Уловки в споре
Шрифт:
2. Произнести вслух заданный вопрос. Это может заставить оппонента внести в него корректные поправки, а у его визави появится дополнительное время, для того чтобы обдумать ответ.
3. Не бросаться отвечать с ходу, взять несколько секунд на размышление.
4. Обратиться за поддержкой, помощью или советом к кому- нибудь из других участников диалога. Это не снижает уважения со стороны других людей и одновременно позволяет корректно контролировать течение спора.
5. Хотя в споре рекомендуется не уходить от вопросов оппонента и не подвергать анализу заложенные в них намерения («Мне бы хотелось понять, почему вы об этом спрашиваете и для чего вам это нужно знать»), тем не менее в ситуациях трудного, напряженного спора, вызванных психологическим давлением оппонента, такой прием может быть полезным
6. Предвидеть вопросы, которые могут быть заданы, и не допускать, чтобы они уводили слишком далеко в сторону от основного предмета (тезиса) спора Важно помнить, что многие реплики, звучащие как вопросы, на самом деле вопросами не являются и не рассчитаны на прямой и содержательный ответ. Такие «вопросы» в действительности могут быть формой критики, упрека, негативной оценки собеседника, совета, психологического давления. Варианты таких реплик приведены выше и, как правило, направлены на самого оппонента.
Один мой приятель говорил «У вас такой хороший вопрос, что не хочется портить его своим ответом»
— И Вам это помогает?
— Что бы Вы ни имели в виду, — да, помогает
Воспроизведение высказывания партнера, которое он может при необходимости уточнить, включает элементы догадки, предположения о том, что стоит за словами собеседника. При этом у всех участников спора появляется возможность исправить и учесть неверные предположения. Часто повторение сказанного разрушает эффект уловки, так как показывает партнеру, как воспринята его речь другими людьми, вследствие чего он будет вынужден скорректировать свое высказывание, например, сделать более понятным или смягчить его.
Кроме того, повторение сказанного партнером позволяет собрать дополнительную информацию, побуждая его к свободному высказыванию, а также лучше запомнить и осмыслить полученную информацию, держаться в русле обсуждаемой проблемы, не отвлекаясь самому и не позволяя партнеру «соскальзывать» на другой вопрос.
Однако, помимо определенных трудностей вербального выражения позиции в споре, существует и сложность высказывания сомнений в ее истинности, в результате чего иногда их бывает нелегко отличить от отрицательного ответа, особенно когда он выдвигается недостаточно уверенно или нерешительно: «Я не совсем уверен, что...»; « Разве не может быть, что...»; «Я пока не совсем понимаю, почему...»; «Мне нужно еще подумать над тем, что...».
Поэтому важно видеть, как реагирует оппонент на подобные ответы — как на выражение сомнения и нейтральное рассуждение или как на несогласие, и сделать более понятным для него смысл такого высказывания. Может быть, это поможет ему меньше «застревать» в споре?
Чтобы достичь согласованного понимания используемых в рассуждениях оппонентов терминов, понятий, символов и т. д., необходимо тщательно прояснять смысл того, что может казаться и без того очевидным.
Степень понимания определенного высказывания в диалоге, особенно в споре, и степень его принятия слушателем, конечно, могут не совпадать. Полное понимание позиции собеседника может сопутствовать ее частичному или даже полному неприятию и отвержению. Вместе с тем, чтобы сформировать любую, даже частичную, степень принятия высказанной позиции, необходимо достичь определенной степени ее корректного понимания, особенно всего того, что связано с контекстом речи.
Ряд искажающих призм блокирует в диалоге понимание другого человека, отмечает Ирвин Ялом [7] . Существуют непреодолимые препятствия для устранения определенной психологической «изоляции» разных людей, вступающих в диалог. Во-первых, между языком и образами, которые он описывает, присутствует определенный барьер. Человек мыслит образами, но для общения с другими людьми он вынужден переводить образы в мысли, а те, в свою очередь, — в слова. Этот путь чреват многими искажениями и потерями. Вторая причина, по которой очень трудно, если вообще возможно, полностью раскрыть смысл высказываний другого человека, заключается в том, что мы сами выбираем, что мы хотели бы понять — эта проблема во многом связана с предвзятостью восприятия. Третье препятствие к полному пониманию другого человека относится уже не к познаваемому содержанию, а к познающему его человеку, который должен проделать всю процедуру понимания в обратном порядке и перевести слова в образ. И это кажется почти невероятным, чтобы описанные одними и теми же словами образы «получателя» полностью совпали с образами «отправителя». Можно сказать, что ошибки этого «перевода» во многом объясняются ошибками, вытекающими из человеческой предвзятости.
7
Ялом И. Лечение от любви. М., 1997.
Каждый раз, когда мы видим лицо или слышим голос, мы узнаем в нем не что иное, как наши собственные идеи
Понимание — всегда процесс не только относительный (то, что кажется понятным одному, может быть не понятно другому), но еще и обладающий свойством градации: оно присутствует в диалоге в большей или меньшей степени. Даже в самой прозрачной формулировке могут быть отдельные элементы, не совсем понятные слушателю, а в самой, казалось бы, туманной и запутанной идее — понятные детали.
Понимание можно представить как оценку на основе определенного стандарта или правила. Пониматься может все то, для чего существует соответствующий образец. Если объяснение выводится из имеющихся общепризнанных истин, из известного закона, то понять — значит вывести из принятых общих ценностей и правил. Понять что-то — значит оценить это явление с точки зрения того, что должно или может происходить, то есть с позиции опирающихся на прошлый опыт представлений о «нормальном» течении событий. Пониманию обычно предшествует истолкование, представляющее собой поиск стандарта оценки и обоснование его применимости к данному случаю.
Написал «Неуклонно растет поголовье скота» и подумал «Это оптимизм или пессимизм?»
Я никогда не мог взять в толк, почему из-за того только, что я выражаюсь невразумительно, никто меня не понимает
Важно иметь в виду, что истолковывает и понимает всегда конкретный человек, разделяющий ценности своей профессиональной среды, своего времени, своей культуры.
— Ничего себе огород!
— Я не понимаю, что вы имеете в виду под «огородом».
— Куда тебе .. Ты и не поймешь, пока я тебе не объясню.
Я просто хотел сказать. «Ничего себе, славненький сногсшибательный аргументик!»
— Но «огород» вовсе не означает «славненький сногсшибательный аргументик».
— Когда лично я употребляю слово, оно меня слушается и означает как раз то, что я хочу: ни больше, ни меньше.
— Это еще вопрос, захотят ли слова вас слушаться
— Это еще вопрос, кто здесь хозяин, слова или я
В понимании в ходе такого диалога, как спор, нет незаинтересованного или невовлеченного человека, занимающего позицию спокойного стороннего наблюдателя. Субъективные и личностные факторы, оказывающие большое влияние на глубину и качество понимания, никогда нс удастся устранить полностью. Особое значение в процессе понимания приобретает умение слушать другого человека в диалоге, во многом зависящее от способности регулировать свое эмоциональное состояние, а также наличия адекватной самооценки, неизбежно определяющей адекватное отношение к другим людям.
Проблема согласованного понимания в процессе спора — одна из самых важных и трудноразрешимых. Специалисты по герменевтике (теории истолкования текста и сообщений) утверждают, что 100%-го понимания одним человеком другого не может быть в принципе. Название этого течения в современной философии связано с именем Гермеса — древнегреческого божества, доставлявшего послания от богов людям. Эти послания очень редко были легкими для толкования, открытыми, понятными и ясными. Практически всегда они нуждались в определенном «переводе», в интерпретации, и естественно, всегда от читающих эти послания требовались усилия, чтобы понять, что хотели сказать боги.