Украденная магия
Шрифт:
– Ты устал, дорогой? – спросила несравненная, выходя на балкон.
Тряхнула головой, радуясь теплому ветру, ласково обвила плечо любимого.– Для тебя – нет, – он улыбнулся и взял чашку из нежных пальчиков.
Поднес напиток к губам и чуть не уронил проклятую посудину. Со дна, из глубины темно-золотистой жидкости на него смотрел человек, имперский связной с материка. И кто его выбирал, этого наглеца? На связь выходит через колодцы, но здесь-то сигнал принимает любой сосуд с подходящей жидкостью, ближайший от адресата. То в ванне появится, то в тарелке супа, а один раз вообще… Тьфу, аж вспомнить стыдно!
– Снова дела, сокровище мое, подожди еще немного, – страж легонько подтолкнул Глинни в комнату и хмуро буркнул физиономии в чашке, – Докладывайте!..
* * * Отчего люди не летают так, как птицы? Хороший вопрос. Потому что двуногие, в отличие от пернатых, предпочитают летать с комфортом. Может, крылья у птиц и получше, зато им коньяк в полете никто не предлагает. Впрочем, здешний воздушный флот до коньяка еще не дозрел, только от земли отрываться научился. Но Настя узнала об этом не сразу. Наутро борцы за свободу границ между мирами отправились в путь. Во дворце эльфа с напарницей ждал еще один соучастник великого похода за спящей девой – Маттис Флур, восьмой помощник министра по секретным делам Империи. Это был парень лет тридцати, с тем самым типом внешности, который отлично подходит для секретных дел. Роста среднего, сложения худощавого, но не худосочного, лицо приятное, но из тех, на которое глянешь, и через четверть часа не вспомнишь, то ли видел, то ли нет. Перед отъездом Настя переоделась в подогнанную по размеру униформу императорской курьерской службы. Темно-синяя куртка, украшенная красными и золотыми нашивками, вполне годилась, чтобы маршировать в ней на параде. Но можно и по лесу побегать, и в засаде посидеть, если позолоту грязью замазать. Брюки тоже удобные, как старые любимые джинсы, да и мягкие сапожки не подкачали. Эльфа ни во что переодевать не стали, оставили, как есть. Оно и понятно, эльф на посылках у человека, даже у Светозарного императора – это все равно, что арбузы на яблоне. Ни один дурак не поверит. В роли свободного путешественника, решившего почтить визитом героя, остроухий сгодится куда убедительней. При чем здесь какой-то герой? А вот при чем. Провожали секретную экспедицию чуть ли не всей дворцовой компанией, разве что фейерверк не устроили. Гвардейцы стояли по стойке "смирно", дамы махали платочками, принцы скучали, принцессы шушукались, а Император сказал прочувствованную речь. О спящей деве с острова разговор не шел вовсе. По официальной версии, императорский посланник с помощницей и путешествующий эльф-попутчик Арман Энивар Бо отправлялись в дальнюю крепость Блестящий холм (среди тамошнего населения больше известную как Плешивая горка), дабы вручить награду командиру гарнизона и передать привет от Его величества. Под звуки марша Арман захлопнул люк, проверил задвижки и уселся в кресло пилота, или как тут у них называется повелитель летающей колымаги. Флур, из восьмого помощника министра повышенный до старпома, сел в соседнее кресло. Насте оставили диванчик на галерке, то есть за креслами начальства. Судя по количеству мест, самолетик обычно поднимал человек пять, включая принцессу Эллу Корину. Собственно, это для нее и дам из свиты пристроили целый диван. В этот раз на свободные места погрузили вещи и снаряжение. Высокие технологии Светозарной империи выглядели подозрительно. Вместо приборов перед Арманом красовалась темная деревянная панель, вся в дырках, опутанных серебристой проволокой. Будущий воздушный ас отстегнул от пояса бархатный мешочек и принялся доставать оттуда разноцветные кристаллы. Каждый камень отправлялся в подходящее отверстие на "приборной доске". Когда доска стала походить на витрину ювелирного магазина, остроухий небрежно бросил через плечо:– Пристегнись, взлетаем!
Едва Настя успела нашарить за спинкой дивана два плотных холщовых ремня, расшитых бисером, перекинуть их крест-накрест через грудь и сообразить, как они крепятся под сиденьем, эльф повернул рычаг, цветом и формой похожий на стоп-кран. Но эффект оказался противоположный – взлет начался.
Настя ждала от перламутровокрылой техники чего-то привычного и понятного – рева двигателей, свиста спрятанных непонятно где винтов или чего-нибудь еще в этом роде. Но ошиблась. Самолетик слегка вздрогнул, крылья окутала легкая синеватая дымка, вниз, к земле, от них устремились едва видимые сияющие ручейки, и вся эта невозможная конструкция устремилась вверх. Почти бесшумно, только иногда нехорошо поскрипывая.
Стены дворца и провожающие исчезли внизу, мимо пронеслись башни, флаги, шпили, и сердце ухнуло в пятки от такого стремительного взлета. Хорошо хоть, желудок не сиганул наверх вместе с завтраком.
– На каком керосине оно летает? – хрипло спросила Настя.
– На магическом, – не оборачиваясь, ответил эльф, – и не на керосине, а на кристаллах, нужна такая комбинация…
И он пустился в рассуждения, к счастью, не выпуская из рук резной, изукрашенный узорами штурвал. Похоже, остроухий и его помощник чувствовали себя, как птицы в небе. Хотя нет, Флур тоже нервничал, видно, как вцепился в ручку кресла. Почти как Настя в диванный подлокотник.
Арман тем временем вещал, как возникает подъемная сила при взаимодействии магических потоков разных стихий.
– Я поняла, – вяло успокоила его девушка, что на самом деле означало "ничего не поняла, отстань и следи за дорогой!"
Надо отдать эльфу должное – с "дороги" он глаз не спускал. Набрав высоту, машина плавно перешла от взлета к полету. Вскоре сады и крыши столицы закончились, внизу потянулись желто-зеленые квадраты полей и темные пятна лесов. До облаков самолетик не дотянул, так и летел немного повыше леса. Надо отдать должное – все равно гораздо быстрее, чем тащились внизу повозки и всадники, к тому же по прямой, оставив изгибы дорог и прочие премудрости ландшафта бескрылым обитателям земли. Упомянутые обитатели с любопытством задирали головы, показывали на принцессин экипаж пальцами, но не разбегались, и вообще удивлялись не сильно. Зрелище для них было не в новинку.
Вдоволь налюбовавшись видами, Настя вернулась к делам насущным. Во время полета в кабине заметно посвежело. Герметичностью здесь и не пахло, ветер свистел изо всех щелей, которые эльф еще на земле пытался выдать за особую систему вентиляции. Настя поплотнее запахнулась в куртку, потом вытянула с полки шерстяной плед, разрисованный диковинными птицами и до несоразмерности грудастыми русалками. Откуда этот кошмар взялся в экипаже малолетней Эллы Корины, оставалось загадкой. Не иначе, папа-император велел отдать эльфу и его попутчикам все самое ненужное из дворцового скарба.
Путь экспедиции лежал на юг и юго-запад. Сначала над землями Светозарной империи до самой границы, а после, через ущелье Поющего ветра, к морскому побережью. Первой целью путешествия был город Тантлон, величественный и загадочный. Во всяком случае, именно таким его называла большая дворцовая энциклопедия. Морская цитадель некромантов, хранящая множество древних тайн. Среди них была и одна маленькая тайна, касающаяся потерянного острова заколдованной девы.
* * * Полет длился четвертый час. За все время Арман и Флур только воды пару раз попросили, и Настя, смирившись с ролью стюардессы, исправно подавала им фляги. Наконец глухие леса внизу поредели, запестрели проплешинами полей. Потом потянулись деревеньки. Видимо, Элла Корина и прочие принцессы с принцами не слишком баловали эти края визитами. С высоты Настя увидела, как местные жители сбиваются в кучки на открытом пространстве, взбираются на деревья, а то и падают на землю от избытка чувств. Вскоре над лесом показались островерхие башенки, а потом и вся крепость Блестящий холм выплыла из-за деревьев. Это было обыкновенное сторожевое укрепление в отдалении от столицы, чтобы разместить гарнизон и напоминать местным жителям об императорской власти, пускай далекой, но бдительной и вооруженной до зубов. Арман не стал рисковать, приземляясь в тесный крепостной двор, и посадил самолет за стенами, на лужайке. Холм, на котором стояла крепость, по сравнению с окрестностями и в самом деле был почти блестящим – лишенным растительности, утоптанным сотнями ног. Настоящая Плешивая горка. Гости не стали откладывать дело в долгий ящик, сразу объяснили, зачем пожаловали. Церемония вручения награды состоялась незамедлительно. Гарнизон под пронзительный звук трубы забегал, засуетился в казарме, торопливо меняя повседневную форму на парадную. Спичка не успела бы догореть, а во дворе уже выстроились шеренги бравых парней. Виновник торжества подкручивал пышные усы во главе строя. Маттис Флур произнес речь про героизм награждаемого, почти точь-в-точь скопированную с прощальной речи Императора. Арман водрузил на шею счастливому командиру орден на красной, расшитой золотом ленте. С точки зрения Насти вышла полная нелепица – проезжий эльф, ни на какой службе не состоящий и вообще подданный чужой страны, по просьбе Императора вручает награду, поскольку ему "все равно по пути", и это считается особой честью. Но лица у всей компании были счастливые, поэтому она не стала портить праздник неудобными вопросами. После вручения награды гостей пригласили на обед. То есть эльфа пригласили, а Настю с Флуром отправили в общий зал при казарме – мол, там прислуга что-нибудь подаст с барского стола. Впрочем, Флур не обиделся, он привык на службе не мозолить глаза случайным знакомым. Девушка представила участь Армана и тоже лишь вздохнула с сочувствием – лучше уж здесь, чем там, в обществе трех дочерей начальника гарнизона, невыносимо скучающих в этой дыре, забытой всеми, особенно прекрасными эльфами. После обеда Флур достал фляги и отправился пополнить запасы воды, а Настя вернулась к самолету, у которого начальник гарнизона предусмотрительно выставил караул. Сыщица обошла машину, разглядела поближе странное, чешуйчато-перламутровое "оперение" крыльев, но потрогать не решилась – вдруг в полете отвалится? Внезапно раздался щелчок, с которым обычно открывался люк. Девушка увидела эльфа, который забрался внутрь и что-то выковыривал из приборной доски.– Вылетаем? – обрадовалась Настя.
– Еще нет, надо главный кристалл заменить. Нашего до границы не хватит.
Эльф показал увесистый прозрачный камешек, сунул его в карман и зашагал к Плешивой горке.
Не прошло и минуты, как из ворот, за которыми скрылся остроухий, показался Флур с флягами. Увидев, что Настя сидит в открытой кабине, спросил:
– А где Арман?
Девушка махнула рукой в сторону крепости:– За гравицапой пошел!
– За чем?!
Она решила пока не посвящать восьмого помощника министра в кинофольклор своего мира:
– Ну, за этим, главным кристаллом, на котором наш пепелац… тьфу, воздушный экипаж летает. Менять наш использованный на их свежезаправленный!
– Так ведь я старший курьер, у меня разрешение. Без бумаги кристалл не дадут!
– Тогда догоняй, может, он пошел занять тебе очередь на заправку!
Арман и Флур вернулись через четверть часа. Эльф уселся в кресло пилота, вытряхнул из кожаного мешочка новый прозрачный камень размером с грецкий орех и бережно пристроил его в свободную выемку на резной панели.
Прощаться из крепости никто не вышел. Оно и верно – много чести для обыкновенных курьеров. А с эльфом начальник, осчастливленный наградой и горячим императорским приветом, торжественно распрощался, не выходя из дому. Десяток стражников на стене и малолетние зеваки из деревни проводили взглядами взмывший в небо самолет принцессы.
* * * Плешивая горка исчезла за холмами. Настя уже не обращала внимания на сквозняк, тихое потрескивание конструкций и свечение магии под крыльями. Впереди ждали еще полдня полета. Но это сказка долго сказывается, а если двигатель отказывает, то сразу. Сначала засуетился Арман. Он склонился над доской с камнями, что-то поковырял и выдал замысловатое ругательство. Голос у него был скорее озадаченный, чем напуганный, но если вспомнить хваленую выдержку эльфов, то станет ясно – случилось нечто немыслимое. По мелким поводам ушастые бранных слов не говорят. А потом и остальные члены экипажа заметили неполадки, но времени выразить чувства словами у них не осталось. Только и успели понять, что путешествие сейчас закончится, возможно, даже навсегда. Свечение крыльев померкло, чуть слышное гудение стихло, наступила нехорошая тишина. Лишь воздух свистел снаружи, когда самолетик, теряя остатки скорости, накренился и понесся к земле. Настя вцепилась в спинку пилотского кресла:– Падае-е-е-е-ем!!!
– Знаю! – рявкнул эльф, не выпуская из рук бесполезный штурвал, – Главный кристалл разряжен!
Говорят, в самое последнее мгновение вся жизнь проносится у человека перед глазами. Но перед глазами Насти проносились только ёлки, березы и прочая растительность, будто у нее была не жизнь, а сплошной лесоповал.
Приземление случилось быстро. Ветки захлестали по корпусу, во все стороны полетели содранные перламутровые чешуйки. От удара об особенно толстый сук легкий самолетик тряхнуло и опрокинуло набок, обломок крыла повис среди ветвей. Пинок, пинок, еще пинок – и техника снова выровнялась, то есть стала падать головами пассажиров кверху. Почти кверху. Настя, надежно пристегнутая ремнями к дивану, не помнила, визжала ли только мысленно или вслух, но слышала, как что-то говорит Флур и упорно молчит Арман.