Чтение онлайн

Просто у него никогда не было моего Берни.

Знаменитый короткий анекдот: «И где я только не был! И в Англии не был, и во Франции не был…» относится ко мне в полной мере. Я действительно не бывал во множестве стран, а в некоторых, наверное, уже никогда не побываю.

Причин тут несколько: полжизни я прожил в СССР, откуда выезжать-то и не предполагалось.

А потом, когда границы открыли, то куда-то, вместе с советской властью, у меня исчезли деньги.

Потом деньги появились, но выяснилось, что ехать уже никуда не хочется. В Нью-Йорк я не еду, потому что небоскребы много раз видел в кино, причем в новомодном 3D, а в африканский Сомали – потому что местные чернявые знают только один вид сервиса – пиратство.

В Египет меня отговорил ехать один из приятелей, рассказав чудовищную историю, как возле пирамид местный жулик, косящий под бедуина, посадил его на верблюда, но потом не хотел спускать на землю, требуя двойной оплаты.

Мой приятель долго ругался как с бедуином, так и с верблюдом, после чего, рискуя жизнью, спрыгнул с горбатой твари, чуть не сломав себе ноги.

Но как только он со стоном встал с песка, ему тут же дали пинок. Потом, когда он пожаловался в полицию, бедуин объяснил, что пинок дал верблюд, который когда-то работал в советском цирке, но аттракцион закрыли; верблюд долго скитался, голодал и только чудом попал на историческую родину. С того времени, пояснил бедуин, он, этот верблюд, не любит туристов из бывшего Советского Союза. Самое удивительное, что это объяснение вполне удовлетворило египетскую полицию.

Кстати, этот приятель у меня как лакмусовая бумажка на туристические неприятности – я смотрю на его очередной печальный опыт и понимаю, что в подобной ситуации я бы просто не выжил.

У него туристические приключения начинаются еще до начала поездки.

Однажды он зашел в какое-то турбюро с кричащей вывеской, но со стульями и столами из «Икеи», и громко заявил, что Турция ему не подходит, а нужно что-то совсем-совсем особенное.

– Совсем-совсем? – радостно спросил директор, как охотник, шевеля ноздрями в ощущении добычи – было видно, что ему до смерти надоели семейные пары с их вечным требованием скидок и путевок «олл инклузив».

– Совсем-совсем особенное, чтобы это меня поразило! – решительно подтвердил приятель.

Глаза директора заискрились, он завел моего приятеля в свой кабинет, где стоял диван и лампа из той же «Икеи», достал из ящика стола небольшую брошюру с надписью «VIP» и положил ее перед клиентом.

– Что это?! – удивился приятель, увидев необычную обложку брошюры. – Тут фотографии животных? Это что, туры для животноводов?

– Для зоофилов, – широко улыбнулся руководитель агентства. – Вот смотрите, какие милые козочки! Вы же просили что-то совсем-совсем особенное!..

Мой приятель аккуратно положил брошюру с козочками на край стола, после чего неожиданно схватил за ножку икеевский стул и ударил им менеджера по голове.

Через три дня, когда скандал, поднятый травмированным директором, утих, в дверь приятеля позвонили. На пороге стоял аккуратный швед, который предъявил документы представителя отдела работы с клиентами «Икеи».

– Мы неустанно работаем над качеством своей продукции и над удобством ее использования, – пояснил швед и далее объяснил, что его всемирно известная компания интересуется, какой именно моделью стула был ударен туристический директор, было ли удобно держать стул за ножку, когда наносился удар, и не поранился ли кто от разлетевшихся обломков.

Мой приятель громко хлопнул дверью у шведа перед носом, но тот снаружи продолжал кричать, что это не розыгрыш и что они хотят запустить серию мебели, пригодную для самозащиты.

Приятель снова открыл дверь, спустил шведа с лестницы и поклялся отныне ездить только в Турцию по системе «олл инклузив».

Но это были только слова – он и дальше попадал в какие-то передряги.

В Альпах он решил спуститься с горы на надежнейших креплениях из космического материала, которые были куплены где-то на черном рынке.

Естественно, эти крепления отскочили от лыж в первую же секунду спуска. И он с криком: «Я этим сволочам печень вырву!!!» – катился с горы до финиша на собственном заду.

В Дубаях, в его номере элитной гостиницы на сорок пятом этаже, за ним полчаса гонялся какой-то особый скорпион. Особым он был потому, что мастерски отрезал моему приятелю путь к двери, весело помахивая жалом.

Поразительно, но не было страны, в которой этот любитель путешествий не попадал бы в фантастические передряги.

В Финляндии он вышел из гостиницы, стоящей в живописном лесу, но тут же испуганно забежал обратно и стал жаловаться администратору, что на улице какой-то странный и подозрительный запах.

– Это запах свежего воздуха, – ответил любезный администратор и разъяснил, что гостиница стоит в наиболее экологически чистом месте на планете. И что клюква, растущая в местном лесу, полна витаминов, противостоит гриппу и повышает потенцию. А гуляющие тут медведи никогда не жалуются как на здоровье, так и на семейные проблемы.

Услышав подобное описание клюквы, приятель немедленно побежал в этот местный лес и увидел большого медведя, сидящего на дереве и срывающего ягоды.

Приятель стал трясти дерево, чтобы местный медведь уступил место русскому туристу, потому что у него путевка «Олл инклузив». Но медведь не знал, что дерево входит в путевку, и отчаянно цеплялся когтями за кору.

Тогда приятель метнул в него палку, и медведь с воем грохнулся оземь.

Злобно зыркнув на приятеля, зверь проворно вскочил и скрылся в чаще, а русский турист, неожиданно легко победивший финскую живность, влез на дерево и стал поглощать клюкву, противостоящую гриппу и дарующую сексуальное совершенство.

Однако ягоды показались моему приятелю слишком горькими, и он решил вернуться в гостиницу.

Но не тут-то было – снизу раздалось утробное урчание – оказалось, что мишка вернулся.

Причем не один, а с родственниками.

Дальнейшее напоминало что угодно, но только не знаменитую картину художника Шишкина «Утро в сосновом лесу», где три мишки куролесят на бревне.

Еще меньше происходящее напоминало русскую сказку «Три медведя».

Как известно, в этой сказке девочка Машенька нашла избушку медвежьей семьи и спальню, где стояли три кровати – самая большая Михайлы Иваныча, другая средняя – Настасьи Петровны, а третья, маленькая – Мишутки. Девочка легла в большую – ей было слишком просторно; легла в среднюю – слишком высоко; легла в маленькую – кроватка пришлась ей как раз впору, и она заснула.