Чтение онлайн

Броули взмок от волнения.

— Сэр, леди Элеонора арестована? Зачем ей побег?

— Она лгала мне по поводу О'Нила. Ее нельзя отпускать. Но вы, кажется, влюбились в нее, хотя она такая же предательница и изменница, как и О'Нил.

Если бы на нем не было мундира, Броули немедленно потребовал бы дуэли. А он еще сомневался, отсылать ли письмо майору Уилксу. Теперь он был рад, что поставил в известность свое начальство.

Рид покачал головой, на лице его отражалось презрение.

— Принесите ей чай, предложите план побега, потом доложите.

И пошел прочь, по пути доставая из кармана листок с портретом О'Нила. Одержимость полковника вызывала у Броули отвращение. Значит, леди де Уоррен под арестом или только считает, что арестована. Он поможет ей бежать, счастлив сделать это, потому что был уверен — она направится прямо домой.

Он достал платок, промокнул вспотевший лоб и пошел в штаб. Велел помощнику взять поднос с чаем и печеньем и постучал в дверь. Ответа не было.

Он толкнул дверь. В комнате было темно, но он сразу увидел ее — она стояла у окна и сразу обернулась, когда он вошел. В белом платье, с распущенными волосами, она показалась ему самой прекрасной девушкой на свете.

— Капитан. — Голос ее дрожал.

Он обернулся к помощнику:

— Зажгите лампы.

А сам подошел к камину и быстро разжег там огонь, в комнате было холодно, и он подумал, что она замерзла. Помощник зажег обе лампы и удалился, закрыв за собой дверь. Капитан поднялся с колен и подошел к леди Элеоноре.

Она оставалась стоять у окна, он увидел огромные напуганные глаза, обращенные на него. И вдруг он заметил, что она придерживает обеими руками лиф платья.

— Бог мой! Что случилось? — Он еще пытался найти приемлемые объяснения — может быть, она зацепилась каким-то образом за острый угол?

— Не имеет значения, капитан.

— Разумеется, имеет! — Он внимательнее взглянул на ее лицо и вдруг заметил красный кровоподтек на правой щеке. Он бросился к ней. — Пожалуйста, позвольте мне вам помочь. — Рид ударил женщину? Что еще он с ней сделал?

Глаза ее наполнились слезами, но она стояла, высоко подняв голову, пытаясь сохранять достоинство.

— Благодарю вас, капитан.

Он осторожно взял ее за локоть, подвел к стулу, она села, внезапно обессилев.

— Я вызову гарнизонного врача.

Она потрясла головой:

— Помогите мне… Прошу… Томас.

Их взгляды встретились. Она никогда еще не называла его по имени, он понятия не имел, что она его знает. Броули был в шоке от того, как обошелся с женщиной, тем более с леди, полковник Рид.

— Разумеется, я вам помогу. Но сначала надо, чтобы вас осмотрел врач.

— Я знаю и так, что правая щека распухнет еще больше, потом появится синяк, но это не важно. Вот если вы перевяжете мне запястье, буду благодарна.

Он был восхищен, никогда не видел такой храбрости и достоинства в женщине. После ее слов он взглянул на руку. Как джентльмен, Броули не осмелился расспрашивать о том, что еще сделал Рид, но боялся худшего. Рид был невменяем.

— Я сейчас вернусь, только вызову врача.

— Нет! — Вскочив с места, она схватила его за руку и не заметила, что при этом лиф платья, разрезанный на две части, свалился с плеч. — Не оставляйте меня одну! Он вернется! Он может вернуться… Пошлите кого-нибудь за бинтами, умоляю вас…

Он повернулся спиной и трясущимися руками начал расстегивать мундир. Как могло такое произойти? Ему не забыть никогда в жизни выражение ужаса в ее глазах. Потом протянул ей свой мундир и отвернулся. Убедившись, что она оделась, подошел к двери и крикнул помощнику, чтобы тот принес бинтов, потом снова закрыл дверь.

— Благодарю вас, — выдохнула она.

— Я вас вывезу отсюда сегодня же вечером.

Огонек надежды зажегся в ее глазах.

— Разве есть способ убежать из этого форта и от этого опасного безумца?

— Я найду такой способ, — пообещал он твердо.

Она с облегчением закрыла глаза, потом взглянула на него и улыбнулась.

Элеонора не знала, сколько времени они ехали по ночной пустынной дороге, залитой лунным светом. Недавно они выскользнули из форта, в лесу неподалеку ждали две привязанные к дереву лошади. На Элеоноре была мужская рубашка, сверху накидка. Кажется, их никто не преследовал. Все произошло слишком легко, и это настораживало Элеонору. Впереди была развилка — одна шла на юг, в Корк, другая на северо-восток, в Лимерик и Адер.

Она остановила лошадь. Ужас все еще жил в ней, при одном воспоминании о Риде ее начинала колотить дрожь. Ей хотелось поехать домой, где она будет сразу окружена вниманием и заботой и в безопасности. Но надо предупредить Шона о шпионе, приставленном Ридом, о его одержимости, и страх за него был сильнее страха перед Ридом.

— Нам надо было передвигаться лесом. Если он увидит, что мы сбежали, пошлет погоню.

— Это не имеет значения. — Броули отвел глаза. — Он все равно следует за вами.

Она вскрикнула и хотела пустить свою лошадь в галоп, но он перехватил поводья:

— Леди Элеонора! Я вам предан, поверьте. Вы должны сейчас меня выслушать.

Она так испугалась, что почти не слышала его слов. Потом спохватилась — она была обязана жизнью Томасу Броули и доверяла ему.

— Я слушаю, Томас.

— Он приказал мне устроить вам побег. Он уверен, что вы сразу направитесь в Корк, вернетесь к вашему брату. И таким образом сами приведете полковника к О'Нилу. Вы сейчас вернетесь в Адер, куда я вас провожу и доставлю в безопасности.

Значит, ради нее он предавал своего начальника. Броули был настоящим офицером и джентльменом. Но жизнь Шона была в опасности. Элеонора подъехала вплотную к капитану и знаком попросила наклониться к ней ближе.

— Я вам обязана жизнью, — прошептала она, — и никогда этого не забуду. — И вдруг мгновенно ослабила зажим на ремне карабина, висевшего на его плече, и, сняв с предохранителя, повернула дулом на Броули.

— Томас! Простите, но я должна ехать в Корк. Рид сумасшедший, и я должна быть уверена, что Шон покинет страну, прежде чем его схватят. Среди них есть предатель. Если Рид так обращался со мной, представьте, что он сделает с ним!