Чтение онлайн

— Я не смотрел чек-лист, — мотнул головой Морозов.

— Ты как-то вообще мало интересуешься, куда приш"eл, — сказала Ольга, — как будто на минуту заскочил выпить «на халяву».

— Так и есть, — согласился он внезапно осипшим голосом.

— Что-что? — не расслышала Сюзанна.

— Что случилось? — удивилась Ольга.

— Пузырьки от шампанского не в то горло попали, — прохрипел Демид.

— Так возьми ещ"e бокал и направь их, куда надо, — захохотала Ольга.

— Мне пока хватит, — пробормотал Морозов, по-прежнему, без голоса.

На сцену упал конус света чуть более яркий, чем окружавшие лужайку фонари. Музыканты уступили место хозяевам усадьбы, появился Глебов в ч"eрном фраке, за ним в конус света вошла супруга в длинном платье цвета кофе с молоком. На руках она несла реб"eнка, маленького человечка, наряженного в розовый комбинезон с подсолнечно-ж"eлтым бантом. Он пока ничем не отличался от миллионов других таких же человечков, делавших первые вдохи на орбите Земли и на поверхности планеты, он так же спал, кушал и плакал, если был голоден или сходил в туалет. Пройдёт лет пятнадцать, и он вырастет в наследницу империи Глебовых, одну из самых завидных невест в обитаемой части космоса, светские хроникёры и экономические аналитики будут с одинаковым интересом копаться в подробностях е"e личной жизни.

Первыми вручал подарок клан Поганкиных. На сцену поднялись десятка полтора человек разных возрастов: мужчины и женщины, подростки и даже восьмилетний мальчуган во фраке. Слово взяла матриарх клана, Матильда Львовна. Древняя старуха, благодаря имплантам она купила себе внешность и осанку юной девицы. Е"e глубокий, уверенный голос разносился над лужайкой без дополнительных усилений. Поганкина произнесла торжественную речь, затем передала Глебову маленькую розовую коробочку, перевязанную бантиком, громко и внятно назвало её содержимое, после чего хозяйка поблагодарила Матильду Львовну и весь клан. Демид моментально забыл о подарке из-за чересчур сильного волнения.

Салтыковы поздравляли следующими. Их было значительно больше, и семейство заняло почти всю сцену, сдвинув хозяина и хозяйку на край. Оказался на сцене и дядя Демида, его рыжий костюм выделялся среди ч"eрных пиджаков проказливым пятном, нехорошей меткой, поставленной врагом рода человеческого для обозначения беды. Вперёд выступил Аркадий Дмитриевич, невысокий старик с аккуратно уложенными седыми волосами.

— Дорогой Витя, дорогая Эльза, — приветствовал он хозяев спокойным голосом.

Демид, как и другие гости вокруг сцены, подключился к локальной сети, чтобы лучше слышать.

— Мы рады поздравить вас с прекрасным, воистину счастливым событием — рождением дочери…

Евграф зашёлся в приступе кашля. Первый же хрип, вырвавшийся из глотки дяди, будто проткнул Демида. Морозов пошатнулся, опёрся правой рукой о столик и схватился левой за бок.

— … Много чудес хранит окружающий нас мир, — продолжил Аркадий Дмитриевич, — но появление новой жизни, безусловно, самое…

Евграф опять закашлял, всё сильнее наклоняясь вперёд, пока вовсе не согнулся пополам.

— Что с ним? — Аркадий Дмитриевич повернулся к своим родственникам.

Все начали разводить руками и пожимать плечами. Кашель Евграфа не прекращался, Люсия догадалась проявить хотя бы внешнее беспокойство и попыталась поддержать мужа, но, едва она коснулась его плеча, Евграф рухнул на колени и начал выплёвывать на пол кровь. Родственники вокруг в панике расступились в стороны, кто-то в задних рядах соскочил со сцены.

В глазах Демида заклубилась тьма, его душа закапала на скатерть стола сквозь пробитую в теле брешь.

— Нужен врач! — выкрикнул Глебов.

В толпе обозначилось движение, к сцене пробивался полный пожилой мужчина с роскошными усами. Хозяйка с малышкой на руках покинула конус света. Демид, наконец, отвлёкся от зрелища кашлявшего дяди и подключился к чату «пятёрки».

«У нас получилось, у нас получилось! — кричала восторженно Аглая, — Они пытаются блокировать сигнал, но мы прорываемся! Двести миллионов просмотров!»

Дядя упал лицом в лужу крови, что сам выхаркал, перевернулся на спину, измазавшись в красном.

Демид дышал всё тяжелее, будто не дядя, а он сам лежал сейчас на сцене и хрипел, пытаясь схватить ртом побольше воздуха.

«Двести пятьдесят миллионов! Триста миллионов!» — заходилась Аглая в фанатичном экстазе.

«Поздравляю, сестрёнка!» — радовался Фёдор.

«Мы сделали это!» — прислала комментарий Карина.

Старик доктор склонился над Евграфом. Тот отпихнул его, поднял кулак и с силой опустил на собственное лицо. Затем ещё раз, и ещ"e. Люсия в испуге застыла рядом.

Демиду почудилось, его нос заболел, будто разбитый, зубы зашатались, губы лопнули и заполнили рот солёной кровью.

«Не только мы. Ребята, которые написали код для Салтыкова, — главные герои!» — написал Святослав.

«Гип-гип ура героям!» — закричал Фёдор.

Доктор попытался схватить Евграфа за руку, но тот вырвался и продолжил разбивать своё лицо окровавленными кулаками. Салтыков что-то хрипел, слов было не разобрать. Люди на сцене отворачивались и отступали всё дальше, закрывали лица руками. Женщины завыли, сидевший в них древний инстинкт громким звуком пытался отпугнуть смерть. Одна Люсия смотрела, как бионические руки её мужа убивали своего хозяина, словно завороженная. Конечности работали с размеренной монотонностью, как простой механизм в наручных часах. Евграф хрипел, пытался перевернуться на спину, но только пачкался в крови.

— Помогите же мне! — позвал пожилой усач.

«Никто тебе не поможет!» — услышал Демид ликование Фёдора в чате. Сознание Морозова повисло над чёрной бездной на ниточке, готовой вот-вот оборваться.

Трое мужчин навалились на Евграфа, но он, вернее, его руководимое тёмным безумием тело вывернулось из-под них. Это было тем проще, чем больше крови разлилось по полу. В пылу борьбы кто-то сбил Люсию с ног, она свалилась со сцены на лужайку.

«Полмиллиарда просмотров! — захохотала Аглая, — Всего-то за несколько минут! Это успех, друзья, это успех!»

Испачканные в крови мужчины сделали шаг к Евграфу, потом замерли. Очередной удар окончательно разрушил его черепную коробку. Струи крови и технического раствора, пульсируя, брызнули на сцену. Бледно-розовое желе мозга расползлось в стороны у плеч Салтыкова.

— Сделайте что-нибудь! — обратился Глебов к усатому доктору.

— Что тут сделаешь? — беспомощно развёл руками тот, — У него же бионическое сердце. Сейчас система поймёт, что мозг разрушен, и отдаст команду «стоп».

Демид ничего и никого не замечал, перестал обращать внимание на суету вокруг сцены. Крики, обмороки, чьи-то метания и рыдания пролетали мимо его восприятия, как и радостные возгласы «пятёрки» в чате. Морозов почувствовал приступ тошноты, опустился на колени. Его вырвало на траву недавно выпитым шампанским и съеденной икрой. Позывы не прекратились, хотя желудок совсем опустел. Ещё две минуты Демиду пришлось провести на коленях. Затем он выпрямился, опираясь о стол.