Чтение онлайн

электроэнергии.

Ирина Михайловна, придя в сознание, увидев лежавшего ря-

дом обнаженного, пахнувшего давлеными клопами Монзикова,

громко вскрикнула и упала в обморок, теперь уже надолго. За две-

рью стали прислушиваться к странным звукам, доносившимся из-за

входной двери.

Спустя 30-40 секунд возни в квартире раздалась оглушитель-

ная трель – звонили "морзянкой" настойчивые контролёры электро-

энергии.

"Надо этим козлам дать по рогам!" – неожиданно промелькну-

ла в голове Монзикова оригинальная мысль и адвокат, в чём мать

его родила, выскочил на лестницу к неистово звонившим в дверь

женщинам. Вся словесная пятисекундная перепалка, а именно 5 се-

кунд потребовалось беднягам для принятия единственно правиль-

ного решения – бежать прочь – закончилась тем, что каким-то об-

разом дверь закрылась. Монзиков стоял как и инженер Щукин из

"Двенадцати стульев" Ильфа и Петрова абсолютно голый в чужом

подъезде. Не долго думая, Монзиков стал настойчиво звонить сна-

чала в дверь Ирины Михайловны, а затем в соседние квартиры на

лестничной площадке.

Приехавший по вызову соседей через 30 минут наряд милиции

забрал бедолагу Монзикова и 14 (!) свидетелей-потерпевших от ди-

ких выкриков голого мужчины в ближайший отдел милиции, на

"территории" которого находился Александр Васильевич. В маши-

ну посадили только Монзикова и двух старушек, остальные в со-

провождении двух милиционеров проследовали пешком в отделе-

ние милиции.

Окончания этой забавной истории мне доподлинно неизвест-

но, т.к. Александр Васильевич ещё ни разу до конца ее не расска-

зал. Более того, когда он доходил до момента прибытия милиции, 149

его начинал раздирать жуткий кашель, из глаз фонтанировали слё-

зы. А когда он успокаивался, то ни под каким соусом он не желал

возвращаться к столь трудным и неприятным для него воспомина-

ниям.

Только точно известно, что Ирину Михайловну после этого он

потерял для себя раз и навсегда.

*****

В Меньково …

"Вода и солнце, день чудесный!

Давай нальём, мой друг прелестный,

В стакан прекрасного вина…

И выпьем залпом всё до дна!"

(В.Н. Кефиров,

из неопубликованного,

раннего)

–

Гога! Здорово! – Монзиков, пребывая в прострации, лежал на

кушетке в трусах, рубашке и галстуке, зажав в левой руке телефон-

ную трубку, а в правой – папиросный окурок. Он никак не мог ре-

шить: идти ему в пятницу на работу, в коллегию, или поехать на

природу с Ляховым?

–

Саня, ты? – Игорь Семёнович явно не ожидал телефонного

звонка в 6 часов утра.

–

Слушай, а давай махнём в Меньково. Возьмем чего-нибудь с

собой и отдохнём? Догнал, а?

–

Понимаешь, мне надо сегодня на работе показать шефу…

–

А я тебе повесточку дам. Понимаешь мою мысль, а? – Мон-

зиков при этом попытался выдавить у себя прыщик под лопаткой.

Погасший окурок он прицельно бросил в полуоткрытую форточку.

Когда дело было сделано, то лицо Александра Васильевича озарила

лучезарная улыбка. Оба пальца его левой руки были в гное и крови

от только что выдавленного прыща. Правда, и на майке с рубашкой

от него также остался кровавый след. На душе было легко и радо-

стно.

–

Саня, я даже не знаю, как и быть? – Ляхов никак не мог при-

знаться своему другу в том, что у него просто не было на это денег.

– Да ладно тебе ломаться! Весь банкет - за мой счет, догнал, а?

– Монзиков теперь ковырял в носу, пытаясь его очистить от заско-

рузлых козявок. Когда нос был очищен, то встала задача – обо что

150

их вытереть? Решение было найдено моментально – о покрывало, на котором он возлежал.

– А на чем мы поедем? – Игорь Семёнович уже начинал при-

кидывать в уме всю процедуру междусобойчика.

– Слушай, я уже достал всё, что надо. Давай одевайся и через

час я буду у тебя.

Закончив телефонную побудку своего друга, Александр Ва-

сильевич с небывалой легкостью набрал следующий телефонный

номер.

– Здравствуйте! Будьте добры, э… – Монзиков вдруг забыл

имя и отчество своего клиента, - Витю! – Он точно помнил, что ди-

ректора мебельной фабрики звали Виктор, но вот какое у него было

отчество, он никак не мог вспомнить.

– Извините, пожалуйста, но Виктор Ефимович ещё спит, -

сонным голосом ответила супруга Хитрачёва.

– Это - Монзиков, адвокат!

– Ой, Александр Васильевич! Извините, пожалуйста, я Вас не

узнала. Сейчас даю трубочку мужу. – Витя, просыпайся скорее, Монзиков звонит!

– А? Что? – Хитрачёв, бывший гаишник, уволенный из орга-