Чтение онлайн

Весна потихоньку захватывала наш город. По брусчатке, весело подпрыгивая, устремились тонкие ручейки, с крыш с грохотом падали глыбы льда, будто рушился в конце сказки дворец Снежной Королевы. Волны теплого, влажного ветра, разбивавшиеся о глыбу общажной многоэтажки, пахли тающим снегом и надеждой. Я на секунду задержалась на выходе, глубоко вдыхая этот удивительный запах. Да, определенно, надежда пришла в мой мир вместе с чудесным весенним ветром, прозрачным солнечным светом, скользившим в воздухе, и громкой, победоносной песней вернувшихся домой скворцов.

Едва я собралась юркнуть за тяжелые деревянные двери, они сами со скрипом распахнулись и на порог вылетела, чуть не сбив меня с ног, раскрасневшаяся Лара. Ойкнув, я отступила на шаг назад и тут же свалилась с порожка прямо в мокрый, почерневший сугроб.

— Ого, — констатировала она, почесав затылок. — Извини.

— Бывает, — вяло ответила я, осознав, что крепко увязла, и беспомощно вытянула вперед руки. — Может, ты меня вытащишь?

Ларка привычным движением забросила на спину свою богатырскую косу и за мгновение выхватила меня из цепких снежных объятий. Пока я отряхивалась, она рассматривала меня, будто на мне был клоунский наряд и веселенький красный парик. Какое-то время я помалкивала, переживая колоссальное искушение завести разговор об Ольге, но, памятуя об обещании забыть навсегда о дурацком расследовании, все же удержалась.

Ровно на две секунды.

— Об Ольге ничего не слышно? Не нашли?

Ларка нахмурилась.

— Да так. Уже не найдут… Мать ее вчера приезжала. Отдала мне какую-то странную штуку.

— Какую? — насторожилась я, тут же превратившись в абсолютный слух. — Ольгина вещь?

— Понятия не имею. Это блокнот, серый такой, самый обычный. По-моему, не ее. Она бы купила какую-то яркую дрянь, с котятками и цветочками, да и почерк вообще не похож… Мать ее думала, что это мое.

Я замерла, чувствуя, как по спине и плечам заползали холодные змейки.

— Что там? Что в блокноте?

— Стихи, — Лариса пожала плечами и поморщилась. — Мрачняк. Любовь-морковь.

— Покажи! — взвилась я, схватив ее за руку.

— Ой, отстань, мне в библиотеку надо! — запротестовала Ларка, но во мне уже открылся источник недюжинной мощи, и я силком потащила здоровенную деваху назад в общагу.

Я ворвалась в комнату как ищейка, напавшая на след, и, нетерпеливо пританцовывая, уставилась на тумбочку с Ларисиными вещами, в которой та стала копошиться.

— Ну вот, гляди. Почерк мужской. У Ольки хорошенькие, круглые буквы были…

Я, дрожа от азарта, раскрыла блокнот и углубилась в чтение. Это были стихи. Один одного хуже — какие-то мрачные, без рифм и ритма, будто поэт с трудом выгрызал их из своего сознания, а не слушал шепот музы. Где-то в середине я увидела лохмотья от вырванной странички, а еще дальше — ободранную внутреннюю часть обложки, будто с нее соскоблили нечто хорошо приклеенное. Но самым впечатляющим было не это. Рисунок на последней странице. Маленький черный ангел без лица. Я почувствовала, что от трепета уже не могу дышать.

— И что? — Ларка грузно уселась на стул. — Интересно?

— Невероятно. Где же я это видела?.. — прошептала я. — Так, эту штуку забираю.

— Да пожалуйста. Сто лет он мне снился! Все, теперь пошлепали, бегом, бегом! — завопила Ольгина соседка, выталкивая меня за двери и ворча. — Достали эти ваши тайны! Одну уже угробили!

Я быстро спустилась в свою комнату, улеглась на кровать, даже не раздеваясь, и с упоением принялась за чтение. «Черный ангел». Что же это все значит… Что же…

Я резко села на кровати. Черный ангел. Черный ан…

ЧЕРТ!!!

Вскочив, я заметалась по комнате, от шока у меня звенело в ушах. Не может быть, стоп, это какая-то ерунда! Так, по порядку. У меня почти нет сомнений, что блокнот принадлежал Валере. Он ведь у нас музыкант. Писал стихи и музыку. Ну, да Бог с ним, с качеством, главное, что писал, и Андрей говорил об этом. Итак, этот блокнот попал к Ольге и, скорее всего, она нашла в нем что-то, совершенно очевидно указывающее на того, кто убил Конькова. Может быть, на форзаце была фотография? И она отодрала ее, чтобы показать как доказательство убийце?.. Господи, какая дурочка… Так, теперь дальше. «Мой черный, отравленный ангел, тебя я безумно желаю…» Что мог делать похожий стих в кабинете у преподавателя эстетики? Могла ли она действительно написать его сама?! Так похоже по стилю и Валеркиным почерком! Ага! Я шумно выдохнула. Но это просто не укладывается в голове! То ли странное совпадение, то ли ей подарил этот стих кто-то из студентов… Ну, конечно, а я вот часто дарю романтические стихи своим преподавателям, да еще и писанные от руки?! Но как еще он мог попасть к Елене?! Только от Валеры… Или от Ольги… которая перед исчезновением выяснила, кто… Неужели… неужели…

У меня дрожало все тело, кажется, я держалась на ногах только благодаря тому, что оперлась на край стола. В этот момент, очень вовремя, в дверь постучали.

— Открыто!

Светка тут же заскочила в комнату, и по ее виду было несложно догадаться, что ее распирает от каких-то новостей. Я так и застыла с Коньковским блокнотом в руках, глядя на нее широко раскрытыми глазами. Похоже, она не обратила внимания на мое смятение, и тут же затараторила:

— Ох, Вика, слава Богу, ты на месте! У меня такое… такое…

— Какое? — я едва заставила свой язык шевелиться. — У меня тут тоже не менее «такое»…

— Саша мне сегодня рассказал… Ох, я даже не знаю…

Я раздраженно закатила глаза.

— Короче!

— Я хочу, чтобы ты сама, от него услышала. Я даже пересказать не могу — сама не верю!

Подозревая, что наш стеснительный друг толчется сейчас где-то в коридоре, я кивнула на дверь.

— Давай его сюда.

Через минуту они вдвоем, все так же похожие на двух сусликов — один, правда, помощнее другого, — сидели на моей кровати. Я, придвинув стул, уселась на него верхом, как детектив в американском фильме, не выпуская из рук драгоценный блокнот.

— Я, п-правда, не знаю, зачем т-тебе это н-надо знать, — начал Саша, виновато улыбаясь. — Объяснишь?

— Так, план действий, — с максимальным спокойствием в голосе, выдала я любимую фразу Кирилла. — Ты мне рассказываешь, я тебе объясняю. Что за история?

— Ужасная история! С этим срочно надо что-то делать! И мы с тобой должны придумать, что! Поэтому я и попросила Сашу…

Я тут же глянула на Светку тяжелым взглядом и она покорно умолкла, предоставив слово своему кавалеру.

— Ну, к-короче… В прошлом семестре мы зачет с-сдавали по эстетике…

Опять эстетика! Я даже сама удивилась, как могу за мгновение стать настолько внимательной.

— И вот я не с-сдал, — Саша снова сконфужено улыбнулся, Светка прилипла к нему, подбадривая. — Ну, т-тренировки там, и вообще, не мой п-предмет. И Елена Владимировна п-предложила п-после пар остаться…

Конечно, я догадалась раньше, чем он закончил, что случилось в ее уютном кабинете после того, как Саша туда пришел, но слова очевидца меня потрясли. Пока он писал тест, Елена недвусмысленно гладила его по спине и затылку, заползая пальцами за шиворот, а потом и вовсе попыталась поцеловать в шею, но Саша, не привыкший к такому страстному проявлению женского внимания, бросил контрольную и тут же сбежал. Все ясно. Одного не понимаю: почему он не рассказал об этом еще в декабре?! Почему не пожаловался в деканат, не раструбил обо всем?! Вот уж эти парни! Может быть, это спасло бы жизнь Ольге!