Friede, friede! Тих и мирен вечер,Только слабо колокол дрожит!Божья весть о близком воскресеньиОт грозы насилий и обид.Friede, friede! С узкой колокольниКак молитва тихая парит;Сердце тихо празднует победуНад грозой насилий и обид.1899
24. Осеннее
Как ночь тиха, как ночь темна!Один прижавшийся к стеклуЛисток поблекший из окнаГлядит ко мне сквозь эту мглу.Глядит сквозь эту мглу с мольбойИ будит горькие мечты —Один листок, один живойСвидетель летней красоты.И говорит он: «Ночь темна,Грустна безмесячная ночь,Кругом глухая тишина…О, не гони меня ты прочь!О, не гони, не презирайМоей унылой желтизны:Я – мертвый лес, поблекший рай,Могила песен и весны!Я – память счастья и тревог,Лесов живых, живых небес,Последний трепетный листокИз книги света и чудес.Когда же грубо ветер злойМеня в безмесячной тениСомнет, сорвет перед тобой,Хоть раз, один хоть раз вздохни!»1899
25. Измена
От сонных берегов, где в ласковом покоеВолны безропотной затишье голубое,От узкой заводи, где на заре едваПлескалась под веслом глубокая трава,И в раннем лепете приветливой наядыДуше мечталися бесценные награды, —Прости, любимая! – я порываюсь вдальЗа черный гребень гор, где гневно блещет сталь,И в смертных прихотях, и в долгих воплях бояХочу испить до дна призванье роковое.1899
26. Март
Там, далеко на горах,И в лощинках, и в долках,Как зимы последний грех,Тихо тает грязный снег.И просторна, и пестраПробужденная гора.Выше, выше – там путиЧеловеку не найти:Словно горы – облака,И тропинка далека,По которой мимо кручК нам нисходит тонкий луч.1899
27. Петух
Когда еще недвижны водыИ даль морозная глуха,Мне веет радостью свободыВеселый голос петуха.Легко пронзая мглу ночнуюПризывом звонким и простым,Он шлет улыбку золотуюМечтам рассеянным моим.Он бодро требует ответаСвоей трубе, и слышен в нейМне праздник зелени и светаВ родном саду в тени ветвей, —Где по дорожкам солнце бродит,Где речка сонная тиха,И по заре свежей доходитВеселый голос петуха.1899
28. Фрейбург (Картина Мюнье)
С уступа плющ сползал широкими извивами,Внизу белела древняя стена,И песня рыбака дрожала переливами,И голубела сонная волна.И сердце родину любило молчаливую,И блеск реки, и колокол вдали,И меж лесистых скал тропинку прихотливуюКуда-то ввысь от долов, от земли.Над светлой тишиной, над мирными долинамиПоследний раз хотелося вздохнуть,И унестись навек за теми исполинамиВ сияющий и бесконечный путь.1899
29. Актэон
Лишь на мгновенье узрел красоту без покровов,Только мгновенье пред ним в наготе непорочной,Бледная, звездного неба стояла царица…Темная гибель висит над безумцем счастливым…Ты ль Актэоновой участи, страстное сердце,Ищешь – зажечься на миг и навеки погаснуть?..1899
30. «Чужая гавань и люди чужие…»
Чуждая гавань и люди чужие, и яркое небоСловно чужое. Глядишь – верить не смеешь очам.Улицы – моря шумней, и в пламени воздух, и пышноЗолото страстных лучей сыплет чарующий день.Клетка открылась – беги!.. Но что же ты смотришь, волнуясь,Будто в смущеньи, назад, с палубы медля сойти?Иль запросилося сердце туда – в эту ширь голубую,Где неумолчной волны смутно качается зыбь?Там ли родное внятней мечте открывается зоркойВ светлой мелодии звезд, в важной гармонии вод?1899
31. Toscana
Полно, мой добрый хозяин! к чему в свой кубок глубокийЛьешь упоительных чар южного нектара мне?Верь мне, и самая Геба меня б опьянила не слаще,Чем этот воздух и зной, эта прозрачная даль,И на пороге твоем, меж роз и зелени, взоры,Полные солнца и мглы, дочери смуглой твоей.1899
32. Два века
Юноша, гнев свой смири! Оставь назиданья, о старец!Право, безумен, смешон ваш раздражительный спор.Сердца жар не тебе залить, беспощадная мудрость,Опыт медлительных лет, пепел потухших огней.Страстное чувство, не ты признаешь венец упоенийВ нежности тающих сил, в строгом сознаньи конца.1899
33. Статуя Минервы
Вот изваянье любимицы мудрого Зевса.Смотришь, как строгий резец в благородном усильи,Творческим духом провидя высокую тайну,Мрамору твердому предал божественный образ.Смотришь – и молишься чистому счастию знанья,Мысли кипящей и мудрости тихим вершинам.1899
34. В дальнюю чащу лесов
В дальнюю чащу лесов укройся, дрожащая нимфа.Слышишь, как рог заревел, как заливаются псы.Дерзкий пришелец в твое вторгается влажное царство…Где же твои соловьи? Где же молчанье твое?Треск и проклятья кругом, – и дикая жизнь торжествуетЗдесь, на могиле твоих тайных мечтаний и снов.1899
35. Сион
Мшистые камни… стена… то шепот, то стоны молитвы…Вы ли, гонимые, здесь бледной стеснились толпой?Мрачною верой горят, как факелы темные, взоры;Буря рыданий и слез к темному небу растет…«Боже! Мы – прах пред Твоей венчающей верных десницей.Боже! Открой нам, открой недостижимый Сион!»1899
36. Старый колокол
Грустно ты, колокол старый, на ветхой поник колокольне.Вижу: уж больше тебе дальний простор не будитьСветлым, как день, торжеством улетающих в небо хвалений,Строго протяжной волной долгих надгробных молитв.Позднего ль ветра крыло тебя торопливое тронет —Глухо последним «прости» скажется гулкая медь.1899