Чтение онлайн

Одной ладонью Роман обхватил Диану за затылок, запрокидывая ей голову, обхватил губами ее подбородок, и она тонко и протяжно застонала. Как же сладко, господи боже ж ты мо-о-ой! Он ласкал ее подбородок языком, и по ощущениям эти ласки не уступали поцелуям в губы, и Диана впервые поняла, сколько эрогенных зон расположено на подбородке.

Еще более громкий вскрик сорвался с губ, когда Роман еще сильнее запрокинул ее голову и впился губами в шею, захватывая как можно больше кожи, не щадя и не стесняясь. Засасывая так, чтобы оставить красные засосы, которые будут алеть на белом шелке не один день.

Одним рывком снял с Дианы футболку, так же быстро сдернул джинсы, затем стянул через голову свою футболку. Диана попыталась прикрыться руками, но Рома обхватил ее за запястья, развернул к себе спиной и прижался сзади. Ее тело пылало, так же, как и его. И если Диану трясло так, что вдохи и выдохи срывались жаркими неровными отрывками, то Роман был тверд и непоколебим, как скала. Каждое его движение было четкое и уверенное. Он удерживал Диану на ногах, прижимая горячим телом к холодной стене, одновременно раздвигая ее ноги шире и впечатываясь бедрами. Так же, как в прошлый раз в коридоре, но теперь Диана была совершенно голая, а спиной ощущала голый торс Романа.

Он просунул руку между их телами, сдернул вниз резинку спортивных трико, а потом…

— Не-е-ет, — тоненько пропищала Диана, когда почувствовала, как во влажный вход уткнулась налитая головка члена.

— О-о-о, да-а-а, — прохрипел Роман ей в ухо горячим дыханием, затем толкнулся в нее так сильно и резко, что Диана вздрогнула всем телом и выгнулась дугой от накативших ощущений, которые чуть не сбили ее с ног.

Кайф, боль, эйфория, неверие, сладость, шок — все смешалось вместе, заворачивая в невообразимую воронку, когда Роман принялся двигаться в ней, удерживая за талию, насаживая на себя и подминая. Неистово, быстро, отчаянно, бешено, так, что дыхания в груди не хватает, а горло пересохло от отрывистых стонов и хриплых ругательств, которые срываются с губ в тот момент, когда грань между желанием обладать и желанием доставить наслаждение пройдена, и остается только кристаллизованный концентрированный кайф, один на двоих.

Они стояли долгие минуты, сотрясаясь и дрожа от накатившего оргазма, и пытались восстановить дыхание. Роман прижимался взмокшей грудью к спине Дианы, прислоняя ее к стене, и только эта надежная опора удерживала ее на ногах.

— Больно? — шепотом спросил он, целуя в плечо и поглаживая ладонью живот. Диана лишь помотала головой, потому что сил не было даже на какой-то звук. Еще несколько жадных вздохов, и она попыталась отойти, но была обратно пришпилена к стене.

— Красиво, — пробормотал Роман ей в плечо. Татушка! Она совершенно про нее забыла! — Это что, роза с шипами?

— Да, — выдохнула в стену.

— Я ее не задел? — тем же шепотом спросил Роман и слегка подул на свежую наколку. Маленькая роза, с тонким стебельком, раскинувшимися лепестками и острыми шипами, смотрелась настолько сексуально на женском плече, что член вновь окаменел, все еще находясь внутри Дианы.

Роман скользя губами по уху Дианы, лаская раковину, посасывая мочку.

— Надо…в душ…

Вместо ответа он обхватил рукой грудь Дианы ладонью и сжал. Она попыталась двинуться, но замерла, когда почувствовала, как его орган вновь наполняется и твердеет внутри нее.

Еще одна неудачная попытка вырваться из захвата, и Роман хрипло засмеялся.

— Такими темпами, принцесса, второй заход будет прям тут, не доходя до душа.

— Но…

— Не веришь? — он толкнулся вперед.

— Верю, верю, верю, верю, верю-ю-ю, — застонала Диана. Краска стыда залила лицо, когда внизу живота потянуло от ощущения твердого члена внутри. Ее реакция не обманет Романа, ведь, против воли разума, она сжимает его орган, мелко подрагивая и обхватывая, а попка приподнимается и прижимается, бесстыже и нагло, выдавая возбуждение.

— Вот та-а-ак.

Рома вновь начал двигаться. Обхватил рукой за шею, запрокидывая голову Дианы себе на плечо, отчего груди с остро торчащими сосками приподнялись вверх. Роман обхватил полушария в ладонях, свел половинки вместе, массируя и сжимая, сильнее и сильнее, пока его член двигался в Диане, выбивая из ее горла стоны и крики, работая то быстрее, то замедляясь, чтобы она просила и умоляла, открываясь ему, смахивая свои маски, выдавая то, что не прикрыто приличностями и любезностями. Потому что вся эта мишура ему на хер не нужна! А нужна Диана, настоящая, такая, как сейчас, раскрасневшаяся, доверчивая, податливая, стонущая в его руках, принимающая его ласки, которых еще будет много, очень много.

И снова стоны на двоих, инстинкты, подгоняющие и подхлёстывающие, доводящие до такой степени безумного вожделения, что не остается ни нежности, ни осторожности, а есть только страсть, яркая, испепеляющая, необузданная, дающая мозгосрывающее наслаждение, одно на двоих.

— Эти кадры надо подогнать… Тут асимметрия, и горизонт плывет…

— Угу, понял тебя…

— Тут смотри… Угол бы приподнять…

— И убрать такой обзор! Это ж как Аполлона кастрировать! Марь, ты точно в порядке?

Марьяна вздохнула и помассировала виски.

— Устала немного.

Лёлик глянул на нее исподлобья.

— Пора тебе на лазурные берега, дорогая, косточки погреть, и мозгам дать отдых.

— Да куда там, смотри, какой тут завал…

— Отдохнет в медовый месяц.

Марьяна вздрогнула от голоса за спиной. Сердце застучало быстрее, а перед глазами пронеслась ночь… Жаркая, тесная, душная, наполненная стонами, движениями, мольбами. Волшебная, взрывная ночь, которая отключила мозги, расплавило тело и захомутало сердце.

А утро принесло взбудораженные поспешные сборы, ведь не успела Марьяна прийти в себя, от увесистого кольца на пальце и горячей кожи Влада под ладонями, как Алекса написала сообщение, что едет домой. Марьяна еле вытолкала Влада за дверь, клятвенно обещая позвонить в ближайшее время. Но прошло два дня, но непривычная робость не дает покоя, заставляя расхаживать из угла в угол квартиры, а потом и своего офиса, теребя кольцо, все еще не готовая встретиться с Владом лицом к лицу и начать разговор, к которому готовилась чуть ли не каждую минуту.

И он пришел сам. Стоит ли удивляться?

— Что?! — Лёлик подскочил на месте. — Ты выходишь замуж?!

— Лёля…

— И я последний об этом узнаю?!

— Лёлик, послушай…

— Если ты доверишь свое платье этому недоделанному Мосе-руки-крюки, то я распну себя на твоей двери, и моя неприкаянная душа будет преследовать тебя каждую минуту!

— Не переживай, Павел, — Влад встал рядом с Марьяной. — Ты первый в списке приглашённых, и свадебное платье на тебе. И еще назначен подружкой невесты.