Чтение онлайн

Тогда один из ковбоев спрашивает: «Что это с ними?» – на что второй отвечает: «По-моему, они намекают, что нам тут не рады».

Так вот, пока я ехал за этой собачкой, сама судьба намекала мне, что я совершаю главную ошибку своей жизни.

Я попадал в сумасшедшие заторы, внезапно поваливший снег не давал видеть дорогу, многочисленные аварии затрудняли путь. Хотя при выезде из дома у меня был полный бак, на полдороги закончился бензин и я толкал машину до заправки.

Параллельно непрерывно звонил телефон, и хозяйка собачки нервно спрашивала, приедем ли мы.

При таких намеках прозрел бы даже слепой, но я ничего не видел и ехал навстречу своей гибели.

Когда мы с женой зашли в квартиру, наполненную собаками, нам было предложено выбрать какую-то из них.

В небольшом вольере стояло с десяток щенков, они спокойно смотрели на нас и дружелюбно махали короткими хвостиками.

Только один щенок бессмысленно метался по вольеру, бросался головой на загородку, кусал товарищей и хрипло лаял.

Вы не поверите, но я выбрал именно этого щенка!

При этом жена буквально молила взять какого-то другого, но у меня случилось помутнение рассудка, и я взял именно его – самого отталкивающего и противного, под неприятным названием «шицу».

Потом я узнал, что эта порода из Китая и что слово «шицу» означает «хризантемоподобная собака».

Знаете, я много раз видел хризантемы в руках у женщин. Более того, я их женщинам неоднократно дарил, поэтому мне есть с чем сравнивать.

Вот почему я предложил бы другой перевод этого слова. Китайцам нужно знать, что «шицу» переводится как «огромная заноза, торчащая в заднице у хозяина».

Этот перевод не случаен, потому что как только это создание появилось в моем доме, я понял, что теряю семью.

Милый щенок немедленно покусал Сашу и Катю, долго гонялся за тещей вокруг стола, а проголодавшись, сожрал кошачью еду, хотя рядом, в соседней тарелке, были его весьма дорогие мясные консервы.

На банке консервов был слоган: «“Отрываются” даже собаки!»

Не знаю, что имели в виду жулики, производившие эти консервы, но то, что шицу решила оторваться «по-полной» – это был факт.

Она съела висящие занавеси, сгрызла ножки мебели, ручки ножей и даже рамки фотографий. Чтобы сгрызть рамки, она с риском для жизни запрыгивала на мой рабочий стол.

Стеная и плача, мы накупили специальные искусственные косточки, которые дают собакам, чтобы они точили зубы.

На упаковке кости стоял тот же слоган.

Видимо, повинуясь ему, шицу продолжала «отрываться».

Не дотронувшись до косточек, она принялась грызть мои элитные акустические колонки из особого дерева, которыми я безмерно гордился. Отныне звук моей любимой музыки из колонок сливался со скрежетом зубов этого чудовища и прощальным треском отгрызаемой древесины.

Большое внимание собачка уделяла и детям: она сгрызла все машинки Саши и школьный рюкзак Кати, не забыв съесть все учебники и тетради, достав их изнутри.

С особым хрустом она расправлялась с шариковыми ручками – их обломки были разбросаны по всей квартире, а меланхоличная морда шицу постоянно была выкрашена синей пастой.

А когда дочь, реализуя свою мечту, положила ее в кровать, то эта «хризантемоподобная» дрянь немедленно разорвала подушку и пух разлетелся по всей даче.

Что касается внутреннего устройства этого чуда природы, то о нем следует сказать особо.

Те, кто любит по вечерам смотреть «Дискавери», знают, что мир живых существ чрезвычайно сложен – даже какой-то простой вирус или червяк состоят из сложнейших биологических цепочек.

Однако на моей шицу природа, видимо, решила отдохнуть, поэтому ее тело делилось строго на две части.

Первой частью была луженая глотка, которая использовалась круглосуточно.

Проехавшая машина, легкое дуновение летнего ветерка, стук клавиш моего компьютера – все это было неисчерпаемым поводом для отвратительного визгливого лая.

В этом контексте я бы предложил, специально для китайцев, еще один перевод слова «шицу» – «бессмысленный собачий лай, обращенный непосредственно в ваш мозг и его из головы вынимающий».

Вторая часть шицу была в разы больше первой. Она состояла из одного органа, который назывался мочевой пузырь.

«Собачка-цветочек» превратила наш дом в отхожее место, видимо считая его своей личной цветочной оранжереей.

Трудно объяснить, почему летом на даче, при всех открытых дверях и окнах, нужно пописать в центре настоящего антикварного персидского ковра, который теща положила в свою комнату у кровати, а саму комнату закрыла, и ключ никому не давала.

Мы прочитали все умные книги о дрессуре, мы даже ее специально выгуливали, мучительно шествуя кругами по саду. Но эта идиотка путалась в поводке, кусала нас за ноги, лаяла на соседского петуха, но все держала при себе.

Однако, как только мы заводили ее в дом, она с отвратительным оскалом испражнялась прямо посередине комнаты.

Тогда мы пошли к соседям-колхозникам и показали им это чудо природы, в надежде, что они нам дадут какой-то совет. Колхозники посовещались, как обычно сказали, что «эта собака далеко пойдет», но реальную помощь все же предложили, сказав, что они могут эту шицу чисто конкретно убить, а из меха сделать зимнюю шапку.

Катя и Саша расплакались, мы понуро пошли домой, а я стал думать, как от этого посланника сатаны избавиться.

Когда отец провожает сына своего в дальний путь, он говорит: «Сын, перед тобой открыт весь мир!»

Так вот, эти слова я неоднократно говорил этой проклятой собаке. Однако ее одна прямая извилина не шла дальше нашего дома.

Тогда я стал выпускать ее на много часов за ворота, в надежде, что ее кто-то съест. Видимо за воротами эта шицу часто бывала на грани смерти, потому что периодически ее лай переходил в предсмертный хрип, который я слушал как радостную песню свободы.

Но к закату приходили измученные колхозники, которые говорили, что у них от лая нашей собаки болит голова, и требовали забрать ее в дом.

Мы впускали шицу в дом, и она, перемазанная всем на свете, немедленно выпускала из себя лужу у телевизора и кучку прелестей на персидский ковер тещи.

В действиях этой собачки-террориста была какая-то мистическая загадка. Земные собаки себя так не ведут – чтобы гулять на улице, а гадить дома нужно прилететь с какой-то далекой звезды, где все ходят вверх ногами или лапами – что там у них имеется.