чтение онлайн

Но вид обрыва и бушующая со всех сторон вода убили мою надежду. Остров? Угол Кракса — это остров?!

От отчаяния и переполняющих меня эмоций я зарыдала, схватила траву и мох и начала швырять все в пропасть. Проклинала Эрвальда, магию или энергию, себя — наивную и глупую, отца, который не приходил на помощь, всех!

Быстро выдохлась, еще раз взглянула на темные воды и не нашла в себе сил вернуться в сырые туннели.

— Не стоит пачкать плащ, — подхватил меня под локти рогатый.

— Отпусти! — барахталась я в больших и теплых руках демона. — Отпусти же меня!

— Хочешь прыгнуть? — прорычал Ворт. — Могу оставить тебя здесь, все равно никуда не убежишь.

— Я не хочу! Я не заслужила этого всего, — обвела я ладонью горизонт и пропасть под ногами. — Я никого не убивала, плохого ничего не делала. Мне здесь не место, понимаешь?

— Понимаю, но что я могу сделать, батат? Отбрось эмоции и подумай холодной головой, — смягчился Ворт и ослабил хватку. — Ты можешь кричать и плакать, устроить истерику и что-то требовать, но… До тебя никому нет дела. Ты сама по себе и только тебе решать — сдаться или бороться.

— За что? За свободу? — некрасиво всхлипывала я.

— За остатки своей жизни, Сакру. Свободы у тебя, как и у всех нас, больше нет.

— Да ты продрогла до костей! — причитала Анемон и суетилась возле огня.

Я сидела в комнате-лечебнице укутанная в ее же плащ и беззвучно плакала. После того, как Ворт и Фавирак привели меня назад в туннели и сдали на руки Анемон, в моей голове образовалась пустота, а в душе разрасталось отчаяние.

Вся моя жизнь на Крикраме проносилась перед глазами. Мое обучение, успехи в арканной физике, занятия в академии, стычки с Эрвальдом, теплые встречи с братьями, серьезные разговоры с отцом… Ничего больше не будет.

Кто я теперь? Пленница в неизвестном мне мире? Хотя какой тут мир… Остров, который можно обойти за пару часов.

— Выпей, поможет согреться, — подала мне чашку Анемон. Женщина смотрела на меня с жалостью.

Забрала у нее чашку, грея ладони о неровные края глиняной посуды. Кивнула, но слов благодарности вымолвить не смогла.

— Сакру, мне очень жаль, — присела рядом Анемон. — И наши допросы до этого — лишь попытка разобраться как ты здесь оказалась. Не думай, что все смирились со своей судьбой. В некоторых из нас еще теплиться надежда выбраться отсюда… когда-нибудь.

— Я не знаю… — прошептала я и сделала большой глоток. Горло обожгло, но я не пискнула и не закашлялась. Пила травяной настой и смотрела на огонь.

— Поживешь пока тут, хорошо? Наша с Вортом комната ниже в туннелях, а вот для тебя ничего не подготовили. Завтра займемся вместе, хорошо?

— Сколько ты тут?

— 19 лет, — Анемон прикрыла глаза, обняла колени руками и положила подбородок на сведенные ноги.

— Так много… Это невыносимо.

— Я привыкла. Такова моя судьба, Сакру, — смиренно произнесла женщина.

— За что? Ты… ты тоже кого-то убила?

— Да, я убила… себя, — горько усмехнулась Анемон и линии на ее лице вспыхнули. — Я была младшей жрицей в храме Богини Ветров. Готовилась к службе, помогала жителям города и окрестных деревень, была на подхвате у старших настоятелей. Однажды, когда в очередной раз я пошла за травами в лес, встретила его… Короля Игара, брата Ворта. Он предложил помощь, я не смогла отказать. А потом влюбилась. Радовалась каждой встрече, сбегала ночами из храма, а утром молилась ветрам, просила прощение за непослушание. Так продолжалось полгода. Мы с Игаром были очень близки и мне казалось, что он тот самый — мой избранный, любимый, родной, — из глаз Анемон потекли слезы и я растерялась.

— Так казалось только мне. После того, как я подарила Игару себя, я была так счастлива. Демон в ту же ночь сделал мне предложение. А на утро я проснулась одна. Пошла искать своего короля и услышала то, что погубило мою свободу.

— Что? — в нетерпении спросила женщину. Ее история не кажется мне преступлением и пока я не вижу причины заточать ее в этой тюрьме.

— Планы Игара насчет столицы, намерения по поводу песчаных земель, тайные казни на рудниках, подкуп жриц соседних храмов. Он говорил со своим советником, а я стояла за приоткрытой дверью. А потом… он сказал, что наконец-то получит одобрение столичного храма, ведь трахнул жрицу и планирует жениться. Что брак с дочерью ветров поможет ему укрепить власть. И я так разозлилась! Влетела в его кабинет и разнесла там все. Кричала на него, плакала, обвиняла. А душа рвалась в клочья, надежа, что все это ложь не отпускала.

Анемон поднялась, смахнула слезы и выпрямила спину. Она подошла к огню, налила себе из кувшина горячего настоя и вокруг ее руки закружил ветер.

— Меня отвели в темницу и спустя три недели вынесли приговор. Суд в лице моего любимого и единственного мужчины постановил отправить меня в угол Кракса за нападение на короля и попытку убийства…

— Но это же… Почему? — не находила я слов. Абсурд какой-то!

— Я слишком много слышала в то утро. Отправлять меня на рудники было опасно. Или смерть, или угол Кракса. Игар… король знал, что я забеременела. Может в нем осталось что-то теплое и светлое, не знаю. Жрицы пытались защитить меня, вытащить, но куда им тягаться с королем и его словом?

— А ребенок? — рыдая, спросила я. Как же несправедливо поступили с бедной Анемон!

— Я не смогла сохранить беременность при переходе в угол, Сакру, — прошептала женщина. — Но это прошлое. Ветер заморозил мое сердце, избавляя меня от боли и горя.

Я молчала и не знала, что сказать или сделать. Обнять ее? Пожалеть? Поняла, что не только я здесь нахожусь просто так. Вины Анемон нет, а она живет здесь уже 19 лет и до сих пор не сдалась. Может и у меня найдутся силы бороться?

— Что будет дальше? — задала вопрос не женщине, а просто в пустоту.

— Остаток твоей жизни в твоем распоряжении, Сакру. Если будет нужна помощь — зови, я помогу.

Эрвальд Харристо

— Это даже звучит как бред, отец! — смеялся я, а самого трясло от ужаса. — Разрушили свой мир? Мама иномирянка с какой-то Земли?!

После препирательства отца и матери я выпытал у родителей информацию. Отец рассказал, что мать — иномирянка. Она пришла в его родной мир тысячи лет назад. И этот мир не Крикрам, а некая Латея.

Родители многое пережили, были заперты и находились в состоянии стазиса, а когда очнулись, разрушили Латею и покинули ее навсегда. Путешествовали по мирам, выбирая для себя подходящий и остановились на Крикрам.

Какой-то бред! Земля, Латея, Крикрам…

— Эрвальд, понимаю, как сложно в это поверить, — успокаивал меня отец. Мать сидела рядом и мелкими глотками пила вино. На ее лице больше не было улыбки, а в глазах стояли слезы.

Другие миры, Латея, Земля, короли какие-то, дроу, магия… Они с ума сошли?! Нет-нет-нет!