Чтение онлайн

К чести Афанасия, он сразу разобрался в ситуации, а поскольку волевой раппорт Кочевника перестал действовать на его психику, полковник переспрашивать: кто говорит? – не стал. Он повёл себя как задавленный чужим «авторитетом» человек. Повернул голову к Фурсенюку, шагавшему рядом, сказал тупо:

– Мы работаем под прикрытием.

– Знаю, – широко улыбнулся министр.

– Мы готовим вам сюрприз.

– И это знаю.

– Но вы не знаете какой. В моей каюте лежит без сознания тот, кто вам нужен.

Глаза Фурсенюка сузились, побелели. На миг он стал похож на огромную человекообразную лягушку. Шедшие сзади два громадных парня и девушка–референт – его личная охрана, причём не как министра – как Поводыря, – переглянулись.

– Где ваша каюта?

Роман слушал этот разговор, притаившись «в уголке» головы Афанасия, и успел вовремя «подставить плечо», отбивая второй гипнотический выпад Кочевника. Послал в ответ «комбинацию мыслей Вьюгина», из которой можно было понять, что он «говорит правду». Кочевник, заглянувший в его сознание, смутно увидел каюту и лежащего на койке связанного человека. То есть – его, Романа Волкова.

– Ведите!

Делегация развернулась, потопала в обратном направлении, к центральным лестничным пролётам.

Роман вздохнул с облегчением, быстро связался с Ылтыыном, обрисовал ему ситуацию и лёг на койку лицом к переборке.

Через три минуты дверь каюты рывком распахнулась, в неё заглянул один из громил–телохранителей, кинул взгляд на лежащего, отступил в сторону. И в каюту вошёл Фурсенюк.

«Начинайте!» – послал Роман ментальный импульс Ылтыыну. Сел на койке, глядя на застывшего в столбняке Кочевника. Ключом, активирующим программу подчинения в его мозгу, по–прежнему являлся с а м Роман, его облик, но Поводырь этого не помнил, и как только получил в и д е о – р а п п о р т, его сознание померкло. Теперь он был готов выполнить любой приказ, как и те кодиранты–люди, что были использованы Поводырями для своих нужд.

Из коридора донеслись удары, крики, дробный стук: там Ё–спецназ «Триэн» усмирял свиту Фурсенюка. Усмирил, стало тихо.

В каюту заглянул Ылтыын. За его спиной мелькнуло сконфуженно–виноватое лицо Афанасия Вьюгина.

– Помощь нужна?

– В–портал! – протянул руку Роман, не совсем представляя, что это такое.

Фурсенюк, не меняя тупого выражения на лице, распахнул полы пиджака, снял ремень с мощной тяжёлой пряжкой, состоящий из отдельных прямоугольничков, с виду ничем не скреплённых между собой.

Роман взвесил в руке ремень, ощущая его массу и насыщенность энергией.

– Принцип действия?!

– Сенсор… биокод… – глухо проговорил Кочевник, явно борясь сам с собой. – Тактильный ключ…

– То есть он настроен на вас?

– Да.

– Как обезличить доступ?

Кочевник пожевал губами, стекленея.

– Как обезличить доступ?! Говорите!

– Сброс… личных параметров… – Слова давались Поводырю с большим трудом, было видно, что он на грани отключения, – сиштха сиим уффа х–ханн наа…

– По–русски!

– Мысленный приказ…

– Нейтрализуйте личный код доступа!

Кочевник снова остекленел.

– Выполнять! – рявкнул Ылтыын.

Фурсенюк вздрогнул, второй раз на мгновение превращаясь в зеленокожую рептилию с человеческими чертами лица. Крестообразные зрачки его увеличились, заполняя чуть ли не всю радужку глаз.

– Муун яшшл тии ссошши…

– По–русски!

– Я сделал…

– Никаких сюрпризов не оставил?!

– Нет…

– А Генеральный Поводырь ничего не готовит коварного?

– У него унц…

– Что?!

– Киб защиты…

– Как он выглядит?!

– Он может принимать любую форму…

«Роман Евлампиевич, – возник в голове бестелесный голос Олега Харитоновича, – быстро на корму! «Мир“ ушёл под воду, но он, судя по всему, заминирован!»

Роман сунул ремень Фурсенюка Ылтыыну.

– Береги как зеницу ока! Он сейчас сорвётся с катушек, поэтому лучше всего свяжите гада. Иначе он всех загипнотизирует и уйдёт!

– Ты куда?

– Наверх, Харитоныч сказал, что «Мир» заминирован.

– Я за тобой.

Роман выскочил из каюты, жестом показал подсунувшемуся Афанасию на дверь:

– Помоги ему.

В коридоре лежали на полу пять тел: парни в штатском и связанные телохранители Фурсенюка, в том числе и референт министра. Её лицо было изуродовано выстрелом в упор, хотя при этом из раны вытекала не кровь, а светло–зелёная жидкость. Пятеро парней в масках и два матроса приглядывали за лежащими, направив на них стволы пистолетов–пулеметов.

– Киборг, бля, – криво усмехнулся Афанасий, кивнув на женщину. – Пришлось стрелять, она уложила двух наших.

– Осторожнее с министром, он фрустирован, но непредсказуем!

– Разберёмся.

Роман метнулся по коридору к лестнице, однако ему дорогу преградили два матроса. Один был вооружён ножом, второй самым настоящим гарпуном. Глаза у обоих были мутные, о т к л ю ч ё н н ы е.

Роман рассчитал атаку, подумав: не позвать ли на помощь Алтына? – но его опередили.

Мимо промчались два парня из тех, что связывали телохранителей министра, и уложили матросов в течение двух секунд, не применяя своего более серьёзного оружия.

– Спасибо!

Роман выскочил на палубу.

Здесь царила тишь да гладь, да божья благодать.

«Мир» уходил в глубину озера. За ним наблюдали с кормы два десятка человек. Матросы на лодках опускали вслед за аппаратом какие–то приборы. Парни в штатском стояли вдоль бортов, неподвижные как статуи. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: они – все! – в данный момент находятся под сильнейшим гипнотическим воздействием.

Рептилоид был здесь, на борту судна, не стоило и сомневаться. И именно он сейчас командовал (на мыслеволевом уровне) всей процедурой погружения.

Роман протянул к ещё видневшемуся сквозь толщу воду «Миру» усик телепатического «рецептора».

Заныли зубы! Олег Харитонович был прав: батиплан нёс в своём чреве взрывное устройство, способное не только взорвать «Мир», но и уничтожить объект посолидней, к примеру крейсер, или – лемурийскую Колыбель.

«Алтын!»

«Я сзади».

Роман оглянулся.

– Что с Кочевником?

– Его пеленают наши десантники, Афанасий приглядывает.

– На мостик!

– Зачем?

– Он там!