Чтение онлайн

– Ну ладно, допустим, Нина могла погибнуть бы и без Варькиного участия, согласился Прошка.
– Но смерть Мирона исключительно на Варькиной совести.

– Смерть Мирона произошла по причине его собственного злобного нрава, отчеканила я.
– С тем же успехом ты мог бы обвинить и Славок, которые осмелились испортить Мирону настроение, и - по справедливости - самого себя.

– А я-то тут при чем?
– искренне изумился Прошка.

– Если бы вы не вели себя в тот день, словно стадо баранов, покорно бредущих на убой, я бы на Мирона так не обозлилась. Он целый час смешивал вас с грязью и топтал ногами, а вы с христианским смирением и трогательной готовностью подставляли ему очередную щеку. Должен же был кто-то поставить на место зарвавшегося грубияна! Не моя вина, что вы благородно уступили эту почетную обязанность мне.

Судя по горячности, с которой откликнулись на мои слова Прошка и Марк, я задела их за живое.

– А кто тебя просил?!
– вскинулся Прошка.

– По-твоему, с грубиянами нужно бороться их же оружием?
– осведомился Марк ядовитым тоном.
– Лаяться с базарными торговками, материть распоясавшихся алкашей, орать на хамов-чиновников? Чем же ты тогда от них отличаешься, Варвара?

– Отсутствием базарного прилавка и алкогольной зависимости, - огрызнулась я.
– А хоть бы и ничем не отличалась! Я не сноб. Зато я не утираюсь рукавом и не ухожу себе с миром, когда мне плюют в физиономию.

– О да!
– с издевательским пафосом воскликнул Прошка.
– С миром ты не уходишь! Если кто-то настолько потеряет голову, что отважится в тебя плюнуть, бедняга останется лежать бездыханным.

– Наглая и откровенная ложь!
– Я вошла в азарт.
– Будь в твоих словах хоть на миллиграмм правды, твое бездыханное тело схоронили бы пятнадцать лет назад.

– Это ничего не доказывает, - заявил Марк.
– Непостижимое долголетие Прошки - исключение, которое только подтверждает правило.

– Ребята! Ребята!
– взмолился Генрих.

– Ну наконец-то, - с облегчением вздохнул Леша.
– А то я уже начал беспокоиться - не случилось ли с вами чего? Целую неделю не было ни одного стоящего скандала.

Мы, как по команде, уставились на него.

– Тебе нравятся наши скандалы?
– спросила я недоверчиво.

– Ну не то чтобы нравятся...
– Видя такой пристальный интерес к своей персоне, Леша немного стушевался.
– Просто неуютно без них как-то. Привык я к ним. Все-таки пятнадцать лет с вами общаюсь. Quod non est paululum dicere.

– Аминь!
– гаркнули мы, отреагировав на латынь.

Эпилог

– Нет, нет и нет!
– Машенька решительно тряхнула головой.
– Ни за что! И не просите.

– Мама, ну, мамочка!
– заныли Эрих и Алька.

– Мы будем вести себя примерно, честное слово!
– пообещала я со всей убедительностью, на какую была способна.

– Там так красиво!
– уговаривал Прошка.
– Тебе обязательно понравится.

– Горный воздух полезен для легких, - заметил Леша.
– Может, Эрих с Алькой от бронхитов навсегда излечатся.

– Обязательно излечатся, - выразил уверенность Марк.
– Нужно только им молоко покупать. Тамошние коровы питаются исключительно целебными травами.

– Все равно не поеду, - сказала Машенька, но уже с гораздо меньшей убежденностью.

– Но почему, Машенька?
– несчастным тоном спросил Генрих, не уловивший перемены в настроении жены.

– Потому что вы - социально опасные типы. Стоит вам собраться вместе, как сейчас же начнется какой-нибудь криминал. Вокруг вас надо сколотить трехметровый забор с колючей проволокой и по всему периметру написать: "Не влезай, убьет!"

– Криминальная история у нас пока была всего одна, - напомнил Леша.

– И с тех пор уже почти год прошел, - подхватила я.
– За это время никого из наших знакомых больше не убили, а мы каждую неделю вместе собираемся.

– Нельзя из одного случайного события выводить закономерность, авторитетно заявил Прошка.

– Вот увидишь, Машенька, на этот раз все будет хорошо, - убеждал Генрих. А в Карпатах и правда очень красиво.

– Хочешь, мы Варьку с Прошкой на цепь посадим?
– предложил Марк.

– Тогда вам всем точно кранты настанут, - злорадно пообещал Прошка. Варвара с цепи сорвется, вас перекусает, и вы поголовно перемрете от бешенства.

– Не слушай его, Машенька, - попросила я, сердито сверкнув глазами в сторону Марка и Прошки.
– Они бешенством задолго до нашего знакомства переболели. У них иммунитет. А тебя и детей я кусать не буду. И вообще, ты же знаешь, какая я спокойная и уравновешенная особа, особенно если меня не злить.

– Поехали, Машенька, - канючил Генрих.

– Ну пожалуйста!

– Мама, ну, мамочка!

– Отдохнем по-человечески...

– Детей здоровых привезешь...

– Обещаем...

– Гарантируем...

Машенька покачала головой и вздохнула:

– Ладно уж, так и быть, поехали. Но предупреждаю: если и там что-нибудь случится, я вас до конца жизни на порог не пущу.

– Ура!!!

От нашего дружного рева зазвенели стекла, и только Леша не разделил общего ликования.

– Не понимаю, чему вы радуетесь, - пробормотал он тихо, чтобы Машенька не услышала.
– Похоже, мы собрались здесь в последний раз.

За неделю до нашего отъезда Генриху позвонил Ярослав и сообщил, что Татьяна погибла в горах. Во время восхождения у нее по совершенно непонятной причине оборвалась страховка.

1997