Чтение онлайн

Пожалуй, самым главным отличием религии от философии является понятие догмы. Догма – это положение веры, утвержденное церковью и объявленное неизменной и обязательной истиной, которая не может быть подвергнута сомнению или, не дай бог, критике. К догмам, например, относятся десять заповедей, которые Моисей получил на горе Синай и принес в наш грешный мир. Среди прочих девяти заповедей возьмем для примера ту, в которой осуждается убийство. Шестая заповедь «не убий» запрещает христианам отнимать чужую жизнь. Однако многие забывают о том, что сам Моисей имеет на руках своих кровь. Он, как известно из писаний, совершил убийство египетского надсмотрщика, после чего вынужден был бежать из Египта. Убийца, несущий заповедь «не убий»… Парадоксальное религиозное явление лишь на первый взгляд. Подобных парадоксов в любой религии, построенной на догматах, можно отыскать множество. Со временем в религиозной среде рано или поздно возникает необходимость в разделении на тех, для кого нарушение догм является допустимым, и всех остальных, кто должен слепо верить и следовать догмам церкви, не подвергая их сомнению. Те, кто не следует догмам, становятся грешниками и попадают после смерти в ад. Таков установленный порядок вещей во всех мировых религиях.

В зависимости от религии грехи и наказание за них в виде ада могут иметь некоторые принципиальные различия. Ад египтян, называемый Аменти, представляет собой пространство подземного мира, разделенное на четырнадцать зон. Умершего судят сорок два судьи, ожидающие каждого после смерти в зале «двойной справедливости». В момент взвешивания души на специальных весах присутствуют боги, которые исполняют в этом действе те или иные роли. Осирис, который восседает на троне с плетью и жезлом в своих руках, обвит погребальными повязками, как мумия, трон его находится в водах жизни, на поверхности которых плавают лотосы. Анубис с головой шакала и Хор с головой ястреба стоят по разным сторонам весов, на чаши которых перекладывается сердце умершего с одной стороны и перо правды – с другой. Бог Тот записывает на свитке приговор, и душа уходит в райские поля бога солнца Ра или же подвергается мучениям, которые, по представлениям египтян, не бывают вечными. Через очищение страданием душа со временем избавляется от грехов и может двигаться дальше по невидимой конвейерной ленте, беспрепятственно минуя подземный мир чудовищ.

У греков мир мертвых назывался Аидом, у римлян Орком. Древние порой даже строили храмы, посвященные этому мрачному месту. В Аиде было также отведено для грешников отдельное пространство, которое называлось Тартар и представляло собой мрачную бездну, охраняемую сторукими исполинами – детьми Урана и Геи. У скандинавов среди девяти разных миров адом является Хельхейм. В это холодное, темное, укрытое вечным туманом место попадают все умершие, за исключением героев, которые причисляются к эйнхериям и переходят в Валгаллу в том случае, если свою смерть они встретили, сумев удержать в руках оружие. Своеобразное представление о морали и доблести привело скандинавов к созданию догматов, превращающих отважных убийц в героев, для которых в небесном чертоге Асгарде уготовано место рядом с богами-асами.

Зороастрийцы тоже имели свой ад. Он назывался Дузаху. В этом аду было три ступени, соответствовавшие прижизненным порокам людей. К порокам Заратуштра относил дурные мысли, дурные слова и дурные деяния. Сердцем зороастрийского ада был Друджо Дмана, Дом лжи.

В исламе Джаханнам, у иудеев Гееном, многочисленные планеты ада в индуизме, китайский Диюй с его шестнадцатью залами наказаний – все это богатое разнообразие посмертных обителей грешных душ свойственно как для древнейших, так и для относительно молодых религий.

У буддистов отсутствует понятие греха и ада. Если уж ад и существует как наказание, то не в загробной жизни. Не исключая ценностей, проповедуемых всеми религиями, буддизм говорит о том, что мы сами любыми своими действиями создаем себе карму, которая не позволяет нам слиться с единым Абсолютом и приводит к тому, что мы рождаемся на земле в разных телах в бесконечных циклах сансары (что буквально переводится как «блуждания души»). Избежать перерождений можно лишь с помощью осознания иллюзорности этого мира, прекращения любой деятельности и отречения от результатов любых своих усилий. Философия подобных учений строится не на догматах, а на принятии своего уникального пути, каким бы странным он ни казался для окружающих. Этот путь основан на понятии дхармы и представляет собой необъяснимый универсальный закон бытия, стоящий над любыми человеческими законами.

Дхарма перекликается с конфуцианским философским понятием дао (дословно «путь»), которое не может быть выражено словами. Идущие по пути совершают поступки, создавая карму. Самые разумные, понимая иллюзорность бытия, стараются не использовать плоды своих действий и не привязываться к чему бы то ни было. Совершая убийство, буддийский философ делает это осознанно, забирая вместе с жизнью и карму того, кого он этой жизни лишил. В этом ракурсе убийство Моисеем надсмотрщика было с точки зрения религии грехом, а вот с точки зрения философии – поступком, совершенным осмысленно и без личной выгоды для себя, то есть действием «дхармическим». Поэтому Моисея можно смело считать религиозным деятелем, проповедующим ценности буддизма.

Учение буддизма родилось под влиянием индуизма и имеет с ним много общего. Индийское деление общества на касты в целом применимо и в условиях современного нам общества.

В социальной иерархии индусов служители религии – брахманы – находятся на самом верху. За ними идет каста воинов – кшатрии, им дозволено без ущерба для души совершать убийства, защищая религию. Торговцы и ремесленники – вайшьи – вовлечены в обустройство общественной жизни и берут на себя ответственность за обеспечение необходимыми благами цивилизации своего государства. Неприкасаемые – шудры – занимаются неквалифицированным трудом, который необходим в любом социуме. В соответствии с религиозными канонами, представитель одной касты не должен стремиться к выполнению чужой работы. Рождаясь в семье брахмана, ты должен выполнять обязанности брахмана, даже в том случае, если душа твоя лежит к торговле или боевому искусству.

Эта кастовая религиозная структура не раз нарушалась. Брахманы брали в руки оружие, а кшатрии выполняли роль проповедников. Одним из таких нарушителей являлся и принц Гаутама, кшатрия по рождению. Он покинул дворец отца и ушел в мир, неся новое учение, которое было выше любых религиозных канонов. Буддизм, проповедующий ненасилие, был создан воином-кшатрией.

«Кшатрия» в переводе с санскрита, древнейшего из дошедших до нас живых языков, означает «избавляющий от боли». Он имеет право участвовать только в религиозных битвах, отстаивая идеалы веры. При этом считается недостойным пользоваться боевыми трофеями в личных целях. Каждый бой для кшатрии – это акт служения идеалам. До Будды Гаутамы было еще несколько инкарнаций, то есть воплощений божественной сущности, и все эти перевоплощения сопровождались кровопролитными сражениями.

В ведической истории описана битва на Курукшетре, самая кровавая из всех известных человечеству. В схватке полегло около пяти миллионов воинов. Индийский князь Кришна перед этим историческим событием вел разговор с принцем Арджуной. Тот, являясь кшатрией, сомневался в необходимости столь масштабного кровопролития. Кришна сумел убедить Арджуну в том, что не стоит покрывать имя позором и необходимо, смиренно приняв свое предназначение, вступить в битву и убивать врагов, нарушивших принципы морали, чести и посягнувших на постулаты веры.

До этого другой кшатрия, принц Рама, который вел жизнь отшельника и брахмана, встал на путь защитника морали и повел войска на царство демонов Раваны.

Унгерн считает себя кшатрией. Он любит описывать свою родословную, состоящую из славных полководцев разных времен. Большевизм он считает религией Сатаны и, сражаясь с ним, следует установленной дхарме. Стоит признать и то, что личной выгоды для себя он при этом не ищет. Думаю, без натяжки его можно считать в равной мере и буддистом, и кшатрией.

– Расскажи об этом жертвам его казней, думаю, им от его буддизма не станет легче.

– С позиций религии, конечно, не станет, – согласился Рерих, – а с позиций философии от иллюзий этого мира Унгерн многих сумел избавить. Ты знаешь, что монголы считают его теперь на полном серьезе богом войны? Если это и не так, то очень близко к истине. Барон удивительно живуч, и удача ему покровительствует неким мистическим образом. Сам он тоже верит в свою исключительность и сакральную роль в грядущих событиях. У него в юрте постоянно сидит старый шаман, который пророчествует и совершает различные ритуалы. Наш генерал, похоже, не брезгует никакими методами, лишь бы расположить богов к своей персоне. Можно быть уверенным, что если в еврейский Гееном он по каким-то причинам не попадет, то его с радостью примут в скандинавской Валгалле.