Улыбка бога
Шрифт:
В итоге вывод – «падение носового» – характерное, например, для большинства славянских.
Не систематизировано и следующее поведение носового – метатеза (перестановка) относительно соседнего согласного. Носовой стремится или стать следом за ним, или отслоиться от него ближайшим гласным: «бондарь» в укр. боднар, в пол. bednarz, в чеш. bednar.
Предформа: bender, прославилась в фамилии «великого комбинатора».
| bond — bodd — bod | ||
| Исходное: bonth | ||
| … both |
Балты и славяне знали bod, both – «рога», откуда – бодать – «колоть рогами», бости – т.ж. (рус.), боду, бости (ст. — сл., укр.), бода – «бодаю» (болг.), busti, bodu (чеш.), bode, bo's'c (польск.). Родственно литовское bodau, badyti – «колоть». Вмешивается образ ямы – bedu, besti – «копаю». Латинск. fodio – «копать, рыть» (bodio > podio). Продолжение: badi – «ложе, постель» (гот.), bed (англ.).
Отрицание горизонтальной чертой:
Напрашивается: 1) bod–ne, 2) bod–n, бодня – «кадушка с крышкой (рус., укр.), бадань – «чан» (серб., хорв.), bedna – «чан» (сеш.), bednia – т.ж. (пол.) и т.д.
Слово общеевропейского распространения: bodene – «чан, бочка» (ср. — нж. — н.), buden (др. — англ.), butin (д. — в. — н.) > нар. латин. putina (фин.).
Но, скорее всего, основной элемент назывался ещё с носовым:
| butti | ||
| bunth–i | ||
| buthni — butni, budni |
С дальнейшим фонетическим развитием. В частности, нем. b"utte – «кадка».
…Метатеза носового – закономерность, этимологам ещё неизвестная. Она помогает восстановить связь индоевропейского jagn – «баран» с др. — кит. jang – «баран», связанного со славянскими iunec, iunak – «телёнок». [ Здесь носовой отслоён гласным. Как в случае myng – 1000 (тюрк.), mnog, mnogo (слав.). Или king – «король» (англ.) > knig > kneg > kniag – «князь» (слав). ]
II. Как видим, этимология не может обходиться лишь звуковым и семантическим рядами. При анализе постоянно проступают очертания геометрических фигур, отпечатанных в значениях слов. Палеография в слове – суть метода знаковой этимологии. Графемы, первоиероглифы – священные знаки были основной частью словообразовательной модели.
III. Вокализм праязыка признавал корневой u и служебные гласные a, i.
IV. Сложные знаки, состоявшие из двух элементов – корневого ( ) и служебных ( • ), стали причиной и моделями морфологических и семантических соответствий.
| mu / bu | - «луна» | ||
| 1) | mu–ha / bu–ha | ||
| 2) | ha–mu / ha–bu | «не луна» > «солнце» > «день», «утро» | |
| 3) | mu–i / bu–i | Ср. mane – «утро», mani (арх. — лат.) | |
| 4) | i–mu / i–bu |
По образу знака солнца создана бусина, игравшая роль символа веры, амулета–оберега, как ныне в христианстве нашейный крестик. Поначалу – «день», затем – «год».
Количество прожитых лет обозначалось числом бусинок в ожерелье. Тело уходящего Сына солнца осыпалось тысячами бусин. Скорее всего, – пожелание тысяч лет второй, загробной жизни. Китайская здравица вождям – ван суй! – «10 тысяч лет !» – ничто иное как продолжение той традиции. Это пожелание императору, уже завершившему свой земной путь.
Названия бус (ожерелий) отношу к классу самых древних слов, идущих из верхнего палеолита (50 тыс. лет назад). Именно тогда появились первые бусы. И нет никаких оснований полагать, что известные нам названия этих древнейших предметов образованы лишь в недавние века, как того требует признать современное языкознание.
Наименования бус–ожерелий отличаются только служебными частями, корень – общий:
| monile – «ожерелье» (лат.), | |
| monole – «ожерелье, бусина, бусы» (тунгус.), | |
| monisto – 1) «ожерелье», 2) «нагрудник из монет» (слав.), | |
| manik – «бусина», manik–manik – «бусы» (индонез.), | |
| mani – «драгоценность» (др. — инд.), | |
| moncak, monsak, muncak, bunsak, – «бусина, бусы, ожерелье» (тюрк.), | |
| busa (bunsa) – «буса, бусина» (слав.) |
И металлические диски, проколотые посередине, получат те же наименования («луна + значок отрицания–уменьшения»):
monet – «монета» (лат. > фр.),
money – «деньги» (англ.).
Традиция «монет с дырками» продолжалась почти до наших дней. Китайские медные монеты ещё несколько десятилетий назад нанизывались на ремешок. Египетские динары с отверстиями по центру известны нумизматам. Параллельно развивается мотив «золотой середины». Серебрянные монеты с золотым кружочком в центре. («Небо и солнце».) Затем золотую середину персонифицировали – золотой анфас или профиль Сына Неба, воплощения солнца украсил монеты. А потом и бумажные ассигнации.
Приведённый список требует пополнения. Охвачены ещё не все евразийские словари, совсем не представлены африканские, американские, полинезийские, австралийские термины. Но мы уверены, что новый материал только подтвердит наше предположение — названия бус появились в диалектах праязыка человечества и разошлись по наречиям планеты, дошли до нас в живых наречиях.
…Сложный знак подсказал идею внутренней флексии. Жрец–грамматист разместил название служебного элемента (’a, — i) внутри наименований основного элемента: