Уикенд, или 72 часа страсти
Шрифт:
Я молча наблюдала, как он уселся на диван, и запустил руку в волосы.
– Откуда ты знаешь?
– Знаю, не всё ли равно откуда! – я подтянула колени к груди и обхватила их руками, положив на них голову.
– Откуда?! – он поднял голову и взглянул на меня.
– Не важно. Лучше ты скажи, как же твоя невеста, или теперь уже жена отпустила тебя сюда?
– Не жена она мне!
– Ах, мне сразу стало легче.
– Прекрати язвить.
– Ну, простите мистер Рамзи, как-то настроение моё не соответствует вашим высоким английским нормам.
– Лена…
– Хватит! Убирайся из моего дома, и никогда! Никогда не смей даже появляться в поле моего зрения!
– Я уже убрался один раз, когда ты попросила меня! Всё! Дальше будет по-моему!
– А до этого было не по-твоему? Приехал, нашел дурочку, трахнул её и вернулся к своей невесте.
– Да не возвращался я к ней!
– Не лги мне!
– мой кулак снова уперся в его плечо. – Я видела и читала про вас!
– Ты действительно идиотка! – он усмехнулся, но как-то не весело.
– Что?
– Я сказал, что ты идиотка, раз веришь всему написанному.
– Убирайся! – прошипела я, чувствуя, что глаза начинает щипать. А я ведь клялась, что никогда больше по нему не буду плакать.
– Лена…
– Я сказала убирайся!!! – спрыгнув с дивана я направилась к дверям и распахнула её.
Мужчина медленно поднялся и направился к выходу, я же напряженно следила за его лицом, за движением плеч под рубашкой, за таинственным блеском голубых глаз.
И видимо так глубоко ушла в свою боль и осознание, что он уходит, едва появившись и всколыхнув воспоминания, что упустила момент, когда британец захлопнул раскрытую мной дверь. Развернувшись лицом ко мне, он обхватил лицо руками и заставил смотреть прямо в глаза.
– Молли в прошлом.
– Лжешь, - прошептала я, стараясь не поддаться искушению ощутить его губы на своих.
– Нет, но раз ты так любишь желтую прессу, как же ты пропустила такие новости?
– Я не искала про тебя информацию, я даже не знала кто ты такой.
– Я просто Дэвид.
– Ну да, а я нефтяной магнат.
– Глупая, - он провел пальцами по скулам, так что я едва не закрыла глаза. – Почему ты не веришь мне?
– Потому что я верю своим глазам!
– А надо верить сердцу, - прошептал он, и накрыл мои губы своим ртом.
Как всегда, поцелуй снес все барьеры, которые я долго и планомерно выстраивала вокруг себя. Вся логика, все ненавистные мысли были снесены ураганом страсти, который во мне рождал только этот мужчина.
Плоть слаба, а если остались чувства, то такую битву я проиграла ещё даже до её начала. Дэвид теснее прижал к стене, углубляя поцелуй, пока я не застонала, выгнувшись ему на встречу. Руки обхватили его шею, прижимая к себе, пока я терялась, чего мне больше хочется, чтобы он взял меня, грубо и резко у стены, или же чтобы ушел, навсегда исчезнув из моей жизни.
Но тут я поняла, что не смогла бы так легко отпустить, и то, что он остался, сохранило мою гордость.
Господи, как я скучала по нему.
И по восхитительному ощущению неимоверного счастья.
Такого я давно не испытывала. Его руки, казалось, были повсюду. Он притиснул меня к стене и стащил мои льняные брюки, пока колени мужчины шире раздвигали мои бедра, так чтобы я ещё полнее почувствовала его возбуждение.
– Милый, - я обхватила голову Дэвида руками, притянув к себе для поцелуя. И он откликнулся, врываясь языком вглубь, словно захватчик. Поцелуй был диким и голодным, но мне именно этого и хотелось. Хотелось почувствовать его голод, его нужду во мне, ощутить себя желанной этим потрясающим мужчиной.
– Боже, как я хочу тебя, - он озвучил мои мысли и желания, посылая восхитительную дрожь вдоль позвоночника. Руки сильнее сжали его плечи, а одна нога приподнялась, так чтобы прикоснуться и погладить его бедро, и мужская ладонь сжала нежную кожу. Я подалась вперед, встав на цыпочки, так что его ладони оказалась сзади, с силой сжимая ягодицы.
– Скорее, Дейв, - я чувствовала, что надолго меня не хватит, но до боли желала почувствовать его в себе. Ощутить, как он наполняет собой, лаская как снаружи, так и внутри моё тело и даря невероятное наслаждение. Это желание было настолько сильным, что я неосознанно потянула его за волосы, подгоняя мужчину, пока моя нога, притягивала его бедро к себе.
– Дикарка! – прорычал мужчина, прикусив мочку уха.
Треск шелковых трусиков был заглушен, стоном мужчины, когда моя ладонь сильнее сжала его волосы и потянула. Он быстро расстегнул свои штаны, и через мгновение то, во что я и не смела верить, случилось. Дэвид ещё немного приподнял мои бедра, так, чтобы теснее прижать к себе и вошел резко, даже слишком резко, и в первый момент мне показалось, что сейчас он меня разорвет на две части. Но через мгновение, уже стон наслаждения сорвался с губ, а тело горело, словно в лихорадке. Он задержался немного, а потом стал двигаться, с каждой секундой наращивая темп, пока я не начала ударяться лопатками о деревянную панель стены при каждом толчке. А потом был такой оглушительный оргазм, что на несколько мгновений, я словно вылетела из своего тела, чувствуя только ярчайшее наслаждение. И не сразу поняла, что произошло, когда мужчина кончил следом, оставшись внутри, так что я почувствовала горячую струю семени.
– Какого черта? – это были мои первые слова, когда ко мне вернулась возможность говорить. – Почему ты это сделал?
– Что сделал?
– он ещё тяжело дышал, упираясь лбом в стену над мои плечом, согревая дыханием мою чувствительную кожу на шее.
– Не прикидывайся идиотом, Дэвид! Какого Дьявола ты кончил в меня? – я попыталась оттолкнуть его, но ничего не вышло.
Он просто сжал меня в объятиях и понес в спальню, так хорошо помня, словно и не было этого года. Там повалился на кровать, подмял под себя, не давая вылезти из-под мужского тела.
– Я не прикидываюсь, я хочу тебя, и хочу всегда.
– Лжец! – мой упрек был испорчен протяжным стоном, когда он вновь толкнул свои бедра вперед, снова готовый дарить и получать наслаждение.
Притворятся, что не хочу его, смысла не было. Этот мужчина, всегда действовал на меня, как сильнейший наркотик. И даже если я его ненавидела каждой клеточкой своего тела, всё равно продолжала хотеть.
В этот раз он довел меня до исступления, когда я сначала требовала, потом просила и в конце уже молила, дать мне освобождение, но он тянул, пока не добился признания моей полной капитуляции. Полной отдачи сердца и души, заставляя произнести всего три слова. И только после этого, он подарил мне наслаждение.