Чтение онлайн

Ну зачем, зачем она снова открыла рот? Глаза предательски защипало от мерзкой выходки. Но еще обиднее было то, что – Ульяна знала – ни один человек в этом классе не вступится за нее. Конечно, попробуй поспорь с этим Коневым. Кому оно надо?«Не реви! А я говорю не реви!» – пронесся в голове веселый знакомый голос из детства. Уля дернула головой, отгоняя его. Она и так не заревет. В первый раз, что-ли?

Кто-то заржал, кто-то отодвинулся в сторону. Рита посмотрела на Кольку неодобрительно:

– А вот мусорить необязательно. Ладно ребята, так мы далеко не уедем. Давайте проведем экспресс-голосование: ставим галочки напротив понравившейся идеи, – Она бросила задумчивый взгляд на Улю, подумала пару секунд и добавила: – И вот что, писать фамилии не обязательно, пусть это будет анонимно. В конце дня посчитаем голоса.

Глава 4

Прозвенел звонок. В класс медленно вошла, нет, скорее торжественно вплыла Фейруза Габдуловна, учительница английского. Это была пожилая женщина внушительных форм, всю жизнь учившая самых разных ребят: сложных и простых, хулиганов и отличников. Уля у нее особой симпатии не вызывала, потому что ни больших знаний, а главное, ни большого рвения к английскому не показывала.

– Ульяна, поверь, не стоит недооценивать язык. Английский не так ужасен, как тебе кажется. И он действительно поможет в жизни, – сокрушенно качала она головой над Улиными листочками с контрольными, в которых было больше размашистого красного цвета, чем неуверенного и дрожащего синего.

– Ага, Фейруза Габдуловна, – рассеянно кивала Уля, больше думая о том, что сказать маме, чем о том, для чего ей может пригодиться этот несчастный английский.

– Хеллоу, пьюпилз. Хау воз ер дэй? Гет реди фор зе лессон, – проскрипела на ходу Фейруза Габдуловна, не глядя на класс, направляясь к своему столу. – Начнем с домашней работы. Савин, к доске.

Она подняла глаза, и пока Кирилл шел к доске, обводила класс взглядом.”Мечтает, наверное, – подумала Уля, – что перед ней сидит не 5 “А”, потрепанный, всклокоченный, в мешковатой одежде и кроссовках. А члены королевского двора или, на худой конец, приличное английское общество из закрытого клуба Гедеон ”.

– Так, а это что за грязь? Вы что себе позволяете? Вы же в школе, а не на Мумбайском вокзале! – она смотрела на Колькин хлам вокруг Улиной парты. – Уварова, ты почему так намусорила? Ты же девочка, Ульяна!

– Королева помойки она, – заржал Конев.

Знал, что Уля его не сдаст, потому как ябедничать ей не позволит достоинство. Скорее, начнет, как обычно, отбиваться от англичанки словами. А это еще пол урока – глядишь, до него очередь не дойдет, уже хорошо. Ведь он плохо знал английский. Колька откинулся на стуле и готов был услужливо помогать Фейрузе Габдуловне ругать Улю, как послышалось тихое, но твердое:

– Это не Уля разбросала. Это Николай Конев.

Кирилл стоял у доски, скрестив руки, и спокойно смотрел на Конева. Тот покрутил у виска рукой – мол, ты совсем опух? Кирилл ответил ему суровым взглядом и, как будто не замечая его жестов, так же спокойно продолжил:

– Они поссорились с Уваровой, и он закидал ее своим мусором.

Фейруза Габдуловна чувствовала кожей холодок перемен – в классе явно происходило что-то новое. Конева одноклассники побаивались: крепкий, размашистый и резкий, он брал авторитетом. Вот так, в открытую, против него еще никто не выступал.

Она внимательно посмотрела на Улю. Та еще штучка: сложная девчонка с характером. Жалеть себя не дает, но и получает по полной. Фейруза Габдуловна едва заметно кивнула ей, мол, это правда? Ну же, давай, подай хоть знак какой, что ли, давно пора показать этому Коневу козу в сарафане.

Несколько мгновений Уля не сводила с нее глаз, и кажется, что вокруг них застыл даже воздух. А все, кто сидел впереди, обернулись и, как совы, не сводили глаз с Ули. Конев замер с одной из самых глупых и неприятных гримас на лице. Кирилл пристально смотрел на Улю. Она задержала дыхание и, не сводя с Фейрузы Габдуловны широко раскрытых глаз, медленно взмахнула ресницами. Учительнице оказалось этого достаточно.

– Так, ясно. Конев, собрал мусор до единой крошки. Савин, на место. Конев, как закончишь – к доске. Сегодня твой бенефис. Против девочки воевать вздумал, да еще и не сознается. Позор! Ну ничего, будешь доказывать свою силу знаниями, на поле боя – у доски. Оружие – английский язык. Прошу, вперед.

Класс медленно выдохнул, и все снова ожило: заскрипели стулья, зашумели первые парты, шумно запыхтел Конев, нехотя подбирая свой хлам, не весь, конечно, куда там. Проходя мимо, хотел было, будто случайно, налететь на Улину парту и толкнуть ее, как делал уже не раз. Но в этот момент на свое место вернулся Кирилл и предупреждающе выставил плечо, как бы говоря – попробуй сначала меня толкни. Конев хмыкнул, прошипел пахнущее беляшом «Поговорим с тобой» и поплелся к доске. А Уля перехватила взгляд Кирилла и на секунду утонула в его теплых глазах цвета крепкого чая. Но быстро вынырнула, кивнула «спасибо» и опустила взгляд.

«Все-таки Кирилл – это Кирилл. Вот с кем я, наверное, хотела бы подружиться. Только он такой… Такой. Короче, вряд ли ему будет интересно со мной», – думала Уля, пока шел урок, а Колька Конев кривлялся у доски, терпя публичное поражение в неравном бою с Фейрузой Габдуловной.

К концу дня на плакате напротив ее предложения по раздельному сбору мусора стояло две галочки и корявая подпись «Коралева памойки». Про Колькину подпись все было понятно. Интересно только, подумал ли он, что ее тоже могут посчитать за голос? А вот галочки… Выходит, нашлись два человека из двадцати четырех, кому эта идея показалась близкой. В целом, неплохо. Значит, у нее есть союзники. Хорошо бы теперь понять, кто? И зачем Ритка предложила сделать голосование анонимным? Уля не питала иллюзий насчет поддержки в классе Она была мечтателем, но в некоторых вопросах оставалась реалистом. Оттого все-таки любопытно, чьи же эти две галочки?

Уля в задумчивости стояла перед плакатом и пристально всматривалась в него. Больше всего галочек было напротив фамилии Анечки Хомутовой и ее идеи: создать свою музыкальную группу и спеть гимн школы на разных языках. Уля покачала головой. И эти люди стремятся полететь в космос, открыть новые миры, разгадать тайну вселенной?.. Или не стремятся? Или этого хочет только она?

А вот и Марьяна со своим аргентинского танго. Не добрала лишь трех галочек, чтобы сравняться с хомутовским “Евровидением”. Больше предложений на плакате не было. Не густо, что тут скажешь. Пожав плечами, Уля поплелась домой.

Глава 5

На выходе из школы она столкнулась с Коневым. Лицо у него было кислое, рубашка грязная, а рюкзак оттягивали к полу две свежеполученные двойки. Он болтался в холле вместе с парой приятелей из параллельных классов и от нечего делать пинал скамейку. Шел бы лучше домой, рубился в приставку или плевал в потолок, как обычно говорит баба Марта про жениха соседки тети Фаи. Уля подтянула лямки рюкзака потуже, чтобы дать деру, если Конев начнет говорить свои глупости.