Чтение онлайн

Кир подумал, что хорошо бы сейчас для профилактики подержать немного Ледика под водой, чтобы он в следующий раз не самовольничал, и слушался на борту старших с единой команды.

– Может, он все-таки герметичный?
– спросила вслух сама себя Олька, но когда раскрыла фотоаппарата, оттуда сразу же полилась вода.

Надежда на уникальные снимки окончательно утонула в мутноватой, волжской воде.

– Это что, а я снасти Ивана, кажется, все-таки утопил!
– вдруг вспомнил Кир, и выразительно повернулся к Ледику, который и без того дрожал без остановки.

Чертыхаясь, Кир снова поплыл на глубину, и принялся нырять в том самом месте, где предположительно перевернулась лодка.

Но он и сам понимал тщетность своих попыток - драгоценные снасти утонули. И теперь Киру не было пощады.

Снова громко прокричала пролетевшая над головами детей крупная чайка.

Птица зорко всматривалась в плавающие повсюду на поверхности воды запасные поплавки и бумажки, которые она сверху сначала приняла было за рыбок.

Олька проводила полет птицы горестным вздохом - ей захотелось даже зареветь от обиды, и на глазах выступили невольные слезы.

Столько усилий - и все напрасно! Старик снова победил, опять оставил всех в дураках.

К счастью, слезы на лице девочки были сейчас не заметны, потому что смешались с брызгами и струйками воды, стекающей с волос по лицу.

Олька поглядела на Ледика, у которого, наоборот, почему-то было на редкость же сияющее, радостное лицо, несмотря на то, что зубы уже выбивали от холода морзянку.

Нужно сегодня же исключить его из членов тайного общества - только бы узнать, как сделать, чтобы клятва кровью оказалась недействительной. К тому же они все равно не успели довести ритуал до конца.

Кир явно будет не против...

– У меня появился отличный план, - проговорил вдруг Ледик торжественно.
– Ты думаешь, я зря сказал ему сейчас про Очкарика? Дудки теперь Водяной в точно наших руках...

– А по-моему, пока мы в его лапах, - вздохнула девочка.

– Нет, пока ты в моих руках - ну, теперь берегись!
– выкрикнул Кир, выныривая совсем близко, и хватая под водой Ледика за ноги.

– А-а-а!
– раздался новый отчаянный вопль москвича.
– Тону-у-у!

Олька подумала, что от такого крика из камышей выбежит целая толпа разных потревоженных и разбуженных водных оборотней.

Но из кустов никто не появился, ни единой души.

Складывалось ощущение, что заболоченный островок и заводи вокруг него и впрямь были заколдованными, и с удивительным упорством скрывали все свои тайны от любопытных глаз.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ. ПРАЗДНИК САТАНЫ.

... Была глухая ночь, когда к берегу, к большой коряге, неслышно причалила лодка.

К ночи снова начал накрапывать дождь - климат этим летом выдался просто субтропический: то жара, то дожди - и в такую погоду на берегу, а тем более в лесу, не было ни единой души.

В темноте коряга ещё больше напоминала тело испуганного человека, который поднял руки вверх, и пятился в воду. Из лодки медленно выбралась небольшая фигурка в мокром, длинном, до пят, плаще.

Старик, кряхтя, кое-как выбрался на скользкий берег, с трудом удерживая равновесие, и чуть не упал, поскользнувшись на мокрой от дождя траве. Некоторое время он постоял, глядя себе под ноги, и, по всей видимости, пытаясь получше рассмотреть дорожку, а потом, тихо чертыхаясь, направился в глубину леса.

От усталости и недоедания старик уже еле держался на ногах, но мысль, что сегодня, совсем скоро, да что там - прямо сейчас, все его мучения могут закончиться, значительно придавала ему решительности.

На подходе к турбазовскому домику старик ещё сильнее замедлил шаги, и начал озираться по сторонам, вгядываясь в чернеющие кроны деревьев, и вслушиваясь в ночные звуки.

Но вокруг все было тихо, спокойно.

Лишь под ногами чавкала вода, успевшая на лесной дорожке собраться в небольшие лужи, да ещё капли дождя то и дело срывались с промокших насквозь веток.

В лесу пахло грибами и немного дымом костра. Старик принюхался, потянул носом: нет, ничем съестным, вкусным здесь не пахло... А уж могли бы о нем и побеспокоиться, и хоть что-нибудь приготовить к его приходу, пока он тут терпел лишения и голодал, как последняя собака...

С того дня, когда из-за чертовых детей, которые привели к турбазовскому домику безусого мента, ему пришлось спешно перебраться на затопленный остров, старик ни разу не ел вареной пищи, потому что боялся лишний раз зажечь костер и обнаружить свое присутствие. Не мудрено, что от такой непривычной "диеты" у него заметно побаливал живот.

К тому же на затопленном островке практически не оказалось дров. Лишь один раз удалось набрать сухих прутьев и разжечь костер, на котором пришлось согреть воды для этой...

Старик подошел к домику, и несколько раз тихо кашлянул, давая знать, что он уже явился. Но никто не отозвался ему в ответ.

На всякий случай, старик вскинул на плечо ружье, и ещё несколько минут подождал возле закрытой двери.

– У-у-у, - кто-то тонко то ли пропищал, то ли проскулил в кустах, и старик узнал ночную песню летучей мыши.

Летучие мыши в этом лесу были не редкостью, и он даже однажды нашел под деревом одну мертвую тварь с перепончатыми крыльями, и так напугал девчонку, что она вообще стала бояться подавать голос, и слушалась его молчаливых приказов даже с первого взгляда.

Старик ещё раз кашлянул, и вошел в домик.

Он хорошо видел в темноте, и очень быстро убедился, что внутри помещения, ни в первой, ни во второй маленькой комнатушке, никого не было.

Странно, но где же в таком случае спрятался долгожданный гость?

Потоптавшись в затхлой темноте, повздыхав, и снова прошептав себе под нос проклятия, старик собрался снова выйти на улицу, толкнул дверь плечом...

Но теперь она оказалась закрытой с обратной стороны.

– Что за шутки, эй, Глеб?
– прохрипел испуганно старик.
– Открой, это же я.

Эй, ты что там задумал? Открой! Если ты вздумал меня убить, то не узнаешь, где девчонка. Открывай...

Из-за двери никто не отвечал, и старик забеспокоился ещё сильнее.

– Ты что? Думаешь, тебе это просто так пройдет?