Чтение онлайн

А ведь он даже не рассказал худшего. Потерявшись в тягостных мыслях, Кэл не слышал зова Лии, пока она не остановилась прямо возле крыльца.

Индонезийка была молода, но темные глаза выдавали глубокие знания. И понимание. Лия держала в руках поднос с завтраком.

— Спасибо, — приняв еду, Кэл опустился обратно на крыльцо. — Я заплачу вам за все, что вы для нас сделали.

— В этом нет необходимости. Я сделаю все, чтобы помочь каламба.

Он подцепил вилкой кусок чего-то наподобие омлета. Кэл проголодался, однако очень сомневался, что сейчас будет в состоянии поесть.

— Думаю, вы помогли бы любому нуждающемуся, каламба или нет.

Женщина посмотрела в том направлении, куда убежала Мара.

— Она за вас волнуется.

Он положил вилку.

— Думаю, теперь уже нет.

— Она вас любит.

Слова Лии располосовали самое его сердце, и он глянул на нее.

— Нет.

Склонив голову набок, индонезийка прожигала Кэла пронизывающим взглядом темных глаз.

— Вы ее любите.

— Я никого не люблю, — тряхнул головой Кэл. — Просто не могу.

— Все мы нуждаемся в любви, — Лия одарила его маленькой улыбкой и ушла обратно к центру деревни.

Кэл съел столько, сколько удалось протолкнуть мимо стоящего в горле кома. Даже если он и желал всего, что имели другие, ему все равно никогда этого не получить. Кэл позволил себе попробовать Мару на вкус и нуждался в большем, но чтобы уберечь ее, должен был оттолкнуть.

И все же, ожидая ее возвращения, он мерил шагами хижину. Им нужно было разыскать Бэй с Шоном и посмотреть, удастся ли еще раз рискнуть спасти Кейт. Кэл поглядел на дверь. Возможно, Мара вообще не вернется, и он не мог ее винить.

Звук тормозящей машины вынудил Кэла выйти наружу. Оказавшись на улице, он увидел, как из потрепанной «тойоты» выходит Шон Арчер.

— Шон, — приблизился к нему Кэл. — Вы с Бэй в порядке?

— Прекрасно. Мы были далеко от места взрыва, и нас не задело, но потом вернулись. Бэй осталась наблюдать за всем, — Шон закатал рукава своей рубашки цвета хаки. — Она волнуется за вас с Марой. С вами все хорошо, ребята?

Нет, не хорошо. Кэл побывал на небесах, но был вынужден их покинуть. Он сомневался, что когда-нибудь снова почувствует себя хорошо. Воспоминания об одной рыжеволосой женщине будут преследовать его до конца дней.

— Все хорошо. Я был ранен, но уже оправился.

Со своей обычной проницательностью Шон осмотрел заживающие ожоги на груди Кэла и выгнул бровь, однако комментировать не стал.

— Как ты нас нашел? — спросил Кэл.

— Бэй вывела на разговор нескольких индонезиек. Мы выяснили, что один ответственный работник пропал с плантации вместе с грузовиком. Это и привело меня сюда. К счастью, рабочие не сильно разговорчивые, иначе люди Ливена уже бы вас нашли. Они обыскивают все деревни возле плантации, — Шон осмотрелся. — Где Мара?

— Решила пройтись. Я ее найду.

— После взрыва на плантации объявился Ливен собственной персоной. Он отсиживается в закрытом помещении. Нам нужно скорее действовать или мы потеряем женщину.

— Понял.

Кэл направился в ту сторону, куда ушла Мара. Он не нашел ни намека на ее присутствие, и ему стало нехорошо. Где она? Ему остро требовалось знать, что она в безопасности.

Он поспрашивал детей, не видел ли кто из них рыжеволосую женщину. Одна маленькая девочка подергала его за штанину и с робкой улыбкой указала на лес за границей деревни.

Подтолкнув детей возвратиться к игре, Кэл пошагал по протоптанной тропинке. Он нашел Мару сидящей возле огромной каменной статуи и подтянувшей колени к подбородку. Остановившись в нескольких шагах от нее, он поднял взгляд к древней святыне.

Памятник силе аномалий. Несомненно, им поклонялись, потому что они использовали свои дары во благо. А не для убийства.

— Нас нашел Шон, — Кэл спрятал руки в карманы. — Нам нужно уезжать.

— Я не знаю, что тебе сказать.

Он смотрел на нее, будучи не в силах этого не делать.

— Я не жду от тебя никаких слов.

Мара подняла взгляд. Изучила Кэла.

— Нет, не ждешь, не так ли? Одиночка Каллахан, отдающий приказы и знающий все о каждой аномалии в Приюте, не раскрывает своих секретов.

Приют стал для Кэла всем. Шансом искупить вину. Но глядя на Мару — его чаяния и желания в одном флаконе, искушавшем вне причин и голоса разума — и видя ужас в ее глазах, Каллахан убедился в том, что и без того знал.

Не будет никакого отпущения грехов. Темное прошлое навсегда в него въелось.

— Как ты мог это сделать? — ее хриплый шепот приникал в самую душу.

Кэл мог бы рассказать ей, что поначалу считал себя защитником своей страны, делающим благое дело.

Вот только никакие слова не изменили бы поступков, как не изменили бы того факта, что он наслаждался данной ему властью.

Только лишив жизни двух мальчиков, Кэл смог понять, в кого превращается.

Сказать было нечего, поэтому он молчал.

В порыве злости Мара вскочила и встала так близко, что соприкоснулась с ним пальцами ног.

— Я позволила тебе меня трогать. Я пустила тебя туда, куда никого никогда не пускала, — она стукнула его ладонями по груди. — Отвечай, будь ты проклят!

— Мне нечего сказать, чтобы тебе стало легче.

Мара понурила голову, а грудь ее часто вздымалась и опадала.

— Меня заставляли совершать ужасные поступки. Поначалу я отказывалась. В наказание меня пытали. Я продолжала сопротивляться, поэтому меня морили голодом. Я была не в себе, но помню каждую секунду причиненной боли и смерти, — у нее надломился голос. — Мне никогда не забыть того ужаса, Кэл.

— Я знаю, — и он на самом деле знал всеми фибрами своей почерневшей души.

Кэлу невыносимо хотелось прикоснуться к Маре, и он даже потянулся к ней, но его пальцы замерли в дюйме от ее щеки. Он уронил руку вдоль тела.

— Нам нужно идти. Шон считает, что Ливен перевезет Кейт в другое место.

Мара резко провела ладонью по лицу, стирая слезы, и кивнула.

— Нужно спасти ее, пока не стало слишком поздно.

Пока они шли обратно, она держалась от Кэла на расстоянии. Каждый разделявший их дюйм причинял боль. Направляясь к Шону, Кэл воспользовался своим старым приемом освобождения от эмоций. Ни о чем не размышлять. Сосредоточиться исключительно на предстоящей миссии.