Чтение онлайн

Другое дело, что никак царь с Иваном не могли встретиться в одном и том же «кабинете», а Иван должен был радоваться еще и тому, что царю не случилось прочесть вышеприведенные строки.

В XIX веке появились новые слова для обозначения туалета. Слово «уборная», перекочевавшее из XVIII столетия, по-прежнему обозначало помещение для одевания. («Уборная — комната, в коей одеваются, убираются, наряжаются, моются, притираются», — читаем у В. И. Даля.) Император Александр III жил в Петергофе в маленьком дворце, занимая наверху две очень маленькие комнаты. По воспоминаниям современника, «лица, являвшиеся с докладом к императору, для того чтобы пройти в его кабинет, должны были проходить через его уборную, где находились костюмы государя и вообще все принадлежности уборной».

Современники А. С. Пушкина правильно понимали следующие строки, которые по причине употребленного в них вышеприведенного слова у современного человека могли бы вызвать недоумение:

А вот слово «туалет» имело несколько значений, но только не то, которое известно нам сегодня: женский наряд, или приведение в порядок своего внешнего вида («совершать туалет»), или столик с зеркалом, за которым причесываются и наводят красоту. Тот же Пушкин в том же «Евгении Онегине» пишет о своем герое:

Сослуживец И. А. Крылова М. Е. Лобанов отмечал в своих воспоминаниях: «Крылов не был охотник до туалета», и тогдашнему читателю было ясно, о чем речь, тем более что последующие слова развеивали сомнения, могущие возникнуть у несведущего человека: «…чаще бывал он немытый и нечесаный»».

К середине XIX века, после того как в петербургских городских квартирах поселился металлический воронкообразный горшок, помещение для отправления естественных надобностей стало называться «клозетом». Заимствовано оно, разумеется, у англичан («closet»), пионеров по части многих аспектов туалетного дела, и означало (у них) «чулан», «кабинет», а у нас заменило выходившее из употребления выражение «отхожее место». Впрочем, что «кабинет», что «клозет» — суть места для уединения. И там, и там человек предоставлен самому себе, и там, и там он всегда найдет себе дело или занятие. Туалет вообще заменяет многим кабинет, ибо другого места побыть в одиночестве у некоторых наших современников попросту нет.

Еще в первой половине XIX века, по мере увеличения этажности доходных домов, на черных лестницах для жильцов квартир, не имевших ватерклозета, стали появляться отхожие места так называемой «пролетной» системы, которые, по словам современника, «распространяли жуткую вонь». Литератор А. П. Башуцкий писал: «Часто, входя в переднюю хорошего дома, вы находите ее грязною, безобразною, в беспорядке, и здесь уже запах ламп, кухни или… неприятно поражает ваше обоняние».

Не названные Башуцким отхожие места располагались на лестничной площадке рядом с окном в неглубокой нише без двери. Выводные рукава очищались редко (зимой нечистоты замерзали на всем протяжении пролета), и в наружный выгреб попадали преимущественно жидкие нечистоты. Специфический запах распространялся не только на лестницах, на которых находились отхожие места, но и в квартирах и во дворах.

В старых питерских домах, избежавших капитального ремонта, эти ниши и каменные стульчаки с заложенными дырками сохранились до сих пор. Когда в квартирах стали появляться «клозеты», а потом «ватерклозеты», отхожими местами на лестницах продолжали пользоваться жильцы квартир верхних этажей и мансард, не имевших этих удобств, а также прислуга из квартир, где эти удобства были.

Отхожими местами «пролетной» системы служили и отдельно стоявшие во дворах места общего пользования («общие ретирадники») — ими пользовались дворники, швейцары, работники некоторых торговых заведений и отчасти обитатели подвальных квартир. К 1900 году общие клозеты во дворе имелись в 22 % петербургских домов.

«Клозеты» были вытеснены «ватерклозетами» — в этих последних горшок омывался водой («water», как известно, по-английски «вода» [15] ). Самым первым ватерклозетом было сантехническое приспособление системы «Монитор» (стоил немало — б рублей), не имевшее верхнего бака с водой (т. е. сливного бачка), и при нажатии специальной ручки (реже — педали) вода из водопроводной трубы поступала прямо в приемную чашу (или «горшок»), а затем уже и в открывавшееся отверстие. Когда ручку отпускали, вода переставала поступать, и клапан, или «сковородка», закрывался, почти не пропуская в квартиру канализационных газов. Аналогичным устройством до сих пор пользуются пассажиры в поездах дальнего следования. Однако уже к концу XIX века ватерклозеты системы «Монитор» считались устаревшими.

К 1900 году до 60 процентов петербургских квартир имели ватерклозеты, хотя к концу XIX века простые сортиры были во всех домах Александро-Невской части Петербурга, за исключением Невского проспекта от Николаевского (Московского) вокзала до д. 173. В домах на Полтавской, Харьковской и Гончарной улицах были смешанные системы, т. е. и ватерклозеты, и простые отхожие места. Лицевые флигеля обыкновенно имели ватерклозеты, а надворные — простые отхожие места на лестницах. Это типичная картина для всего тогдашнего Петербурга.

«Монитору» постепенно пришла на смену так называемая «русская система», или «русский горшок» (дороже «Монитора» — 6 рублей 73 копейки), состоявший из чугунного воронкообразного горшка («воронки»), соединенного трубой с накопительным бачком для воды. Это нововведение современники сравнивали с Ниагарой — по-видимому, вода низвергалась с грохотом знаменитого водопада.

Затем последовало изобретение колена (сифона) фановой трубы, остававшаяся часть воды в котором не допускала распространения по квартире неприятных запахов.

«Теперь в туалетных комнатах благоухают только розы», — заметил безвестный современник, выражая точку зрения некоторых своих столь же восторженно настроенных соотечественников, приобщившихся к новинке.

Подобной системой, правда, без благоухания роз, мы пользуемся до сих пор, и за последнюю сотню лет ничего принципиально нового не придумано. Дизайнерские же разработки начались еще в конце XIX века, примерно с 1880-х годов. Особой изобретательностью отличались трое англичан (кто же еще?) — Джордж Дженнингс, Томас Твифорд и Томас Крэппер (G. Jennings, Т. Twyford, Т. Crapper). Именно они явились инициаторами нововведений, призванных сделать пребывание в туалете подобным посещению музея. Лепнина, роспись унитазов, изящество отделки — до чего только не додумается творческий человек, чтобы скрасить вынужденное уединение себе и людям! Некоторые унитазы были столь хороши, что их впору было использовать как супницы. Твифорд первым в мире предложил ставить унитаз прямо на пол, без деревянной подставки. А Крэппер сделал «тихий» туалет, т. е. шум слива из бачка не стал раздражать чувствительных английских леди, которые весьма чутко и крайне неприязненно воспринимали все звуки, доносившиеся из туалета. Крэппер стал королевским водопроводчиком и установил более тридцати туалетов в Сэндрингэмском замке для сына королевы Виктории принца Уэльского. О Крэппере написали книгу, автор которой, в частности, заметил: «Нет никакого сомнения в том, что сердце Крэппера находится в туалете».

Впрочем, истории известны случаи, когда только в туалете человека настигало вдохновение, притом дизайн или конструкция не имели никакого значения. Да взять неликого китайского поэта Оуяна Сю (1007–1072), который признавался: «И я чаще всего пишу свои произведения в трех местах — верхом на коне, лежа на изголовье и сидя в уборной. Ведь только в этих местах рождаются лучшие замыслы!»

Быть может, и для кого-то из отечественных мыслителей туалет превращался в творческую лабораторию, хотя и не все в этом признавались (в читальню — точно, причем для самых широких масс, что практикуется поныне, при этом все эти читальни сугубо индивидуальны). А туалеты меж тем становились все удобнее (и, замечу в скобках, все пригоднее и для отправления нужды, и для знакомства с прессой, а то и обстоятельного изучения оной).

Постепенно в Питере стали входить в обиход английские ватерклозеты «Торнадо», «Лауренс», «Унитас» и «Пьедестал» с «фаянсовыми чашками особой ладьеобразной формы» и «оригинальной каплевидной формы ручкой, свисающей с бачка на изящной цепочке», которая заменила ручку на самом ватерклозете. Эту ручку придумал Крэппер [16] . Фамилии английских изобретателей и промышленников (например, лондонской фирмы «Royal Doulton Company») долгое время красовались на унитазах и туалетных аксессуарах в петербургских домах. Впрочем, массовое производство фаянсовых унитазов началось в Испании в 1909 году акционерным обществом под названием… ну конечно же, «Unitas».