Чтение онлайн

— О чем ты? — решила я притвориться дурочкой.

— О тебе. Мне больше не следует думать, что тебе нравится быть со мной? Ты выбрала Каа, да? Я получаю отставку?

— Ли, ты не выносима! Тебе нужны какие-то гарантии? Слова? Я сижу с тобой в машине и целуюсь на глазах у всей конторы. Я выбрала Каа? Я не знаю. Я обещаю тебе сказать, если это случится.

Она улыбнулась. Хищница спряталась, затаилась на дне зрачков. Господи, как же я скажу ей, когда… Если! Если, а не когда! Все еще «если»!

— Приезжай за мной после работы, Ли. На байке. Покатаешь меня? — спросила я.

Она снова улыбнулась, улыбнулась, как обычно бывает в таких случаях. Победительно.

— Я приеду в шесть. До вечера?

— До вечера, — я целую ее сама, и на этот раз что-то происходит. Некий слабый сдвиг. Хорошо. Это даже хорошо.

Естественно после таких раскладов я ходила как в воду опущенная, а в коде моем творились невероятные глупости.

Я с трудом дотянула до вечера. Мне предстояло катание с Ли, а потом поездка на Посольскую с ключами в кармане. И это делало мой вторник невероятно кошмарным.

Ли, как и ожидалось, прибыла ровно тогда, когда я спустилась на крыльцо. Я надела шлем и мы поехали. Кайф от катания был изрядно подпорчен моими невеселыми мыслями. Так что через час я попросила ее вернуть меня на офисную парковку. Ли не подала виду, что ее это расстроило. Она покорно привезла меня. Я попрощалась и села за руль. Ли села на соседнее сиденье:

— Ты поцелуешь меня еще? Я вижу, ты не в себе, у тебя что-то происходит, и ты пытаешься отвлечься. Хочешь, я тебя отвлеку? Сделаю тебе хорошо? Я умею, ты знаешь, — и улыбка. Черт, вот теперь я погрузилась! Даже жаль, что я не могу поехать к ней.

— Я тебя поцелую. И поеду, потому что у меня еще есть дела, прости, — и я действительно ее поцеловала. Когда от этого поцелуя начала кружиться голова, задрожали колени и увлажнились соответствующие места, я оттолкнула ее и попрощалась. Ли вышла из машины, но судя по выражению ее лица, она узнала и поняла все, что хотела. Пусть. Разберемся после. Мне пора на Посольскую. Я поеду туда и приготовлю ужин. И включу телевизор и буду ждать. И если меня не стошнит, если я не сбегу, если я… То тогда я ему скажу. Что-нибудь скажу.

Реверс:

Влад Каминский подъехал к условленному месту. Дождь так и не начался. Ветер срывал куртку и трепал волосы. Влад вынул из внутреннего кармана резинку и собрал волосы в хвост. Подъехал “опель” и из него вышел Таир. Влад взглянул на часы. Насколько он знает этих троих, Марго явится через минуту.

И они вступят на опасную дорожку — будут говорить с нею о Ли. Все равно как если бы к Владу пришли и предложили помочь нейтрализовать Пашку или Кота. Есть только один шанс на успех этого разговора — однажды выболтанная Крисой правда. Если эта правда действительно существует, они узнают про Ли все, что им нужно. А может даже обретут союзника.

Влад закурил. Таир подошел и пожал протянутую Владом руку. Ветер завывал, швырялся листьями, сбивал с ног. Кабачок, в котором им предстоит их странное рандеву, весело помигивал огнями. Каминский услышал стрекот двигателя и обернулся. Рыжая Марго явилась. Понеслась!

Бабетта – причёска из длинных волос, при которой волосы укладываются в валик сзади и частично на макушке.

Баш – имеется в виду bash.im развлекательный Интернет-сайт, на котором публикуются присланные посетителями смешные, забавные фрагменты электронной переписки или произошедшие истории. Ресурс является одним из самых посещаемых юмористических ресурсов русскоязычного сегмента всемирной сети.

Джезва – другое название турка — сосуд для приготовления кофе по-турецки. Представляет собой толстостенный металлический ковш с длинной ручкой. Традиционная джезва изготавливается из кованой меди.

Глава 22.

Аверс:

Маргарита сняла шлем и увидела меня. И скривилась, как от зубной боли. И развернулась к музыканту:

— Какого хрена, Каа? Какого хрена, а?

— Марго, послушай, я не для этого здесь. — поспешил я ответить вместо него, —Я знаю, что это Ли. Все сделала Ли. И тебя заставила Ли. Я не в претензии, клянусь! Нам нужно поговорить. Пожалуйста!

Она посмотрела мне в глаза и кивнула:

— Хорошо. Но ты ничего не докажешь, если что. Ничего не докажешь, Таир. И… извини меня. Ты прав, я сделала это из-за Ли.

— Хватит, а? — перебил музыкант и кивнул на двери кафе, — пойдем, поговорим о деле.

Мы вошли, заняли столик в дальнем углу и заказали кофе. Мы с музыкантом сидели рядом, как два голубка, и пялились на Марго, как идиоты. Она видимо поняла, что мы сами не стартуем и решила нас подбодрить:

— Ну, и в чем ваша проблема, мальчики?

Красивая какая. Я невольно вспомнил, как она извивалась подо мной и вгоняла ногти в мои лопатки. Черт, я влип с ней в неприятности, но как же сладко было трахать ее, мать моя! Интересно, музыкант спал с ней? Больно легко она согласилась встретиться с ним.

Пока я думал все это, Каминский начал:

— Дело в Ли. Ты знаешь, что она за человек. Знаешь, как она опасна. И нам нужно чудо. Нечто, чего мы не знаем, а ты знаешь. Чего мы не можем, а ты можешь.

— Нихрена не поняла, Каа. Может, твой друг попробует объяснить? — она вложила в это «друг» такой подтекст, что я сразу перестал думать о ее сиськах. Черт, она не кошечка, отнюдь.

— Я попробую. Ты знаешь, кто такая Вероника Романова?

Марго вздернула бровь:

— Вероника? Новое увлечение Ли. Копия Крисы, прости меня, Каа. Во всяком случае, внешне, живьем я ее не встречала пока. А портретами завешаны все стены в доме Ли. И что?

— А то, что Ли подставила меня потому, что у меня с Вероникой кое-что есть, — музыкант как-то нехорошо улыбнулся при этих словах, будто знает что-то, чего я не знаю. А, ну да, он уверен, что у меня было, а у него есть. Ну, и черт с ним.

— Это в стиле Ли, я не удивлена. Но при чем тут Каа? — и Марго поглядела на него.

— У меня тоже. У меня кое-что есть с Вероникой.

Марго рассмеялась:

— Черт, жаль, что я не видела ее живьем! Надо познакомиться! Вот так девка, вот так штучка! Звездный Каа, сладкий Таирчик и железная Ли в погоне за одной и той же девчонкой! Это анекдот года, ей богу!

Мы с музыкантом очень постарались сдержаться. Я только прикусил губу, а он только свернул голову чайной ложке. А Маргарита осталась цела, как ни странно.