Чтение онлайн

Гитара! Моя гитара, уже трижды утерянная за последнюю неделю!

В два прыжка я оказался возле друга и осмотрел чехол – это точно она. Забрал её из рук Барри и запихнул внутрь все бумаги, что лежали на столе и в столе японца. Обыскивать дальше времени уже не осталось, так как Иззи гневно таращилась на меня и встала одной ногой за порог железной двери.

Пока я закидывал гитару за плечи, Сноу нашел где-то в ящике тумбы огромную охапку денег, перевязанную резинкой.

Не сговариваясь, мы побежали в совершенно другом направлении, по другой части лабиринта. В первый раз с помощью Изабелл мы смогли оторваться от «Псов», но никто не утверждал, что нам удастся провернуть это дважды.

Я бежал последним и всё время подталкивал Барри вперед. Иногда мне даже приходилось забрасывать его руку себе на плечо и, не сбиваясь с темпа, тащить на себе его ослабшее тело – малая цена за его спасенье. Если бы он погиб до того, как пришла Иззи, я бы не видел смысла в дальнейшей жизни. Тогда бы я потерял всех, кроме неё, и…

Мне не хотелось думать об этом сейчас.

Я вновь тащил Сноу на себе. Гитара мешала нормально придерживать его, но зато придавала уверенности. Я подумал, что она бы могла неплохо сойти за щит. Ведь если бы мне стреляли в спину, то, возможно, она бы смогла снизить силу удара, и я бы отделался не такими глубокими ранениями, как предполагалось.

Изабелл неслась вдаль меж рядов горящих ламп. Бежала молча и не оглядывалась на нас. Когда она использовала свои странные способности, то почти ничего не видела вокруг себя. Могла пропустить мимо ушей фразу или даже кое-чего не увидеть. Можно сказать, она не видела ничего боковым зрением, зато внутренним она видела гораздо дальше, чем самый зоркий орел, будто бы она держала в голове карту подземелий и иногда сверялась с ней, вставая на развилках с закрытыми глазами.

Я видел, что силы покидали её на ходу. Санчес держалась из последних сил, стоически сносила приступы недомогания, но я всё замечал. Это было видно по её движениям, цвету кожи и усталым глазам, не говоря уже о постоянном кровотечении из носа. Иззи не могла бы стрелять, даже если бы держала в руке пистолет, у неё бы не получилось на этом сосредоточиться.

Счет шел на минуты. Мы бежали что есть сил. Я не слышал эха чужих шагов и удаленных выкриков, однако шестое чувство, внезапно развившееся за прошедший вечер, било тревогу. Что-то пошло не так. Коридоры сменялись слишком быстро, и они были пусты. Я вглядывался в каждый следующий проход, пытаясь увидеть внутри источник опасности, но ничего не получалось, Изабелл предпочитала не останавливаться.

Спустя несколько долгих минут, когда я почувствовал сильную боль в ногах (в раненой руке я чувствовал её постоянно), Иззи остановилась на широкой развилке четырех разных путей. В одном из них свет не горел, в другом он светил слишком ярко, а в третьем уходил куда-то вглубь.

Наши длинные тени падали на стены. Чтобы восстановить дыхание, мне пришлось оставить Барри без опоры. Он хуже нас двоих переносил гонки на дальние дистанции, и поэтому стоило мне от него отступить, как он тяжело припал к одной из стен, схватившись за грудь. Сноу начал жаловаться, что у него сильно колет сердце. Я не знал, какое из психотропных веществ дал ему Камуи. Я лишь ненавидел Цепного Пса и жалел, что убит он не моей рукой.

Только тихое журчание воды доносилось из глубин неизведанных туннелей.

Изабелл стояла с закрытыми глазами и будто не дышала, но я же почему-то не мог отдышаться, и с каждым новым вздохом паника впивалась в мой разум всё сильнее.

«Что-то не так. Что-то пошло не так. Уверен, что-то случилось», – твердил я сам себе, терзая душу.

Секунду-другую девушка стояла, потом шелохнулась и истошно завопила: «Уходим скорее!»

Она побежала в темный туннель. Я кинулся следом, слыша только стук сердца в ушах. По пути схватил Барри за руку, стараясь увести его в безопасную зону, но тут, как гром среди ясного неба, прозвучал выстрел.

Прямо в переносицу. Хедшот. Он умер ещё до того, как упал. Я держал Сноу за руку и чувствовал, как он, падая, тянет меня за собой, мертвой хваткой вцепившись в мою ладонь. Я видел, как угасает свет жизни в его широко раскрытых глазах. Видел в них сожаление, горечь, отчаяние, боль и печаль. Я смотрел, как он падает, видел кровь, потянувшуюся струйкой к губам и подбородку.

Внутри у меня что-то вновь обломилось в который раз за вечер. Переломилось на две части. Я сам захотел умереть. Я думал, что не успел многого сказать Барри и не поблагодарил его за то, что он взялся за мои проблемы и хотел их исправить. Забыл сказать ему простое «спасибо!» за доброту и заботу. Только когда его бездыханное тело с шумом упало на бетонную плиту, ко мне пришло осознание – я относился к нему как к родному брату, которого у меня никогда не было. Что он стал мне семьей, таким же родным человеком, как мать и отец.

Это перечеркнуло всё. Отчаяние поглотило меня. Я падал вместе с Барри, не удержав равновесия. Начал думать, что это конец, ощущал близость смерти, но потом услышал это… Крик баньши, предрекающий погибель. Голос существа, не знающего пощады. Изабелл.

Её крик оказался в тысячи раз хуже мерзкого писка. Он пробирал до костей, заставлял цепенеть и внушал животный ужас. Я упал на холодный пол, залитый кровью Сноу. Снова крик, более яростный, чем раньше. Его должны были услышать все. Каждый, кто находился в бомбоубежище. На каждом уровне и в каждой комнате. Её неестественно высокий голос рвал барабанные перепонки и убивал душу, вонзаясь в неё острыми когтями.

Вокруг нас потрескался бетон. Я оглох. Белый шум окутал мысли в голове, и всё поплыло перед глазами.

Лежа рядом с убитым Барри, я смог заметить, как в нашу сторону полетело ещё несколько пуль. Они были нацелены на меня и Изабелл, вставшую перед ярко освещенным туннелем – стреляли оттуда.

Опять жуткий крик. Взмах руки. Поток воздуха, колыхающийся подобно мутной воде, заставил пули разлететься в стороны, легко меняя их направление. Силуэты, что показались на фоне яркого света, также отлетели прочь. Глухота прошла, и я услышал их отчаянные вопли. Что-то стало происходить с откинутыми «Псами». Их колотило на полу как в припадке. Они корчились в муках и рвали на себе одежду, истязали себя всеми возможными способами.

Леденящие вопли заставили меня сесть на месте.

В этот момент Иззи оглянулась на меня, из носа текла кровь, также из глаз и рта, а вместо зрачков – чернота, пустота. Широко раскрытые глазницы словно затянуло матовой пленкой. Она улыбнулась мне. Фурия. Демон во плоти. Усмехнулась ликом существа, которого лишь забавляли чужие страдания. Я видел уже не Изабелл, а страшную демоническую тварь. Мгновение я сравнивал её с Велисаром, не зная, кто из них представляет большую угрозу для рода человеческого, но потом и заметить не успел, как её ноги подкосились, и девушка рухнула рядом с нами.

Я чудом успел поймать её. За короткую долю секунды она превратилась из дикого монстра в беззащитное существо, слабое и несчастное. Пленка больше не скрывала её глаз. Словно в бреду, в полуобморочном состоянии она глядела в темный потолок. Иззи ничего не понимала и, наверное, даже не догадывалась о своих разительных переменах. Я заставил её обратить на себя внимание, вытирая рукавом кровь с лица. Она слишком медленно соображала, что к чему. Почти не реагировала на прикосновения.

А «Псы» всё орали, пребывая в неизведанных муках. Что-то мне подсказывало, что на их голоса через минуту-другую сбегутся их товарищи. Я не стал медлить. Поднял Иззи на ноги и повел её куда глаза глядели, а именно в темноту левого коридора. Я мог только поблагодарить высшие силы, что девушку не пришлось тащить на руках. Она и так прекрасно держалась на своих двоих, хоть ещё и не пришла в себя полностью.