Чтение онлайн

"Разумеется, - подумал Хелльстром.
– Велосипед. Почему велосипед? И куда она поехала на нем?

– Где она взяла велосипед?
– спросил он.

– Это тот самый, что мы отобрали у Чужака, Депо.

– Как так? Почему его еще не разобрали на части для нужд Улья?

– Несколько инженеров исследовали его - подумывали создать собственную модель, чтобы ускорить доставку материалов на нижних уровнях.

– В каком направлении она поехала?
– Хелльстром встал с постели. "Сколько сейчас времени?" - подумал он и бросил взгляд на хрустальные настенные часы: 3:51 ночи.

– По-видимому, она направилась к Палмерскому мосту. Следы ведут туда.

"Значит, в город. Почему?"

– Охранники, которых она вырубила, сказали, что она была в одежде Чужаков, - сказал Салдо. Из костюмерной сообщили, что пропало меховое пальто. Она опять побывала на складах Улья. Мы еще не знаем точно, что она взяла.

– Сколько прошло времени с момента, когда она уехала?
– спросил Хелльстром. Он сунул ноги в сандалии производства Улья и потянулся за халатом. Было прохладно, но он знал, что это ощущение было вызвано только его собственным пониженным метаболизмом.

– Почти четыре часа, - ответил Салдо.
– Охранники находились без сознания длительное время.
– Он потер заживающую рану на щеке.
– Я уверен, что она направилась в город. Два химика-следопыта шли по ее следам так долго, как позволяла осторожность. Следы ее вели к городу, когда они уже не посмели идти дальше.

– Перуджи, - сказал Хелльстром.

– Она отправилась спариваться с Перуджи.

– Ну да, конечно же! Связаться с Линком, чтобы она...

– Нет.
– Хелльстром покачал головой.

Салдо дрожал от нетерпения.

– Но ведь этот велосипед принадлежал одному из агентов Перуджи!

– Кто может узнать этот велосипед? Вряд ли они свяжут его с Депо, а Фэнси не скажет Перуджи, откуда велосипед взялся у нее.

– Вы уверены?

– Да. У Фэнси голова работает только в одном направлении - спаривания. Мне следовало предположить это, когда я увидел, что она начала атаку, выбрав целью Перуджи.

– Но этот человек умен! Она может сообщить ему что-нибудь, даже не подозревая этого.

– Об этом-то мы не должны забывать. Но сейчас надо связаться с Линком. Скажи ему, где она, и пусть он убедится, что они не взяли ее на допрос. Перуджи, несомненно, находится под постоянным наблюдением. Нужно соблюдать абсолютную осторожность и не привлекать к себе внимания больше, чем это необходимо.

Пораженный Салдо не сводил глаз с Хелльстрома, не в силах вымолвить и слова. Он ожидал, что тот поднимет по тревоге все наличные силы. Но Хелльстром отреагировал совсем не так!

– Были еще проявления возмущений?
– спросил Хелльстром.

– Нет. Кажется... вентиляция... помогла.

– Фэнси готова к оплодотворению. И если она забеременеет от Чужака, это сослужит пользу Улью - пока она вынашивает ребенка, за ней можно будет легко следить.

– Да!
– воскликнул Салдо, восхищаясь мудростью Хелльстрома.

– Я знаю, что она взяла со складов, - продолжил Хелльстром.
– Мужскую сексуальную фракцию в ампуле, чтобы возбудить Перуджи. Она хочет спариться с ним, вот и все. Пусть. Эти Чужаки чрезвычайно странно реагируют на эту естественную форму человеческого поведения.

– Да, так говорят, - пробормотал Салдо. Я изучал инструкции о том, как вести себя, когда ты выходишь во Внешний мир.

– Придерживайся их, - с улыбкой сказал Хелльстром.
– Я видел это уже много раз. Завтра Перуджи появится здесь с чувством искреннего раскаяния. Он прибудет с Фэнси и займет круговую оборону. Он будет ощущать вину. Что сделает его еще более уязвимым для нас. Да... Полагаю, я знаю, как теперь справиться с этой ситуацией - благодаря Фэнси. Спасибо ей!

– О чем вы говорите?

– Химически дикие Чужаки не так уж сильно отличаются от нас. И Фэнси напомнила мне об этом. Ту же технику, какую мы используем, чтобы сделать наших работников предсказуемыми, ручными и податливыми для нужд Улья, сработает и на Чужаках.

– Еда?

– Или их питьевая вода, или даже воздух.

– Вы уверены, что Фэнси вернется?
– Салдо не мог избавиться от тревожащего его сомнения.

– Да.

– Но этот велосипед...

– Ты что, и в самом деле думаешь, что они опознают его?

– Мы не можем рисковать, надеясь на это!

– Ну, если это тебя успокоит, предупреди Линка. Думаю, что чувства Перуджи после сегодняшней ночи будут настолько притуплены, что утром он вряд ли опознает велосипед.

Салдо нахмурился. В жестах Хелльстрома была какая-то маниакальность, а в голосе сквозили нотки глубокой обеспокоенности.

– Мне это не нравится, Нильс.

– Понравится, - уверил его Хелльстром.
– Поверь мне. Скажи Линку, что ты направлен в специальную группу Службы Безопасности. Я хочу, чтобы данные им инструкции были точными, исключающими какое-либо неверное толкование. Отправляйся вместе с ними, соблюдая максимальную осторожность. Они не должны этой ночью ни во что не вмешиваться. Главная задача обеспечение того, чтобы Фэнси не увели из этого мотеля. Никто не должен помешать ей провести эту ночь с Перуджи. А утром они должны забрать ее при первой же возможности и привести ко мне. Я хочу поблагодарить ее лично. Улей учится - и он реагирует на опасность, как единый организм. Именно так, как я всегда и предполагал.

– Я согласен, что мы должны обеспечить ее возвращение в Улей, - сказал Салдо, - но вот благодарить ее...

– Естественно.

– За что?

– За то, что она напомнила нам, что у Чужаков такая же, как и у нас, химическая природа.

"Из мудрости Улья":

"Специалисты высшего уровня, подготовленные нами с

учетом требований наших самых основных нужд, в конечном

итоге принесут нам победу".

Перуджи проснулся в серой рассветной мгле, вплыв в сознание из какого-то далекого, лишенного энергии места. Он повернулся голову и увидел смятую в беспорядке постель, медленно осознавая, что он один в постели и что это очень важная информация. Велосипед с пальто, наброшенным поверх руля, стоял, прислоненный к стене рядом с дверью. Между постелью и дверью валялся белый халат. Он внимательно посмотрел на велосипед, удивляясь, почему ему кажется, что этот велосипед так важен для него.

"Велосипед?"

В ванной плескалась вода. Кто-то напевал.

"Фэнси!"

Он принял сидячее положение, и мысли его были такими же спутанными, как и постель. "Фэнси! О Господи! Что же это она ему вколола?" Смутно припоминалось, что он, кажется, восемнадцать раз испытал оргазм. Возбуждающее средство? Если так, то это самое сильный наркотик, какой только можно представить в самых безумных фантазиях.

Вода по-прежнему плескалась в ванной. Она принимала душ. "Боже! Как она может двигаться?"