Чтение онлайн

Наступило гнетущее молчание. Уника пыталась поймать взгляд Метатрона — в надежде, что он вдруг произнесет спасительную фразу, что он найдет решение. Но на этот раз он молчал. Он задумался. Осознание грядущей опасности сделало его слабым и уязвимым.

Уника посмотрела на его руки. Большие пальцы касались подбородка, указательные — кончика носа, а остальные были молитвенно сложены вместе. Эта поза полностью отражала его состояние: он был готов к решению, которое уже оформлялось в голове.

Он снова заговорил:

— Нужно найти другой тайник для Пламени Жизни и Ключа Счастья. Но на этот раз о нем не должен знать никто, даже Ангелы-Наставники. И кроме того, их нужно держать отдельно друг от друга, так менее опасно.

Лицо Уники вдруг посветлело. Ей в голову пришла необычная идея.

— Это слишком рискованно, — покачал головой Метатрон, прочитав ее мысли.

— Я знаю. Но мне кажется, что Пламя Жизни нужно спрятать за пределами Сефиры… в мире людей.

— И где же? — Ее слова одновременно заинтриговали и испугали Метатрона.

— Пока не знаю, но я уверена, что Офидиэль будет искать их здесь. И как бы хорошо они ни были спрятаны, рано или поздно он их найдет. Но ему и в голову не придет, что мы отдали одну из двух сущностей в руки людей.

— Конечно не придет — только сумасшедший догадается унести из Сефиры одну из главных ее святынь. Ты подумала, кто защитит Пламя Жизни — после того, как оно окажется вне наших границ?

— Да, — Уника прикрыла глаза — и тут же снова распахнула их.

— Ангел-хранитель.

— Но мы только что решили, что никто не должен знать об этом!

— Он и не будет ничего знать — мы сделаем это без его ведома. Он никогда не узнает о своем поручении.

Метатрона поразило это предложение, но Уника не дала ему возможности спросить еще о чём-либо.

— С помощью Пламени Жизни мы создадим нового ангела и поместим Пламя в его тело. Потом мы пошлем его на землю, не открывая ему самому его истинной сущности, — говоря это, Уника понимала, насколько сложен этот план в исполнении. — Мы будем защищать его, постоянно наблюдать за ним. Мы будем рядом, чтобы поддержать его во всем.

— А что случится с Пламенем, если Офидиэль завоюет Сефиру? — спросил Метатрон.

— Главное, чтобы он не узнал, где мы его прячем. В этом случае, даже если мы потерпим поражение, наш ангел будет жить в мире людей. Рано или поздно он поймет, что он не такой, как все — и откроет в себе сверхчеловеческие способности. Он узнает о своей миссии — миссии хранителя Пламени — и сможет дать жизнь новому поколению ангелов.

Уника не оставляла надежды на лучший исход, и поэтому добавила:

— Если же победим мы, мы вернем в Сефиру и ангела, и Пламя Жизни — после того как война будет окончена.

— Это гениально. Но я вижу одно слабое место…

— Какое?

— Мы не можем быть уверенными в том, что ангел, который будет хранить в себе Пламя Жизни, когда-нибудь узнает о своем предназначении. Если у него будет недостаточно способностей, он просто не сможет этого сделать.

Уника кивнула. На лице ее было выражение, которое значило «у меня нет ответа, но я его найду».

— В любом случае, я хочу это обдумать. Это слишком хорошая идея, чтобы оставить ее без внимания.

Он поднялся и подошел к стеклянной двери, которая вела в парк за Башней. Деревья отбрасывали на траву длинные тени, тянули к предзакатному небу длинные тонкие ветви…

— Самое время обрадовать Наставников. Они должны приготовиться к появлению Офидиэля.

— Предоставь это мне, — сказала Уника. — Я поговорю с Езодом.

На столе перед Джо стояла чашка горячего шоколада. Из-за пара, поднимавшегося от нее, лицо юноши казалось бледнее обычного, а черты лица — более резкими. В его глазах появился странный огонек, они ярко блестели в темноте бара.

Красноватый свет создавал атмосферу таинственности, и, отражаясь на лицах ребят, делал их еще более задумчивыми.

Зак был завсегдатаем в «Ланселоте», и его вечерние посещения вызывали бурю интереса. Бабочки взглядов слетались к нему, как к благоухающему цветку: их привлекали и его внешность, и манеры.

— Ну так… что ты хотел нам сказать? — с нетерпением спросила Ева.

Зак перевел взгляд на Джо, хотя до этого его куда больше занимали девушки за соседним столиком.

— Ну, Джо, выкладывай, что там у тебя? Какие проблемы? Рассказывай! — по-дружески пихнул его Зак.

Джо недовольно взглянул на него, потом бессильно пожал плечами и начал говорить, глядя на поднимающийся над чашкой пар.

— Кто-то или что-то шпионит за мной.

Ева крепко сжимала в руках чашку. На лице ее не дрогнул ни один мускул — оно осталось все таким же сосредоточенным. Зак смотрел на нее, ожидая увидеть в ее глазах удивление, но так ничего и не заметил.

— Я уверен в этом, — продолжал Джо. — Сначала у меня просто было такое ощущение, а сейчас я нашел этому доказательства. Например… ночью кто-то заходит ко мне в комнату. Я не знаю, зачем, но знаю, что это так. — Он был растерян и старался побороть смущение, начиная винить себя в том, что завел этот разговор.

— Ты это видел?

— Нет, Зак, я не видел, но я знаю, что оно есть! Все началось с того, что однажды утром я почувствовал, что со мной — и с моей комнатой — что-то не так. Я не придавал этому значения, пока Майя, моя кошка, не перестала спать со мной на кровати. Такого раньше не было. Я попробовал взять ее на руки, но она как будто сошла с ума: оцарапала меня и убежала в гостиную под диван — и больше не вылезала. Она страшно напугана, и чтобы заставить ее есть, нам приходится приносить ей еду прямо туда… под диван, понимаешь? — Джо увлекся и даже немного повысил голос.

— Это все? — спросила Ева, не поднимая глаз от своей чашки.

— Нет. Однажды ночью я решил не спать и дождаться этого незваного гостя. Я влил в себя литр кофе и был на взводе — я был уверен, что ни за что на свете не засну. Я не помню, как отрубился, но утром голова у меня была совершенно пустая.

— Ты нервничаешь днем и потом ночью не находишь себе места. Я всегда говорил, что ты слишком много учишься и попусту тратишь свое драгоценное время, — подколол его Зак, надеясь развеселить друга и заставить Еву улыбнуться.