Чтение онлайн

***

Рассказ девчонки загнал меня в тупик. Не то, чтобы я доверяла феям, но и нанимателя практически не знала. С другой стороны, Вильям всячески выгораживал своих дам, несмотря на то, что одна его бросила, а вторая пыталась обвинить в убийстве. Из-за дурацкого рыцарского поведения, парню хотелось помочь, но, как ни крути, ситуация складывалась туманная.

– Как бы сильно я не злилась на мужа, до сих пор гоню мысль, что он мог оказаться палачом. Признание было поспешным, надуманным, – Анезка слегка дотронулась до моего плеча, вырывая из плена мыслей. – Вы меня слушаете? – с досадой поинтересовалась она, переживая, что я не поверила ни единому слову. Махнув, я одобрительно улыбнулась и жестом попросила продолжать. – Я собиралась отправиться в улей и обо всем доложить Ирике, – взволнованно замямлила девушка, скорее оправдываясь, чем убеждая, – но едва покинула подъезд, как получила чем-то тяжелым по голове. Подозреваю, меня огрела Мелинда. Видимо она догадалась, что я пришла неспроста и, занервничав, решила не больше медлить: подставить доверчивого любовника и благополучно смыться. Кроме имени, о ней ничего не известно. Никто ее ни разу не видел. Заподозрить в преступлении тень – невозможно. Она изначально все продумала так, чтобы история закончилась арестом Вильяма. Очнулась я под утро, а когда добралась до замка, Первосущная была мертва. Смею предположить, стерва специально оставила меня в живых, чтобы я дала показания против экс-супруга. Жестокая ирония, не правда ли?

– Звучит правдоподобно, но есть нюанс. Показания значительно разняться. В повествовании Вильяма не было и упоминания о вашей последней встрече.

– Естественно, его слова против моих. Кто бы сомневался, что вы встанете на сторону негодяя. Он умеет задурить голову. Любая дурочка, однажды взглянув на мерзавца, превращается в послушную куклу!

– Я пропущу нелепое замечание мимо ушей, – снисходительно бросила я, списывая дерзость девчонки на расстройство. – Посуди сама. Дело не в умении манипулировать людьми. Твой бывший муж – умный малый. Разве стал бы он действовать против своих интересов и скрывать факты, которые однозначно всплывут? Это глупо и безрассудно. К тому же у парня имелось достаточно времени, чтобы к моему приезду придумать альтернативный сценарий вашей беседы, но не умолчать о ней совсем. Вывод напрашивается один: кто-то из вас нагло врет. Не знаю, зачем и почему, но я изобличу обманщика и, тогда, ему не поздоровится, – угрожающе прохрипела я, рассчитывая запугать девчонку.

– Не хочу казаться лживой сукой! Если иначе правоту не доказать, я готова отречься от клана и вновь стать одиночкой, – гордо заявила Анезка, дрожа от негодования всем телом. – Я сделаю это ради Ирики и фей, что загубила дрянь. И конечно, чтобы спасти душу любимого. Он должен сознаться в пособничестве и искренне раскаяться. Когда ты меня прочтешь и убедишься, что я честна, то надеюсь, найдешь шлюху и отправишь на «тот свет».

– Ты же понимаешь, что искупление Вильяма в представлении твоих сестер – смерть? Да и в моих – тоже. Я не позволю из удовольствия, мщения или попытки разгадать чьи-то тайны, убивать направо и налево. Как только вина будет доказана, он умрет.

– Но во всем виновата Мелинда! Она обманом заставила пойти его на грех! – всполошилась девушка, краснея и покрываясь холодным потом.

– Мне жаль, – и мне реально было жаль. Я прониклась к новому знакомому, но при необходимости готова была прикончить, не задумываясь. – Он взрослый мальчик и, судя по всему, принимал решения самостоятельно, без постороннего давления. Кем бы ни оказалась любовница, волшебного воздействия на парня она не применяла.

***

Чем дольше длилась беседа, тем сильней вокруг сгущалась негативная энергия. Феям не нравилось, что Анезка так охотно общалась. Любопытно, что их смущало? Сейчас я скорее являлась союзником, чем врагом. Разобраться с убийством в кратчайшие сроки было в общих интересах. Клану срочно требовалась Первосущная, пока не разразилась междоусобная война. С другой стороны, убийца матки для улья был очевиден, и диалог с Падальщицей казался ненужным и опасным. Напряжение нарастало. Еще чуть-чуть и, невзирая на то, кто я, они начнут атаковать, чтоб с боем вернуть сестру в лоно семьи.

Убедившись, что девчонка не передумала, я озвучила опасения вслух. Оставлять ее на попечение «участливых» подруг не хотелось. Того и гляди, в деле обнаружатся дополнительные подробности или пропадет сама свидетельница. Переполошившись, девушка согласилась уйти незамедлительно, и мы спешно покинули зимний сад. Благодаря Анезке, нам удалось избежать преследования и благополучно добраться до арендованного автомобиля. Однако я была уверена, что это не конец. Едва лесные создания поймут, что случилось, как тут же решат, что полукровка – предательница. Нас станут не просто искать, а устроят игру на выживание.

Свернув с дороги, мы бросили машину, и пересекли город на другой. Проехав несколько километров, спрятали транспорт и последнюю часть пути добирались на снегоходах. Пообещав защиту, я вела спутницу в надежное место – давно заброшенную сторожку лесника, правда, упустив факт, что принадлежала она не мне. В случае экстренных обстоятельств, там собирались укрыться Вильям с любовницей. Естественно, теперь он сам отсиживался в избушке, скрываясь от фей и прочих желающих перерезать ему горло.

Воссоединение получилось не из приятных. Ожидая только меня, молодой человек, заметив непредвиденный «хвост», остался спокоен. А вот обомлевшая женушка затряслась от возбуждения и гнева.

– Что он здесь делает? – моментально завелась она, стоило парню выйти навстречу. – Мы так не договаривались!

– Во-первых, мы никак «не договаривались», – парировала я, кое-как освобождая рот от балаклавы и увесистого шарфа. – Ты решила покинуть замок, а я обязалась на время тебя спрятать. Подробности не обсуждались. Во-вторых, это его дом.

– Но он – хладнокровный палач!

– Пару часов назад ты не была так уверена. К тому же, я не могу упускать из виду обоих подозреваемых.

– «Обоих»?! Значит, ты по-прежнему считаешь меня причастной? И это после того, что я рассказала?

– Вы оба поведали занятные истории, но пока я не верю ни в одну.

Лицо Анезки вытянулось, Вильям же и бровью не повел. Сложив руки на груди, он терпеливо ждал продолжения. Самоконтроль и деликатность. Такие качества в мужчинах мне нравились, но редко встречались вместе. Засмотревшись на парня дольше положенных пяти секунд, я решила: хорошо бы ретироваться в сторожку. Назревал скандал, а участвовать в семейных разборках мне не хотелось. Спешно направившись к двери, я уже слышала первые обвинения:

– Ты пытался убедить, что я – монстр, но сам – еще большее чудовище! – верещала девушка, от негодования брызжа слюной. – Может Ирика и остальные сестры умерли не от твоих рук, но добровольное пособничество приравнивает тебя к убийце.

– О чем речь? – нахмурено поинтересовался молодой человек у моей убегающей спины, отлично зная, что от жены толку не добьется. – Кого она имеет в виду под «остальными»?

– Анезка утверждает, что вы с Мелиндой, помимо Первосущной, прикончили еще пять фей, – пробурчала я, понимая, что все же придется остаться. И прежде, чем Вильям стал возражать, я настоятельно предложила: – Давайте зайдем внутрь и вместе во всем разберемся. На улице холод собачий. Я понимаю, вы так разгневаны, что пылаете изнутри, но я-то не могу об вас погреться.

Мы молча перебрались в крохотную избушку, где на тридцати квадратах чудом умещались: диван, компактный кухонный гарнитур, холодильник, шкаф и разнообразная утварь. В углу, создавая уют, потрескивала металлическая печка, на газовой плитке стоял только что заваренный в турке кофе, а на столе – горячий ужин на двоих. Для кого-то это – мелочь, мне же было лестно осознавать, что кто-то ждал. Спрятав улыбку за маской безразличия, я не смогла избежать растерянности. Замерев посреди комнаты, я забыла, с чего хотела начать, как вдруг хозяин пришел на помощь. Налив всем по чашечке ароматного напитка, он на полном серьезе спросил:

– Очная ставка?

– В версии Пограничников, – отшутилась я, мысленно благодаря парня, что вернул в нужное русло.

Кое-как убедив разбушевавшуюся полукровку временно примириться, я уселась напротив парочки и занялась любимым делом: выявлением лгуна. У каждого имелся мотив: девчонка могла прикончить Ирику из ревности, а красавчик по указке любовницы. Каждый мог умышленно придумать или опустить важный факт. И каждый мог попытаться обвинить другого, чтоб отвести подозрение от себя. Но вот незадача, как бы глубоко я не проникала в сознание обвиняемых, считывала одно: они искренне верили в сказанное, и готовы были доказать правоту любым способом.