Чтение онлайн

Святой Тукарам сказал: «Пусть тело живет или умирает, я твердо верю в Природу Самости». Если искатель достигает такого уровня убежденности, формируется позиция: «Когда испытываешь «блаженство Брахмана» (Брахмананда), кого заботит тело?» Когда такая позиция формируется, это поистине похвально. Однажды собака укусила святого Кабира за икру и откусила кусок мяса. Святой Кабир просто сказал: «Или собака знает, или плоть знает. Всякое возможно». Каковы могли быть чувства людей вокруг, слышавших, что сказал святой Кабир, который был великим преданным. Искатель может легко увидеть степень отреченности, которой достиг святой Кабир. Он полностью понимал, что повреждена была только плоть, но не его Истинная Природа. Хотя понимание того, что Самость остается невредимой, переживалась святым Кабиром, а также святым Тукарамом, когда тот потерял все свое хозяйство, у вас поначалу, когда вы предпринимаете поиск «я», возможно, нет того экстаза внутри. Если же Божьей Милостью такое блаженство переполняет вас, вы возможно скажете: «В конце концов, чего стоит вся эта мирская собственность?» И вы уже никогда не почувствуете нужды задавать такие бессмысленные вопросы, как: «А будет ли мой дом поддерживаться в должном состоянии?» В тот момент, когда у вас разовьется такое безразличное отношение, вы скажете: «Пусть случается все, что случается, и пусть то, что должно уйти, уходит».

Однако если искатель понимает интеллектуально – что легче, нежели переживать Самость, – он поднимает вопрос: «После того как Знание Самости достигнуто, а собственническая гордыня тела и ума осталась позади, могут ли по-прежнему исполняться мирские обязанности?» Чтобы его утешить, Садгуру отвечает: «Дорогой мой, даже после осознания совершенной бесполезности тела и ума можно устраивать домохозяйство и иметь детей без привнесения во все это гордыни тела и ума. За всем можно присматривать очень хорошо. Все соответствующие обязанности, которые исполнялись раньше, могут прилежно исполняться и дальше».

Вы можете спросить, как такое возможно? Поймете из следующего примера. Посмотрите на поведение опекунши в отношении ребенка-сироты. Она ухаживает за ребенком, таскает туда-сюда, утешает, если тот плачет, ухаживает, если он заболеет, точно так же как если бы была его настоящей матерью. Если ребенок ей нравится, она даже с любовью его целует. Но, делая всю эту работу, она не чувствует, что ребенок ее собственный. Несмотря на все то, что она делает для ребенка, если его отец уволит ее, она тотчас же прекратит все это и уйдет из дома. Как только она оставит работу, она уже не будет радоваться, если ребенок прибавил в весе, или грустить, если он умрет. Причина такого отношения в том, что у нее нет чувства «мой» в отношении ребенка. Однако нельзя сказать, что она не выполняла своих обязанностей как следует из-за отсутствия этого чувства «мой».

Давайте рассмотрим другой пример. Возьмем случай доверенного лица, которое управляет недвижимостью несовершеннолетнего, которая стоит много миллионов рупий. Отсутствие у него чувства «мое» не является помехой в выполнении обязанностей, и он управляет имуществом несовершеннолетнего очень эффективно. Если обязанности не выполняются должным образом, ответственность лежит на этом доверенном лице и он наверняка понесет наказание. У доверенного лица нет чувства, что недвижимость «моя», и, соответственно, на него никак не повлияет, если недвижимость возрастет в цене или даже если суд вдруг решит, что на самом деле она вовсе не принадлежит тому несовершеннолетнему. Его обязанность – должным образом следить за делами, до тех пор пока недвижимость под его управлением. Короче говоря, для того чтобы кто-то выполнял свои обязанности как следует, ему не обязательно иметь чувство «я» или «мое». Точно так же явное и тонкое тела формируют связку, которая уходит корнями в пять элементов и которая дается человеку «в подарок» или «в доверительную собственность».

В качестве управляющего по доверенности вы должны присматривать за этой «связкой» наилучшим возможным образом. Если вы пренебрегаете ответственностью, то наверняка понесете наказание в виде потери здоровья или потери и тела и ума. Если доверенное лицо управляет недвижимостью эффективно, а опекунша очень хорошо присматривает за ребенком, взамен они получают свои зарплаты. Подобным образом, если вы хорошо присматриваете за своим телом и умом, поддерживаете их в должной кондиции, вы тоже получаете награду в форме удовольствия. Здоровое тело пригодится в поиске Изначальной Истины. Однако всякое выполнение обязанностей не должно сопровождаться чувством «мое». С таким подходом, делается тело толстым или худым, живет оно или умирает, нет ни восторгов, ни причитаний. Если лицо, которому доверили управлять имуществом несовершеннолетнего, обмануто чувством «мое» и претендует на собственность, если оно что-то присваивает, его посадят в тюрьму. В случае духовной практики отождествление с телом означает забвение Самости или умерщвление Самости. Нет надежды на освобождение у того, кто связан мыслью о том, что он является телом, несмотря даже на то что на самом деле он не что иное, как Самость.

Из вышесказанного можно понять, что обычные действия и обязанности ума и тела следует выполнять должным образом, и что нет никакой нужды утверждать отношения собственности или развивать концепцию «мое». Обязанности доверенного лица или опекунши во время выполнения ими своего долга не требуют от них никакого чувства собственности; их обязанности исполняются совершенно нормально. Точно так же обязанности любого человека могут исполняться без привлечения чувства собственности или концепции «мое» в отношении физического или тонкого тел.

Привыкнув к темноте причинного тела, твердо став там на ноги и пробыв какое-то время, можно услышать мягкий голос, который говорит: «Я есть свидетель этого неведения». Вместе с этим появляется какая-то храбрость, дающая надежду поймать этого вора по имени «я». Вместе с узнаванием этого голоса, который принадлежит свидетелю неведения, приходит также мысль: «Этот вор где-то здесь. Он может быть рядом или чуть подальше, но он свидетельствует Неведение где-то поблизости». Здесь поиск принимает форму упорного наблюдения. Как это делается, будет обсуждаться в следующем разделе. Свидетельствование, которое продолжает происходить, случается за пределами пустоты причинного тела, с позиции, которая находится в пра-причинном теле (тело махакарана, или состояние турия). Когда это понято, «я» сразу входит в состояние высшего наслаждения, оттого что нашло себя. Кто может описать это наслаждение? В том наслаждении «я» кричит: «Я есть Брахман, Знание Себя!»

Предположим, мы утратили концепцию обладания явным телом, равно как и тонким телом, и допустили тот факт, что «связка» принадлежит кому-то постороннему. Нам все еще нужно найти ответ на вопрос: «кто я?» или «где я?» Давайте теперь перейдем к описанию причинного тела. Что такое причинное тело? Как только мы делаем шаг туда, повсюду кромешная тьма. Возможно ли, чтобы это темное невежество было местом обитания «я»? Определенно кажется, что именно здесь его главный штаб. А невежество, похоже, его главная собственность. Конечно, есть некоторая надежда найти это неуловимое «я» здесь. Давайте посмотрим. Если мы будем слепо бродить в его поисках, «я» не отыщется где-то в причинном теле. Здесь «я», кажется, отказалось от своего чувства «мое». В этом месте, кажется, нет ничего, что можно было бы назвать «моим». Все кажется абсолютно тихим. То «я», которое громко и так высокомерно провозглашало «я, я!» в явном и тонком телах, кажется тут абсолютно безмолвным. Кажется, будто «я» играет в прятки, так чтобы его не поймал тот, кто его ищет. В причинном теле «я», похоже, закопало себя в яму темноты, с той целью чтобы ищущий туда свалился и был бы вынужден прекратить поиск.

Дорогие искатели, не бойтесь. Садгуру стоит за вами, равно как перед вами, и Он проведет вас безопасным путем через эту яму темноты. Многие ученые и книжники в этом месте повернули обратно и отказались от поиска, признав неудачу, чтобы обрести веру в руководство Садгуру. Вам, однако, в отличие от них, нечего бояться. У вас есть проводник, очень искушенный Учитель, Самарта Садгуру [6] .

Привыкнув к темноте причинного тела, твердо встав там на ноги и пробыв какое-то время, можно услышать мягкий голос, который говорит: «Я есть свидетель этого неведения». Вместе с этим появляется какая-то храбрость, дающая надежду поймать этого вора по имени «я». Вместе с узнаванием этого голоса, который принадлежит свидетелю неведения, приходит также мысль: «Этот вор где-то здесь. Он может быть рядом или чуть подальше, но он свидетельствует неведение где-то поблизости». Здесь поиск принимает форму упорного наблюдения. Как это делается, будет обсуждаться в следующей главе. Свидетельствование, которое продолжает происходить, случается за пределами пустоты причинного тела, с позиции, которая находится в пра-причинном теле (Тело махакарана, или состояние турий). Когда это понято, «я» сразу входит в состояние высшего наслаждения, от того, что нашло себя. Кто может описать это наслаждение? В том наслаждении «я» кричит: «Я есть Брахман, Знание Себя!»

Тот, кто говорит «я», на самом деле свидетельствующий все Брахман. Это Он, чья природа есть Знание, ощущение «Я Есть». Когда утверждается такая уверенность, волна за волной накатывает блаженство. Потом, когда блаженство отступит, смотри на чудо, которое происходит. Крепко задумавшись, приходишь к признанию: «Я по природе даже не Знание, поскольку так же, как я укутан «неведением», я укутан и Знанием. Изначально у меня не было ни неведения, ни Знания. Неведение и Знание родились из «меня» и по ошибке были приняты за «меня». Копнув поглубже, можно увидеть, что возникновение как неведения, так и Знания внутри «меня» указывает на «меня» как на их творца. Таким образом, Знание – мое дитя, а я – его отец, и как отец я прежде Знания и отличен от него».

Когда результат этой глубокой различающей мысли проявляется внутри, ощущение «Я есть Брахман» (Ахам Брахмасми), который есть Знание Самости в пра-причинном теле, или состоянии турий, тоже начинает отступать, чтобы в конце концов полностью исчезнуть. Тогда «я» абсолютно обнажено, без каких-либо покровов вообще. Дойдя до этой обнаженности, невозможно описать, кем или чем это «я» является. Если хотите дать описание того «я», которое найдено здесь, можете произнести любое слово, найденное в любом словаре, – но это не есть «я»! «Я», которое здесь, может быть выражено только как «не то, не то». Это то, что бросает свет на все, что называется «это». Вы можете произносить слова и предложения, пытаясь описать его, но все это не то. Какие бы значения ни появлялись, вы принимаете их за описание «я», но все это не то. Если вы не понимаете того, что сейчас было сказано, вы должны остановить слова и концепции, погрузиться в глубокую тишину и увидеть, кто есть «я».