Уля, бабушка, лиса
Шрифт:
Конев сам, казалось, не поверил своей удаче.
– А-а-а, Уварова – расплылся он в гадкой улыбочке и загородил ей выход. – Королева помойки собственной персоной. Иди-ка сюда. – Он толкнул ее к стене, как раз в тот угол, который не просматривался камерами наблюдения. – Это че ты там наболтала Фейрузе? Теперь придется ходить к ней на дополнительные!
– Учиться надо лучше, – буркнула Уля, стараясь не дышать, потому что дыхание Кольки, как и его рубашка, были далеко не первой свежести.
– Чего-о-о? Да ты че, совсем страх потеряла?
Колька никак не мог разгадать ее натуру – ну ведь попадает же девчонке и от него, и от учителей, почему же она никогда не промолчит? Обязательно ляпнет какую-нибудь глупость! Ей совсем не страшно что-ли?
Но Уле было страшно, конечно. Еще как! Что еще должна чувствовать не самая популярная девочка в классе, когда над ней нависает агрессивно настроенный шкаф? По хорошему надо было позвать на помощь, заговорить зубы, зажмуриться в конце концов. Но Уля выпрямила спину, скрестила на груди руки и, не мигая, посмотрела на Конева. «Умирать так с музыкой» – обычно говорила баба Марта. Вот и Уля решила – если уж быть битой, то с гордо поднятой головой. Тем более шансов уйти от Конева у нее не было: за ним стояли два двоечника-приятеля.
Конец ознакомительного фрагмента.