Чтение онлайн

— Элафос — замечательный учитель, — прошептала Ниа.

— Он любить учиться, не учить. Но другой нет. Так он говорит, — улыбнулась девушка. — Пойдёмте, думаю, вы хотеть видеть эти люди, — сказала вдруг она.

Ниа поднялась и пошла за ней.

На пороге стояли пожилые мужчина и женщина. Их смуглые добрые лица напоминали печёные яблоки, а глаза — крупные блестящие ягоды чёрной рябины. Девушка назвала длинные имена, а потом шепнула на ухо Ниа:

— Это родители Тэроса.

Ниа поклонилась и пожала протянутые ей руки. Отец с матерью долго трясли её ладонь, повторяя слова благодарности.

— Не за что, не за что… — шептала Ниа, как будто это могло её оправдать.

Тут в комнату вошла маленькая сухонькая женщина в простом цветастом платье. Седеющие волосы были собраны в пучок, из которого постоянно выбивались пряди. Она смущённо смотрела на гостей.

— Это мама Элафоса.

Ниа показалось, словно кто-то надрезал её, хотелось упасть на колени перед этой женщиной и… Она не знала, просто не знала, что ей сказать… Вдруг вспомнился день, когда умер папа. Тогда она позвонила бабушке Ави. То мгновение — перед тем, как она сказала, — был самым страшным. Не дай бог снова пережить такое… «С ними должно быть всё в порядке! Лени обязательно поможет им!»

— Здравствуйте, — низко поклонившись, сказала она женщине, — ваш сын — замечательный человек! Для меня большая честь познакомиться с его матерью.

Женщина смущённо улыбнулась, а в глазах было счастье и тихая гордость.

— Ну, теперь все собрались! — закричал Анемос. — Давайте за стол!

Гости ели, произносили тосты и пили напиток со вкусом фруктов и пряностей. Анемос заставил Ниа перепробовать все блюда и несколько раз повторить их названия.

— Я могу выйти? — шёпотом спросила она у Антоса. — Хочу немного подышать свежим воздухом.

— Да, конечно, там… балкон.

Ниа улыбнулась: Антос так и не запомнил, что на первом этаже балконов не бывает. Выйдя на открытую террасу, она посмотрела наверх. Уже стемнело, и небо усыпали звёзды. Здесь они казались ярче.

— Вам больно.

Антос произнёс эту фразу так по-лабрийски, что у неё защемило сердце. Рядом стоял Анемос и смотрел на неё непривычно серьёзными глазами.

— Мне?.. Нет… просто… Я должна сказать… — голос стал тяжёлым. — В моей стране многое изменилось. Президент не хочет, чтобы в Лабрии находились иностранцы. Мой преподаватель арестован, его обвиняют в измене родины. Что с Элафосом и Тэросом, я не знаю.

— Арестован? — медленно повторил Анемос. — Потому что он помогать Элафос и Тэрос?

— Президент узнал, что профессор послал меня в Университет языков. Он думает, профессор просил меня передать кому-то важную информацию о Лабрии. Может быть, он не знает о Элафосе и Тэросе, может, Лени успела их спрятать… Я не… Вам нельзя ехать в Лабрию, никому нельзя! Простите, пожалуйста, простите меня! Я узнала слишком поздно.

Некоторое время братья молчали, потом Антос сказал тихо:

— Преподаватель нет вина. Вы всегда помогаете нам. Мы не можем прощать.

Ниа сжалась от боли. Она понимала, что в последней фразе Антос сделал ошибку, что он хотел сказать совсем другое, но эти слова были тем, что она сама думала о себе.

— Почему ваш президент делать так? — спросил Анемос.

— Не знаю. Может быть, он боится… Я должна сказать их родителям? — это было полуутверждение-полувопрос.

— Нет, — ответил Анемос. — Мы точно не знать. Не надо волновать они.

— Он прав, так легче, — прошептал младший брат.

— Вы приехать, чтобы сказать нам?

— Нет… я… Мне нужна помощь. Я понимаю, что после этого не имею права просить, но я прошу… прошу помочь мне!

— Что мы должен делать?

— Мне нужны… Антос, вы писали в рассказе о Матаре… Есть большие деревья, и сначала на них появляются цветы, а потом… белый ветер!

— Вам нужен белый ветер? — удивились братья.

— Да! Пожалуйста!

— А зачем?

— Просто так… — она замялась.

— Это нет проблема. У нас много белый ветер, — сказал Анемос, видя, что она не хочет говорить. — Завтра мы ходить собирать, и вы брать.

— Спасибо! Большое спасибо! — воскликнула она, прижав руки к груди.

— Не надо говорить так, — сказал Антос, — вы нам ничего не должны. Мы должны вам. Вы нет вина. Страна нет вина. Президент плохо.

— Нет, Антос, — покачала головой Ниа. — Один мой знакомый сказал: «Человек — часть страны». Если бы люди не верили президенту, он не смог бы сделать так. И я тоже… когда-то я тоже верила, что Лабрия — центр мира, а остальные страны… я просто не думала о них, о том, что они есть… Я тоже виновата. Но я очень благодарна, что, несмотря на это, вы согласились помочь мне.

— Вас мама зовёт! — раздался звонкий голос младшей сестры.

— Уже идём, — ответил Анемос. — Мы помогать вам, — сказал он Ниа и пошёл в комнату.

Ниа тоже пришлось вернуться к гостям. Её в сотый раз начали спрашивать, нравится ли ей Матар, матарцы, матарская еда. Ниа отвечала, что полюбила всё это, услышав рассказы своих студентов.

— А расскажите, пожалуйста, о вашей стране! Мы никогда не были в Лабрии, — попросил отец Тэроса.

Ниа опустила глаза. Она не знала, о какой Лабрии говорить: о той, в которой родилась и в которую верила, или о той, в которую превращалась её родина сейчас. О второй говорить было нельзя, но и о первой Ниа говорить не могла. Потому что вторая делала первую ложью.

— Наш преподаватель уже устал от вопросов! — сказал Анемос. — Кроме того, завтра она хотела принять участие в сборе белого ветра!

— Белого ветра? Правда?

Разговор перешёл на тему деревьев — национального символа Матара — и сбора урожая. Каждый гость рассказывал забавные истории из своей жизни, а Ниа делала вид, что смеётся. Решив, что застывшая улыбка означает попытку подавить зевоту, Лейла проводила её в спальню.

Ниа поспала несколько часов, потом встала, достала из сумки копию книги, словари и стала переводить. Когда пришла Лейла, Ниа сказала, что у неё много работы, она смогла взять только короткий отпуск и вечером должна уехать домой. Девушка расстроилась, она хотела побольше поговорить с учительницей из Лабрии.

— В следующий раз, — улыбнувшись, снова солгала Ниа. Она даже представить боялась, каким будет этот «следующий раз».

Позавтракав, Анемос, Антос и две старшие сестры пошли с Ниа собирать белый ветер. В Матаре это было настоящей церемонией. Ниа выдали специальную белую одежду с яркими вышитыми узорами и сачок с длинной ручкой. Она даже подумала сначала, что неправильно объяснила ребятам цель своего приезда и они ведут её ловить бабочек. Но оказалось, всё это использовалось специально для того, чтобы поймать белый ветер.