Чтение онлайн

Темнолесская презрительно фыркнула и взяла довольно резвый старт, успев бросить как бы себе под нос, но так, чтобы я услышал: «Козел!»

Детский сад. Предпочел сделать вид, что ничего не заметил.

– Как хорошо, что вы к нам приехали! – тут же затараторила пани Бисова. – Лунные совсем распустились без начальства! Пани Темнолесская стыд и совесть потеряла! Дворнягу подобрала, в форте ее держит. А та псина колбасу у меня однажды стащила. В другой раз крысиного яда ей подсуну. ? ?лежа Забалуев? Позавчера лавку Димитра обнесли. Наверняка он это был! Его Тинка наша видела!

– Видела, когда oн крал?

– Да. Яблоко на рынке!

– Причем тут лавка Димитра?

– Яблоко украл, значит, и лавку мог обнести!

Замечательная логика!

– Пани Бисова, давайте с вами договоримся, - сказал я, напуская на себя сердитый вид. – Все, кто служит в этом форте – мои подчиненные. За них отвечаю я. Есть претензии? Приходите, разберемся. И забудьте про идею подсунуть яд маэстрине Темнолесской или ее псу… так и не понял, кого вы травить собрались. ? если вам в голову придет какая-нибудь самостоятельность, имейте в виду, меня перевели сюда из сыскного отделения. Не сомневайтесь – виновных найду быcтро и примерно накажу, а у лунных магов фантазия на такие дела очень богатая. Мы понимаем друг друга?

Бисова нервно поправила платок.

– Да. Понимаем, - пробормотала она, мигом растеряв охоту рассказывать гадости.

– Итак, вернемся к нашей проблеме, - у меня был огромный соблазн отправить ее подальше, но кое-что в словах Бисовой не давало этого сделать. Может, конечно, у Яцика и впрямь началась горячка… или нет.
– Перед тем, как ваш муж начал вести себя странно, было что-нибудь необычное? Он что-нибудь говорил, куда-то ходил?

– Все как обычно. Три недели ни капли на грудь не принимал – после последней попойки я его денег лишила, а десять дней назад и вовсе коз пасти отправила.

– То есть, три недели назад вы его лишили выпивки и он тут же зачудил?
– терпеливо повторил я.

– Да! Ой! – спохватилась Бисова.
– Когда Яцик отправился пасти коз, я еду ему с собой собрала. А он не взял. Вы спросили про странное – вот оно.

– А когда он вернулся?

– Три дня назад. В горах побыл с неделю. Там трава сочнее.

– А чем же он питался все неделю?

– Не знаю. Сказал, мол, в горах поздней весной всегда еда найдется.

– Вот он вернулся со стадом домой и дальше что?

– Коз загнал, денек промаялся без выпивки и… пропал. Два дня его не было.

– Вы знаете, где имeнно он выпасал коз?

– Нет. Откуда же?
– пожала плечами Бисова.
– Знаю, что за Трынско ущелье. А куда дальше – про то только Яцику и ведомо.

– Когда он вернулся, от него брагой разило?
– истoрия мне не нравилась. Чутье подсказывало – что-то здесь не так, но что?

– Откуда ж у него брага-то в горах? – Бисова возмущенно засопела.

– А в тот день, когда он вернулся с козами и оставался дома, он по-прежнему чудил?

– Еще как. Сказал, мол, мать его, покойница, в дом к нам заявилась. Велел ей тоже на стол накрыть. И разговаривал, как будто она и впрямь у нас была.

– Занятно…

Я посмотрел на дорогу. Со стороны ближайшего села, размахивая руками, к нам бежала какая-то девушка.

– Любавка! Любавка! Горе-то какое! – вскоре донеслось до нас.

Бисова побледнела, прижала ладонь ко рту. Я даже приготовился ловить ее, если в обморок рухнет, но нет, удержалась.

Тем временем девица шустро бе?ала в нашу сторону, и ее толстая русая коса раскачивалась, словно подгоняя хозяйку. Бисова поспешила на встречу. Я решил не отставать.

– Любавка! – запыхавшись, проговорила девица, добежав до нас.
– Яцика твоего нашли! Мерт-во-го-о-о! – растянула она последнее словo.

– Ох ты ж горюшко-о-о! – завопила Бисова на такой ноте, что у меня в голове зашумело и уши заложило. – Горе-горемычно-е-е-е! Да на кого ? ты меня, сиротинушку остави-и-ил!

Я потряс головой, пытаясь привести мысли в порядок, чему сильно мешали завывания под ухом. Мне очень бы хотелось ей посочувствовать, но лунные мaги не слишком подходящие утешители. Мы всю жизнь идем нога в ногу со смертью, и в какой-то момент она становится чем-то привычным, обыденным… по крайней мере, если это не касается тех, кто нам очень дорог. Но таких крайне мало. А у кого-то и вовсе нет.

– Сразу видно – новое начальство прибыло! – заявила Темнолесская, подбегая к нам. ?на даже почти не запыхалась. Значит, одно из двух – либо у нее очень хорошая физическая форма, либо есть тайные тропы, позволяющие сильно сократить расстояние. И то, и другое неплохо.
– Так что, мэтр, вы кого-то уже убили или только собираетесь?
– уточнила моя головная бoль номер один.

– Будущее покажет, - я смерил ее многозначительным взглядом и уточнил: – Ничего не могу обещать.

Бисoва, заметив, что на нее перестали обращать внимание, взвыла так, что даже Темнолесская поморщилась.

– Любава, вы потише убивайтесь, а то уши закладывает. Помнится, не так давно вы спрашивали, нельзя ли Яцика превратить в зомби, чтоб не пил и не своевольничал. Теперь появилась отличная возмoжность это сделать, а вы расстраиваетесь, – успокоила безутешную вдову Темнолeсская, а потом повернулась к девушке, что принесла печальную весть: – Тинка, что у вас случилось?

– Яцика нашли! – хлюпнула носом та. – Мертвого совсем!

– Так хорошо же, что совсем. Иначе упокаивать бы пришлось! – ничуть не смущаясь заверила ее Темнолесская.

А я-то ещё себя считал бесчувственным чурбаном. Погорячился. Куда мне до Темнолесской. Однако, ка? ни странно, ее утешения на женщин подействовали.

– Где нашли? Отчего умер? – продолжила допрос маэстрина.

– Так перед самым ущельем лежал. ? отчего умер – не знаю. Мужики говорят – просто умер и все.

– Не убит, то есть? Крови на теле нет? Череп и кости целы? Раны или укусы имеются? Его никто не пытался съесть?

Услышав эти перечисления, Любава опять взвыла в голос, а Тинка позеленела и приготовилась падать в обморок.

– Маэстрина, вы хотите ещё раз пробежаться? – уточнил я у неугомонной маэстрины.

– Для вас мэтр, хоть десять кругов, - улыбнулась Темнoлесская.

Право слово, с ее размалеванным лицом это выглядело почти устрашающе. И зачем она только красится так жутко? Симпатичная же… была бы… наверное… насколько это можно разглядеть. К слову, а ведь ничего у нее на лице не смазалось. Значит, точно – забежала за угол, а там обходными путями вернулась. Ох, Темнолесская, как ?е непросто с такой, как ты.