Чтение онлайн

– Ты не умеешь спокойно беседовать, Брийон.

– С тобой невозможно говорить иначе!

– Ты и не пытался…

– А ты?! Как ты посмел мучить её, когда она ждёт твоего ребёнка?! Если ты снова причинил ей боль, если заставил пролить хоть одну слезинку, то клянусь богом, я…

– Моего?! А, может, это вас, господин маркиз, следует поздравить с будущим наследником? Как ловко!

– Что бы я ни отдал, чтобы это было так, чтобы Элиза была моей, чтобы любила меня! Ты не заслуживаешь её!

– Не тебе судить об этом! Ты, трусливый предатель! Обманщик и похититель!

– Я ничего не крал у тебя!

– Ты посмел похитить самое дорогое, что было в моей жизни! Женщину, которую я любил!

– Она сама сбежала от тебя! Я всего лишь помог ей…

Теперь уже Брийон пытался уворачиваться от ударов, которые наносил ему Джек. Удары были столь яростными, что на какое-то мгновение Андре показалось, что Джек собирается забить его насмерть. Маркиз не оставался в долгу, но удача была на стороне графа, давая выход его злости. Очередной удар свалил Андре с ног, и Джек воспользовался этим, придавив коленом его шею.

Брийон растянул губы в странном подобии улыбки, и звук, вырывавшийся у него из горла, меньше всего напоминал смех.

– Что вас так развеселило, маркиз? – ослабил натиск Джек.

– Думал, ты меня забьёшь, а ты собрался придушить меня? Это всё, что ты можешь?

– Могу предоставить тебе выбор, – склонив набок голову, зашептал Джек. – Либо ты никогда больше не увидишь её, либо она никогда не увидит своего ребёнка. Впрочем, почему бы не сделать и то, и другое?

– У тебя ничего не получится, Джек! – прохрипел Брийон. – Или ты вообразил, что кроме меня за неё некому заступиться?

– И всё же, я что-нибудь придумаю! – заявил Джек. – С тобой, Брийон, свести счёты и быстрей и проще. Может, прямо сейчас?

– Уморишь меня голодом в винном погребе? – попробовал пошутить Андре.

– О, нет, у меня нет желания видеть здесь твой высохший труп. Я предлагаю продолжить наш разговор чуть позже. А время ожидания скоротать в более подходящем месте.

Андре не видел выбора. Он не хотел покидать особняк без известий об Элизе. Но когда перед ним со скрипом открылась дверь в ледяной погреб, и его обдало холодом,

Андре невольно помедлил, остановившись на пороге. Брийон чуть слышно рассмеялся, намереваясь пошутить об удобствах предоставляемых ему апартаментов, но от смеха кольнуло болью в рёбрах, и мужчина подавился собственной шуткой.

– Учтите, маркиз, либо здесь за дверью окажетесь вы, либо ваша драгоценная Элиза, – процедил сквозь зубы Джек. – Или хотите убедиться, что я не шучу?

– Иди к чёрту!

Но Джек не почувствовал себя ни победителем, ни тем более отомщённым. Ему чертовски хотелось выпить или хотя бы снова заснуть. Не надеясь ни на то, ни на другое, Джек побрёл в свою спальную. У двери он прислушался. Было тихо.

Джек повернул ключ в замке, чуть слышно вошёл и снова запер дверь. Элиза, свернувшись калачиком, всё так же спала под одеялом. Джек поборол искушение сжать девушку в объятьях. Мысль, что другой мужчина обнимал её, была по-прежнему невыносима. Не раздеваясь и не разуваясь, Джек осторожно опустился на постель.

Размышляя над тем, как поведёт себя Элиза, обнаружив себя в его спальной, мужчина на мгновение погрузился в сон.

* * *

Джек проснулся неожиданно и необычно. Лёжа с закрытыми глазами, он просто понял, что уже не спит. И звуки, долетавшие до его слуха вдруг становились понятны, и Джек словно видел происходившее в комнате.

На губах мужчины появилась злорадствующая, торжествующая улыбка.

– Не утруждайте себя, мадам, я запер дверь, – произнёс он достаточно громко.

Элиза взвизгнула испуганно и, развернувшись, отшатнулась. Джек лениво открыл глаза, выгнул левую бровь, разглядывая закутавшуюся в одеяло девушку.

– Почему я здесь? – спросила она, успев понять, что это другая комната.

– Потому что я так хочу! Извольте это уяснить и вернуться в постель!

– С какой стати?! – возмутилась Элиза. – Я не желаю находиться здесь на правах пленницы! А если вы так жаждете моего пребывания здесь, то я требую отдельную комнату! Извольте это уяснить, граф, и соблюдать приличия!

– Кто бы говорил о приличиях! – мрачно усмехнулся Джек.

Он резко поднялся, подошёл стремительно, словно налетел ураганом. Прижатая его телом к двери, Элиза задрожала, едва держась на ногах.

Упираясь руками в дверь, Джек приблизил к девушке своё лицо. В его тёмных глазах плескалась ненависть, уголки губ опустились в злобной гримасе.

– Вы будете находиться здесь столько, сколько я сочту нужным, мадам, – скалясь словно зверь, негромко проговорил он. – В этой ли, в другой ли комнате, но там, где я сочту нужным! Надумаете кричать – извольте, вас сочтут сумасшедшей. А если вам хоть каплю дорога жизнь вашего любовника маркиза, вы сделаете всё, что я скажу, мадам.

– Что ты сделал с Андре? – прошептала Элиза.

– Ничего из того, что заслуживал бы такой предатель! И я запрещаю вам спрашивать о нём и даже произносить его имя! Вы поняли меня, мадам?

– Ты дьявол! Ненавижу тебя, – прошептала девушка.

– Наконец-то вы снова стали говорить правду, мадам, – игнорируя слёзы на её щеках, щурился и улыбался Джек. – Может, тогда поведаете мне, кто отец вашего ребёнка? Если вам самой это вообще известно? И смотрите мне в глаза, мадам! – ухватил он её лицо за подбородок и повернул к себе.

– Это твой ребёнок! – дёрнулась в протесте Элиза. – Как смеешь ты сомневаться?! Твой, Джек! И тем хуже для тебя, если ты не веришь!

– Нет, мадам! Тем хуже для вас! – ладонь Джека скользнула на шею девушке. – Убедите меня, мадам! У вас это неплохо получалось прежде! Или вам помочь?

И его рука заскользила ниже. Джек ухватил одеяло, в которое как в кокон куталась Элиза, и потянул его на себя. Хищно скалясь, он отшвырнул одеяло.

Джек рассчитывал увидеть страх, мольбу в глазах девушки, но он недолго наслаждался её прежним ужасом и трепетом.

В её глазах слезами блестело упрямство, которое он так хотел сломить, её вызов, который он принял, не задумываясь над тем, что причиняет ей боль. Задыхаясь в его объятьях, Элиза пыталась вырваться, но Джек заставил её отступать, пока она не упала под ним на постель. Сопротивление девушки привело его в ярость, и он принялся рвать на ней сорочку. Тяжело и взволнованно дыша, Элиза из последних сил отталкивала его, упираясь ему в плечи и грудь. Не о таких объятьях она тосковала, не о такой близости безнадёжно грезила ночами. Джек без труда придавил её своим телом и навис над ней, скаля зубы в злой улыбке. Элиза бессильно затихла, не в силах даже вздохнуть.