Чтение онлайн

— Как ты знаешь, на нашем острове живет мантикора, пожирающая преступников. Именно поэтому. Людей, которых подозревали в убийстве привозили сюда. И пятеро человек следили за тем, чтобы преступник выпил правдоруб и тогда только задавали вопросы. Человек под этим зельем не мог соврать. Если подтверждалась причастность к преступлению, человека скармливали мантикоре. Если же нет, то ему стирали или корректировали память. Об этом зелье никто не должен знать. Сейчас я совершаю преступление, рассказывая тебе об этом. Но я хочу, чтобы ты была готова к этому.

— Мам, а если узнают, что это ты мне рассказала?

— Я должна была это сделать. Я думаю, что Изабелла меня поймет, — Агата улыбнулась и обняла дочь. — Слушание дела назначено на середину ноября. Оно пройдет здесь, в университете. Сейчас, прошу тебя, не думай об этом. Отдыхай и набирайся сил.

Женщина поднялась с кровати дочери, улыбнулась и вышла из комнаты. Тори осталась сидеть на кровати в полном одиночестве и тишине. Ее будут судить, а если признают виновной, то скормят мантикоре. Девушка мотнула головой. Нет, она еще несовершеннолетняя, не скормят, но запрут в интернате для трудных подростков. Тори поежилась. Это было жуткое место. Туда отправляли детей убийц или неуравновешенных, тех, кто не мог контролировать свою магию. Что с ними происходило потом, рыжая не знала, да и не хотела знать. Ей оставалось молиться всем мыслимым и немыслимым богам, чтобы так и оставаться в неведении. В дверь снова постучали.

— Да, — прохрипела Тори.

В комнату зашла Хатиже. В руках у девушки было несколько пузырьков с зельями и чистые бинты.

— Как ты, Тори? — спросила египтянка и присела рядом с однокурсницей.

— Плохо. Я убила Ратмира, — Виктория опустила глаза. — Скоро будет суд, меня осудят и запрут в интернате. Как я по-твоему должна себя чувствовать?

— Прости, это был глупый вопрос, я пришла сменить тебе повязку.

Хатиже аккуратно размотала бинт на голове Виктории и осмотрела рану на затылке.

— Она затягивается очень быстро, это хорошо, — пробормотала девушка. — Я тебе просто смажу мазью. Она быстро впитается, а бинт наматывать не буду. Он не нужен здесь.

Тори кивнула.

— Хатиже, я могу задать тебе вопрос? — спросила девушка, а египтянка согласно кивнула. — Почему ты была в комнате Хазани, когда я пришла к тебе?

— Я… — Хатиже на миг замялась. — Мы с ним встречались.

Тори посмотрела на подругу и не могла поверить в то, что Риоко была права в своих догадках.

— Понимаешь, мы с ним из одной страны, мы с ним один народ, — Хатиже улыбнулась, продолжая обрабатывать раны на руках Виктории. — Как-то так получилось, что в конце учебного года я забыла книгу у него в кабинете. Уже тогда я поняла, что люблю его, но не говорила об этом. Я же студентка, я же маленькая. Что я могла понять? Но когда я пришла в кабинет, я увидела, как он разговаривает со своими растениями. Он был так нежен с ними, словно они маленькие дети. Словно они его дети. Он аккуратно срезал сухие листочки, поливал.

Виктория слушала подругу и не могла поверить, что всегда серьезный и в меру строгий Хазани мог быть именно таким, каким его описывает Хатиже.

— Это была такая милая ситуация, что я не сдержалась и всхлипнула. Он вздрогнул и посмотрел на меня. Я ждала чего угодно, отработок, наказания, ждала, что он выгонит меня из кабинета. Но он подошел и взял меня за руку, предложив помочь ему пересадить цветы. В тот день я провела с ним целые сутки. Мы разговаривали, смеялись. В конце концов он меня поцеловал, но сразу же отстранился. Мое сердце пыталось вырваться из груди. Но я понимала, что студентка и преподаватель не могут быть вместе, тем более, если узнают, что у Хазани были отношения с несовершеннолетней, его могли осудить. Это ведь не этично с любой точки зрения. У простых людей за такое сажают в тюрьмы. Но мы рискнули. И знаешь, это было лучшее лето в моей жизни. А потом приехали новички.

— А они тут при чем? — не поняла Виктория.

— Лада влюбилась в Хазани. Она постоянно после уроков приходила к нему. А когда он сделал мне предложение, то за дверью что-то упало. Мы испугались, Хазани выглянул. Ваза, которая стоит напротив его кабинета была разбита, а за углом кто-то скрылся. После этого Лада стала еще чаще его шантажировать и в итоге он меня бросил. А вчера, когда я приходила за зельями в его кабинет, из его комнаты вышла она. В одном халате.

Виктория глубоко дышала, пытаясь переварить информацию, которую только что услышала от подруги. Значит все новенькие явно непростые люди. Лада шантажистка, Ратмир чуть не убил Викторию. Девушка даже на минуту забыла о своих переживаниях на этот счет. Неизвестно, о чем думают Лютомир и Рогнеда, которые встречались с Риоко и Оливером. Надо срочно их спасать.

— Тори, — продолжила говорить Хатиже, закончившая уже с обработкой ран. — Не говори никому, пожалуйста. Я просто не могу это все в себе держать. У меня нет друзей, а поделиться с кем-то хочется.

— О чем ты говоришь? Ты всегда можешь положиться на меня, ты всегда можешь обратиться ко мне или Риоко. Мы отвадим Ладу, а вместе с ней и Рогнеду с Лютомиром.

— А они тут при чем?

— Ну смотри, Лада постоянно шантажировала преподавателя, а Ратмир пытался меня убить. Остальные явно непросты, надо это выяснить.

Хатиже с удивлением посмотрела на подругу.

— Твои волосы стали ярче, — произнесла она, улыбнувшись.

— Что? — не поняла Виктория, с трудом поднялась и подошла к зеркалу.

И действительно, поникшие волосы девушки вновь приобрели рыжий цвет. Не такой яркий, какой был, но это уже движение вперед. Виктория улыбнулась своему отражению, а из глаз потекли слезы. Она удивлена, что такая незначительная мелочь, как волосы могут растрогать ее до слез. Хатиже попрощалась с подругой и ушла.

Рыжая еще раз взглянула на свое отражение и в итоге отправилась вновь в кровать. Что ей еще оставалось делать взаперти. Всего полдня, а она уже изводится. Но чтобы не думать об этом, девушка решила что-нибудь почитать. Как всегда, выбор пал на дневник Гарри Гудинни.

— Ничего, мы встретимся, это точно, — пробормотала она.

И только Виктория приготовилась к чтению, как в дверь снова постучали. В этот раз на пороге появился Хидеки. Тори поспешно отвела взгляд. В ее памяти возник тот самый вечер. После этого они не разговаривали толком.

— Привет, — тихо поздоровался Хидеки. — Ты как?

— Угадай, — огрызнулась Тори.

— Не обязательно так со мной разговаривать. Я тебе не чужой человек, особенно после… — начал говорить парень.

— Забудь об этом! Я понятия не имею, что тогда случилось и почему мы себя так повели. Это ненормально. Я встречают с Дженсеном, а ты… Не знаю, найди кого-то.

— Виктория, когда ты уже поймешь! — вдруг воскликнул Хидеки. — Я тебя люблю! Уже давно, с самой первой встречи, а ты со мной постоянно так жестоко поступаешь! С Дженсеном встречаешься. Да что у него такого есть, чего нет у меня. Он уже пришел тебя проведать?