Чтение онлайн

Идти пришлось недалеко. Мать Мишель остановилась у бассейна - пустого, если не считать мелких лужиц дождевой воды на дне.

– Прошлым летом нам пришлось выкачать воду. Джим пытался научить Мишель плавать, но… Как только она подходила к воде, у нее начинались судороги, а кричала она так, что было слышно в соседнем квартале.

– Джим - это ваш муж?
– спросила Скалли.

Миссис Бишоп скрестила руки на груди.

– Да. Бывший. Мы развелись.

Скалли кивнула, посмотрела на бассейн.

Тут из-за угла показался Молдер с листком бумаги в руках.

– Будьте добры, миссис Бишоп, взгляните, - сказал он, протягивая листок женщине.
– Мишель утверждает, что видела в полицейском участке вот этого человека. Вы его не знаете?

Женщина покачала головой.

– Нет, я никогда его не видела.

– Еще она упомянула о некой Шейле. Кто это?

– Наверное, доктор Шейла Браун. Детский психиатр из клиники "Брайлин".

Мишель ходит к ней дважды в неделю.

Внезапно Молдер ощутил на себе чей-то тяжелый взгляд. Он поднял голову. Из окна на него пристально смотрела Мишель. Встретившись с Молдером глазами, девочка взмахнула рукой.

Спустя секунду к ногам агента опустился бумажный голубок. Молдер поднял его и повертел в руках.

– Красивая штучка. То ли ястреб, то ли сокол…

– Журавль, - поправила миссис Бишоп.
– Это оригами, японская фигурка из бумаги.

– А где Мишель научилась их делать?

– Не знаю.

Скалли нахмурилась. Что же это за мать, которая ничего толком не знает о собственном ребенке?

Гарри возился с компьютером в багажнике машины. Когда Молдер со Скалли подошли к нему, он только-только вставил листок с фотороботом в приемное отверстие факс-модема.

– Ты уже разослал фоторобот?
– спросил Молдер.

– Уже, - лаконично ответил Линхарт.

– Хорошо. Отвези Скалли в контору, ладно? А я съезжу в клинику, потолкую с доктором Браун.

– Вскрытие в семь часов, - напомнила Скалли.

– Успею. Да, проверь, пожалуйста, нет ли на теле Барбалы ожогов или иных повреждении кожи.

С этими словами Молдер направился к своему "форду".

– Постой! С какой стати у него должны быть ожоги?

– С той, что психокинез обычно сопровождается мощными электрическими разрядами.

Скалли замерла с открытым ртом.

– Посуди сама, - продолжал Молдер, - как еще маленькая девочка могла выкинуть из окна здоровенного полицейского? Типичный психокинез. Он хлопнул дверцей "форда". Скалли сокрушенно покачала головой.

Психиатрическая клиника "Брайлин"

Баффало, штат Нью-Йорк

Раииий вечер Обстановку кабинета, по всей видимости, подбирали с таким расчетом, чтобы она действовала на пациентов успокаивающе. Удобные кресла, в углу уютный диванчик, на стенах пейзажи в желто-зеленых тонах. Над картинами - светильники, как бы изливающие тепло и комфорт.

Доктор Шейла Браун, моложавая женщина лет сорока с хвостиком, сидевшая за письменным столом, спиной к окну, вернула Молдеру листок с фотороботом и покачала головой.

– Нет, я никогда его не видела.

Молдер поморщился. Свет из окна бил ему в глаза.

– А Мишель не могла его придумать?

– Вполне возможно. Видите ли, многие расстройства психики приводят к усилению фантазии. Эмоциональный фон возрастает, причем настолько, что иногда человек просто не выдерживает. У него происходит нечто вроде раздвоения личности.

– Как при шизофрении?
– уточнил Молдер.

Доктор Браун усмехнулась.

– Боюсь, заболевание Мишель гораздо серьезнее, агент Молдер. Для меня первоочередной задачей было - и, к сожалению, остается - выяснить причину, не побоюсь этого слова, необузданности девочки. Припадки ярости, которые у нее случаются, обычно обусловлены психическими травмами. Но в этом случае я до сих пор затрудняюсь назвать причину, поскольку…

– Поскольку Мишель еще слишком мала?
– перебил Молдер. Доктор Браун вздохнула.

– Как я уже сказала, не все так просто. Позвольте мне кое-что вам показать.

Она встала из-за стола и открыла секретер, стоявший у стены справа. За дверцей обнаружились две полки, на которых чинно, в рядок, восседали куклы.

Молдеру мгновенно бросилось в глаза, что куклы на нижней полке сильно отличаются от кукол на верхней: первые были целехоньки, зато у последних - у всех!
– был выколот правый глаз и оторвана левая рука.

Доктор Браун взяла куклу с верхней полки.

– Порой во время сеанса я оставляю Мишель на некоторое время одну. Это составная часть моего метода лечения. Я даю ей куклу и ухожу. А когда возвращаюсь, всякий раз вижу одно и то же. Вот это.

Она вручила обезображенную куклу Молдеру. Тот повертел пластмассового уродца в руках, зачем-то сунул палец в пустую глазницу.

– Сначала я думала, что Мишель избили или изнасиловали, - продолжала доктор Браун, печально улыбаясь, - но теперь почти убеждена, что болезнь девочки вызвана далеко не столь очевидной причиной.

– У вас есть какие-нибудь предположения?
– спросил Молдер.

Прежде чем снова сесть за стол, доктор развела руками.

– Никаких. Признаюсь, я в тупике.

Молдер кивнул, немного помолчал и задал следующий вопрос, к которому подбирался уже давно:

– Вы не пробовали регрессивный гипноз?

– Я не считаю гипнотическое воздействие безопасным способом лечения.
– Судя по тону, каким это было сказано, доктор Браун относилась к числу ярых противников гипноза в любой форме.

Молдер снова поморщился - на сей раз от досады.

– Хорошо. Чем вы лечите Мишель?

– Пока достаточно эффективен торазин. Он справляется с приступами и позволяет девочке вести относительно нормальную жизнь.

– Понятно.
– Молдер взглянул на куклу у себя в руках.
– Скажите, вам не приходилось наблюдать у Мишель… э… необъяснимых способностей?

Доктор Браун вопросительно приподняла брови.

– Что вы имеете в виду, агент Молдер?

– Может, она в вашем присутствии обретала вдруг чудовищную силу, передвигала взглядом предметы или начинала читать мысли?