Чтение онлайн

Она что, прикалывается надо мной. Алина склонилась над своим столом, одетая в крошечные шорты и футболку, и какой-то парень не сводит глаз с ее задницы. Ее футболка прилипла к телу, обнажая изгибы груди и очертания сосков. Несмотря на мой гнев, мой член непроизвольно оживает. Она носит крошечные шорты, чтобы привлекать всеобщее внимание? Она этого хочет? Она хочет, чтобы этот тип смотрел на ее тело? Она пытается меня спровоцировать? Она что, соблазняет меня? Идиот за ее столом водит ладонью вверх-вниз по ее руке.

Я открываю стеклянную дверь и бью ею о стену, сжав кулаки. Я иду по середине прохода на четвертом этаже и, когда мне остается еще около четырех метров до этого парня, говорю:

– Ну-ка, быстро отошел от нее!

У меня зашкаливает давление. Он убегает, как крыса, которой он и является. Ее глаза расширяются, когда я подхожу к ней и останавливаюсь в нескольких сантиметрах от ее лица.

– Ты что творишь?!!

По всему ее телу стекают капельки пота: в ложбинках грудей, на лбу, по ногам и между ними. Я стараюсь не возбуждаться. Сосредоточься, Соколов! Мой взгляд возвращается к ее лицу.

– Что?
– С выражением ужаса на лице она отступает назад.

– Ты думаешь, это подходящий офисный наряд???

Она смотрит на меня так, словно я сумасшедший.

– С какой стати ты на меня орешь??!!!
– кричит она, отталкивая меня.
– Ну извини, если мое потное тело оскорбляет твой взор. Извини, что я не взяла полотенце с собой в спортзал!
– ее зеленые глаза вспыхивают гневом.

– В офисе тебе нельзя расхаживать в таком виде. Моя компания - не стриптиз-клуб!
– огрызаюсь я в ответ, пытаясь контролировать свое дыхание.

Она моргает:

– Ты что, только что назвал меня стриптизершей???

Она хлопает руками по бокам, и я волнуюсь, что она может меня ударить.

– Я имею в виду, что ты одета как они.

Наши взгляды встречаются, и никто из нас не хочет отступать. Она обводит рукой пустой офис. Несколько программистов, опустив головы, что-то печатают. Никто не поднимает глаз, несмотря на шум. Вот вам и программисты. Храбрецы львиное сердце!

– Здесь почти никого нет! Я не могу весь день просто сидеть после потной тренировки. Мне нужно взять полотенце и пойти в душ. Я бы уже закончила, если бы ты не задерживал меня. В чем проблема?
– Ее глаза сужаются.
– Ты думаешь, что можешь указывать мне, где работать или как одеваться? Ксюша вон, каждый день приходит в офис в короткой юбке! И?

В чем проблема? Моя проблема в том, что я вышел из себя. Я не понимаю, что делаю. Мы современная компания, а не библиотека. Я позволяю своим сотрудникам носить все, что они хотят, и многие разработчики носят джинсы с дырками и потертые футболки. Почему меня волнует, что они носят? Она пристально смотрит на меня, ожидая ответа. Мне нужно остановиться. Я ругаюсь с девушкой, которая на десять лет моложе и на голову ниже меня.

Я прочищаю горло и говорю

– Послушай, ты можешь носить все, что хочешь, но не настолько откровенное.

На ее лице отражается обида, и она говорит

– Извините, Денис Александрович, - сжав губы в тонкую линию.
– Я собираюсь принять душ.

Она поворачивается, демонстрируя мне свою великолепную спину и подтянутые ноги, и я понимаю, что мне самому нужен холодный душ. И уроки управления гневом.

Алина

– Так и что он сказал?
– спросил Паша, пожалуй, слишком громко.

Юля и Женя, заинтересованные, наклонились вперед на своих стульях, чтобы послушать.

– Говори тише!

– Я только уточню, я правильно понял? Денис Соколов сообщает тебе, что увольняет тебя с этой должности, но берет на работу в другое место, даже без твоего согласия и собеседования. Непонятно, как ему удалось это провернуть, а потом он докапался до твоего внешнего вида?

Я поморщилась, мое колено подпрыгивало вверх-вниз после утреннего эпизода.

– Я не понимаю, - он нахмурился.
– Это, должно быть, что-то личное. Ксюша вон сидит в такой короткой мини-юбке, что я могу разглядеть ее трусы.

– Точно, - я закатила глаза.
– Конечно, это личное.
– Я чуть не дала ему пощечину, - хихикаю я, вспоминая его сердитое лицо.

– Черт, Алина, держи себя в руках. Ты что, хочешь, чтобы тебя уволили? Уволили... или трахнули?
– добавляет он с сарказмом, и я бью его по руке.

Он подкатывает кресло поближе.

– Давайте заглянем в трудовой договор. Посмотрим, что там говорится о дресс-коде.

Я киваю.

– В моей электронной почте должен быть договор с первого дня работы.

Паша заглядывает мне через плечо, пока я просматриваю свои электронные письма за первый год работы. Вот оно. Я нажимаю, чтобы открыть его, и мы просматриваем документ. Бинго! Доказательство того, что Денис Соколов перешел все границы дозволенного, и я не нарушала никаких правил компании.

С 8:30 до 18:00 сотрудники должны соблюдать определенный внешний вид. Одежда со слоганами или графическими изображениями, содержащими ненормативную лексику, запрещена.

Однако сотрудники не должны подвергаться дискриминации по признаку их одежды.

– Здесь конкретно указано время между 8:30 утра и 18:00 вечера, - отмечает Паша, - и ничего не говорится о шортах.

Он смотрит на меня:

– Что будешь делать?

Я улыбаюсь, стараясь не подавиться гневом.

Денис

– Послушай, - огрызаюсь я, - мы это уже обсуждали. Я хочу, чтобы в течение следующих двух недель каждый сотрудник прошел оценку!

– Денис Александрович, - умоляет по телефону Людмила, мой менеджер по персоналу, - мы не успеваем в такие короткие сроки.

– Это не обсуждается. Я хочу, чтобы этот проект был завершен как можно быстрее.

– Хорошо, но могу я спросить, к чему такая спешка?
– мягко спрашивает она.
– Вы никогда раньше так не торопили нас.

Людмила ходила бы по тонкому льду, если бы не проработала у меня десять лет. Я не из тех, кто любит, когда его допрашивают. Я вздыхаю, не в силах найти ответ. Могу ли я сказать ей, что мой член плохо слушается меня и мне нужно с этим покончить? Мне нужно во всем разобраться, потому что я - ходячее противоречие. Я заканчиваю дискуссию словами: