Чтение онлайн

Перекинув сумочку через плечо, Габи направилась к выходу и, заметив, что Луис сделал движение в ее сторону, ускорила шаг.

Но в дверях он все-таки схватил ее за руку, развернул и толкнул на стул. Габи вынуждена была сесть, сердито нахмурившись и потирая руку, на которой сразу же появился синяк.

— Вы скажете мне когда-нибудь, зачем привезли меня сюда? Я хочу это знать!

— Мне кажется, моя маленькая кузина, что в вашей ситуации не стоит чего-либо требовать.

Габи пристально вгляделась в непреклонное лицо Луиса, и сердце ее оборвалось. Какой она была дурой, полагая, что он поверит ее обещанию по поводу имения! Не такой он человек… А если он не поверил, от этой мысли у нее внезапно пересохло во рту, то что собирается делать? Она подняла глаза и взглянула в лицо своего стража. Его вторая рука была решительно вытянута вперед, и это побудило ее к еще одной попытке освободиться.

— Послушайте, Луис, — начала она, уверенная, что даже такая тупоголовая латиноамериканская свинья, как он, поймет, насколько разумны ее доводы, — вы должны понять, что мне надо вернуться. Я сказала Дафни…

— Ах да… Миссис Вудворд? — перебил он ее. — Я думаю, здесь нет причин для беспокойства. Мне кажется, что она прекрасно справляется со своими обязанностями. Во всяком случае, мне она сказала…

— Она сказала вам?

— Да, когда я позвонил ей вчера вечером и объяснил, что вы неожиданно задерживаетесь. Она передала вам привет и сказала, что вы можете не торопиться. Так что…

— Я этого не хочу слышать! — Злость пересилила страх, и Габи почувствовала, как запылали ее щеки. — Да как вы посмели действовать за моей спиной и вмешиваться в мои дела?!

— Представьте, себе, моя дорогая, посмел, — тихо проговорил он, — да еще как посмел!..

— Среди всех заносчивых и высокомерных… — Габи едва могла говорить из-за душившего ее бессильного гнева, который еще более увеличился, когда в голову ей пришла еще одна мысль. — Так вы лгали мне, когда говорили, что на дорогах в Каракас пробки?

— Нет, это правда. Сегодня действительно праздник. — На губах Луиса появилась легкая улыбка. — Но я же не сказал, что мы летим в ту сторону.

— Скажите, вы всегда ведете борьбу не по правилам? — сердито спросила Габи.

— Я давно уже понял, что если начинаешь корчить из себя невинность, то добиваешься немногого, — мягко произнес он. — Но вести борьбу, дорогая… Да кто же здесь ведет борьбу?

— Я. И я буду продолжать бороться, обещаю это вам, до тех пор, пока вы не осознаете, что творите. Вы хоть понимаете, что совершили похищение?

Луис пожал плечами.

— Я, помнится, говорил вам еще в Лондоне, что это чертовски соблазнительная идея, и ее стоило бы осуществить хотя бы ради того, чтобы посмотреть на вашу реакцию. — Последовала короткая пауза. — Но вы разочаровали меня.

Габи в замешательстве уставилась на него. Это был совсем другой Луис. О нем нельзя было сказать, что он побежден. Слишком много энергии было сконцентрировано, словно в сжатой пружине, в этом человеке. Но в нем появилось что-то новое… Он выглядел абсолютно раскрепощенным, казалось, играя ею. Может быть, он думал, что уже выиграл?

— Послушайте, — Габи постаралась придать голосу всю убедительность, на которую только была способна, — если это сможет сделать вас хоть немного более счастливым, отвезите меня к сеньору Серрано. Он оформит документы о моем отречении от имущества, или как там это еще называется, и я с удовольствием подпишу эти документы, прежде чем уехать.

— Но, что же тогда раньше сдерживало ваш холодный и светлый английский ум? Почему только сейчас под принуждением вы сказали, что подпишете бумаги?

Габи постаралась побороть вспыхнувшую в ней ярость.

— Я была уверена, что все ваши обещания не стоят той бумаги, на которой они написаны, но я…

— А… вы, наверное, хотели сделать это ради своего будущего мужа, который, узнав о вашем глупом поступке, пожелал бы возобновить притязания на имение.

— Я в последний раз говорю вам, что не собираюсь выходить замуж.

— Выйдете, куда вы денетесь. — Луис тряхнул головой. — Нельзя же вечно сопротивляться своему естеству.

— Моему естеству? — переспросила Габи.

— Такому горячему, щедрому, страстному… — взгляд Луиса опустился с ее глаз на пульсирующую у основания жилку, — бесконечно желанному. Единственное, чего вам недостает, — это мужчины.

— Среди всех женоненавистников… — Габи резко выдохнула. — Вы действительно отстали от времени, Луис. В наши дни женщина может быть счастлива и не связывая себя на всю жизнь с заносчивым типом вроде вас!

— В конце концов, ваши дети когда-нибудь могут решить… — Он снова полностью проигнорировал ее слова.

— Я откажусь от всех претензий на имение и за себя… — здесь Габи старательно проговорила каждое слово, — и за своих детей, которых у меня никогда не будет! Этот вариант удовлетворит вас?

Казалось, на мгновение Луис потерял терпение.

— Нет, не удовлетворит! Я не хочу подвергать свои планы ни малейшему риску, ни сейчас, ни в дальнейшем. Вот почему ваш первый ребенок, наследник имения, будет и моим ребенком.

В комнате нависла тишина, которая могла бы длиться часами, но не прошло и минуты, как Габи, отодвинув стул, вскочила на ноги, глядя на Луиса бешеными глазами.

— Да вы ненормальный! Вы законченный идиот, если думаете, что я!.. — Ее голос сорвался.

— Идиот? Ну что вы, я совсем так не думаю. — Луис сопроводил свои слова элегантным движением руки. — Мне кажется, это совершенно разумная идея.

— Но вы ведь пошутили, — медленно проговорила Габи. — Это слишком жуткая мысль.

— Неужели?

— Это подло. Так… так хладнокровно…

— Вы так думаете?

— Конечно! — воскликнула Габи. — Подобная идея могла прийти в голову только человеку, подобному вам, у которого вместо сердца айсберг!

— Но, поймите, моя любимая, — по-испански произнес Луис, и его голос понизился до шепота. — Мысль об общем ребенке может быть очень приятной для нас обоих. В конце концов, это просто гормоны. Вы хотите меня, я хочу вас. И этот простой факт я хочу использовать с пользой для дела столь долго, сколько потребуется.

— Я… — Габи попыталась что-то сказать, но, ощутив страх, смогла лишь провести кончиком языка по пересохшим губам.

Не в силах вынести взгляд Луиса, она отвернулась и посмотрела сквозь открытую дверь на траву возле дома, стройный ряд деревьев, безоблачное небо. На нее навалилась невыносимая тяжесть. Она словно жила в кошмарном сне, который, по-видимому, посещал каждую женщину. Помощь может прийти только издалека, а вокруг только лес и море. Она может рассчитывать исключительно на милосердие человека, у которого оно полностью отсутствует и который только что заявил, что овладеет ею, когда захочет. Мало того, он будет делать это до тех пор, пока она не забеременеет. И это сказал человек, несомненно, имеющий сексуальный опыт и который уже ощутил отклик ее тела на малейшую его ласку!