Чтение онлайн

— Ну и что. Все лучше, чем просто сидеть и смотреть, как все вокруг рушится. И вообще. Не люблю я это — думать да раздумывать… Лучше сразу решить — и все.

Возникла тишина. Я чувствовала, как они на меня смотрят, но не поднимала глаз. Впрочем, после того как решение было принято, стало легче, словно гору сняли с плеч. Теперь будь что будет, дело-то сделано.

— Неужели больше некому, — сказал Дарко с тоской.

— Такая у нас работа, — ответил Сокол. — Когда солдат идет на войну, он ведь не задает этот вопрос.

— Почем вам знать, может, задает. Иванка тоже задавала бы, не будь она дурочкой. А вы, наверное, вообще вопросов не задаете. Просто знаете, как правильно, и делаете, как надо.

— Дарко… — Сокол шагнул в его сторону, но Дарко отшатнулся, пряча глаза.

— Не надо. Я… понимаю, что вы правы. Наверное. Но не могу. Не сейчас. Мне нужно побыть одному. Простите.

Он вышел, ссутулясь, опустив плечи. Сокол смотрел ему вслед, задумчиво потирая висок. Выглядел он… виноватым? Я хмыкнула.

— Вот же дурак! — воскликнула, потирая кисть. Наверняка синяк все-таки останется. — Можете говорить, что угодно, но я ему на этот раз все выскажу.

— Не стоит, тигренок, ему и без того тяжело.

— Пф! Ему-то с чего? Это мы лезем в преисподнюю!

— Не понимаешь, — грустно сказал Сокол. — У него ведь никогда никого, кроме нас, не было. А теперь он может и того лишиться в один момент. Даже ничем помочь не в силах.

— Не может помочь, так хоть не мешал бы, — отрезала я, но злость на Дарко мигом улетучилась. Каково бы мне было, вели Сокол остаться в городе и наблюдать с берега, как он пытается усмирить бурю? Ждать, не зная даже, жив ли. Брр, да лучше оказаться в центре урагана, чем вот так.

Сокол взглянул на меня пристально, но продолжать разговор не стал. Сказал только, что мы успеем еще все обсудить и обдумать, а пока нужно немного отдохнуть. Успокоиться. Собраться с мыслями. Прогуляться по окрестностям прежде, чем уедем отсюда. А завтра, когда вернемся в Злату Гору, начнем готовиться всерьез.

Разыскав Ружену, которая вместе со своей новой наставницей занимала вторую отдельную комнату нашего постоялого двора, я отправилась посидеть с ней в чахлом подобии сада. На берег Сокол нас одних не отпустил, а беспокоить Дарко не хотелось. К тому же нам было жизненно необходимо обсудить массу новостей, так что лишние уши пришлись бы совершенно некстати.

— Как так вышло, что ты теперь с госпожой Миленой?

— Почему с вами антимаг?

Мы выпалили это одновременно и уставились друг на друга в изумлении. Какое ей дело до Дарко? Разве нет других тем для разговора, поинтереснее? В ее взгляде читался схожий вопрос.

— Ты же с самого детства боялась ее, как черта! Радовалась, когда госпожа Агния взяла тебя к себе. Ты хоть попыталась уговорить ее тебя оставить? Она добрая, может, получилось бы.

— Госпожа Агния действительно добра к своим ученикам, — ответила Ружена. — Она объяснила, что помощь нужна тебе и твоему наставнику, я и не подумала возражать.

Да ты бы и так не возражала бы. Всегда была послушной и правильной. Я бы на ее месте наверняка сбежала бы из Университета, ни за что не позволила бы распоряжаться собой, как вещью. В памяти всплыл недавний сон. Я действительно в нем приходила к Ружене? Спрашивать почему-то было неловко.

— И все же, Иванка, расскажи о Дарко. Ни разу антимага не встречала, тем более такого, — пользуясь моим замешательством, Руженка вернулась к интересовавшему ее вопросу. Неужто и она как все те девчонки? Сначала расспрашивает, а потом глазки строить начнет? Да что они все в нем находят!

— Какого — такого? — спросила я с раздражением.

— Так ведь они воины, беспощадные орудия закона и искоренители зла, — ответила она невозмутимо. — А Дарко такой… обычный. И добрый. И вас с господином Радомиром любит.

— А с чего бы ему нас не любить, — начала было я, но запнулась. Как объяснить постороннему человеку, кто мы друг другу? Для этого пришлось бы рассказать обо всем, что довелось пережить с того момента, как нас дорога свела. — Радомир вызволил его из беды. И вообще, мы друзья. К тому же никакой Дарко пока не воин, он только осенью в Университет отправится. Кстати, ты знала, что их там обучают, бок о бок с нами? Кто бы мог подумать!

— Когда стала ученицей, я многое об Университете узнала. Из того, о чем неофитам не рассказывают. Поэтому и расспрашиваю, ты не подумай, что мне твой друг нравится.

— Мне все равно, кто тебе нравится, — вспыхнула я. Ружена покосилась с сочувствием.

— Знаешь, я бы многое отдала за то, чтобы кто-то на меня посмотрел так, как он на тебя смотрит. Но антимаг… ох, дорогая, это так печально!

— Да объясни мне наконец, что не так с этими антимагами!

— А разве наставник тебе не рассказывал? — спросила она удивленно. Я с трудом удержалась, чтобы на нее не раскричаться. — Настоящих антимагов мало, они очень ценятся Советом. Из них делают самых умелых и жестоких бойцов. Они нас ненавидят, Иванка. Всех магов. И всю жизнь посвящают тому, чтобы выслеживать нас и убивать. Вот чему учат в Школе Стражей.

— А вы? — голос Дарко раздался прямо над ухом, заставив вздрогнуть от неожиданности. — Вы тоже нас ненавидите?

Заболтавшись, мы не услышали его шагов, а почуять антимага не могли. Интересно, как давно он тут стоит? Ружена растерялась, но быстро взяла себя в руки, вежливо улыбнулась ему как ни в чем не бывало. Я даже не успела начать ругаться.

— Нет, — ответила она. — Нас учат вас опасаться. Уважать власть. Ненавидеть некоторые начинают потом сами, нарушив закон. А в Университете с вами мало кто общается, уж точно не младшие ученики.

Дарко медленно обошел нас и присел на край лавки напротив. Посмотрел на Ружену, сузив глаза. Выражение лица его было недобрым. Похоже, в последнее время он на весь мир обозлился. Ну в чем Руженка-то виновата?

— Разве можно ненавидеть без причины? — спросил он тихим, вкрадчивым голосом, от которого мне стало неуютно. — Даже если тебя пытаются этому научить?

— Я тебе сейчас устрою причину, — выпалила я, поднимаясь.

Меня несло. Нависая над ним, я высказала все, что накопила за время нашего путешествия, не забыв упомянуть грубость в отношении Сокола, постоянные насмешки и синяки на моих запястьях. Когда словесный поток иссяк, я перевела дух. Воцарилась тишина. Ружена сидела, закрыв лицо ладонью — жест, вызвавший ностальгию по Университету. Дарко смотрел снизу вверх со смесью изумления и любопытства.

— Полегчало? — спросил он наконец. Я пожала плечами.

— Не очень, — ответила честно.

— Извини, дорогая, но это уже слишком, — сказала Ружена, поднимаясь. Превосходно. Я, вообще-то, ее защищала. Но она и слушать ничего не захотела: развернулась и ушла. Усевшись обратно, я скрестила руки на груди, пытаясь скрыть досаду.

Ну почему все вечно на стороне Дарко? Разве каждое сказанное мною слово не было чистейшей правдой? Было. Но почему тогда я сама о них жалею? Украдкой скользнув взглядом по пыльным, стоптанным ботинкам Дарко, по обтянутой штаниной острой коленке, по скрещенным пальцам рук, лежавших на коленях, я вдруг поняла, что хочу сказать о другом. Встретилась глазами — он смотрел грустно, но не злился.