Чтение онлайн

– Нет, не называла, - со вздохом сказала она.

– И даже не описывала? – спросил Никита, и тут же получил отрицательный ответ.

– Нет, ребята, - со вздохом проговорила женщина, - никаких подробностей она мне говорила... Что ж мне теперь делать-то? Одна Вероника у меня осталась, да и та в Петербурге... – и Сергей с Никитой переглянулись.

Попрощавшись с Антониной Дмитриевной, они вышли на улицу, и Никита тут же озвучил посетившую его мысль.

– Похоже, пора напомнить Юлию про Петербург, - медленно сказал он.

– Или ехать самим, - с ухмылкой произнёс Сергей.

– Ты как себе это представляешь? – ошеломлённо спросил Никита, - хотя... – и он задумался.

– Что? – посмотрел на него Сергей.

– Да можно отпроситься к тёте Соне, - сказал Никита, - она не вредная, по музеям нас таскать не станет и докучать своим присутствием тоже. Мы с тобой прогуляемся до школы, в которой учился Туманский, побеседуем с учителями...

– Да, идея, - обрадованно кивнул Сергей, - твоя тётя Соня, кажется, мировая тётка, - припомнил он.

– Да, она классная, - согласился Никита.

Софья Васильевна была родной сестрой его матери, она вышла замуж за коренного петербуржца, овдовела и по-прежнему живёт в Питере.

На том ребята и решили – как Юлий даст знать, что там известно о Туманском, они рванут в Петербург, но для начала надо было уговорить родителей отпустить их в город на Неве.

Но, как оказалось, их опасения были пустыми – родители совсем не препятствовали тому, чтобы мальчики съездили в Петербург.

Все волнения Сергея оказались бессмысленными, Степан Сергеевич даже обрадовался, услышав, что сын хочет прокатиться в другой город.

– Ты уверен? – осторожно спросила Регина Романовна, - мало ли что их может поджидать в другом городе? Тем более, таком, как Петербург!

– Город, как город, - пожал плечами Степан Сергеевич, - между прочим, очень красивый город. Я там был, есть, что посмотреть. Правда, сейчас там, скорее всего, метели похуже наших, но если мальчики хотят...

– Конечно, хотим, - закивал Сергей, - мы хотим погулять по городу...

Ребят отпустили без сучка и задоринки, Степан Сергеевич съездил за билетами, Николай Филиппович позвонил своей сестре, которая только обрадовалась, узнав, что племянник вместе с другом приедет к ней на зимние каникулы.

Высокие остроконечные ели мелькали в окне машины, которую уверенно вела Алиса. Они заехали за Надеждой и Лизой, и теперь мчались в Подмосковье, в место назначения.

Матильда проспала недолго, болтовня матери с подружками разбудила её, и теперь девушка изучала проносившиеся мимо пейзажи.

– А что это за деревня? – спросила девушка у матери.

– Какая-то деревня... – неопределённо ответила Светлана Эдуардовна, - честно говоря, я и сама не знаю... Алис... – позвала она.

– Деревня Туманово, - ответила та, - очень красивая, колоритная деревушка, и там даже достопримечательность есть.

– Достопримечательность? – удивилась Матильда, - какая?

– Старая усадьба, - улыбнулась Светлана Эдуардовна.

– Кстати, Света, - весело воскликнула Алиса, - эта усадьба почему-то твоего мужа заинтересовала. Он мне звонил, спрашивал про неё.

– И? – спросила Светлана Эдуардовна.

– Не знаю... – неопределённо ответила подруга, - спрашивал про её расположение, что мне известно... Вот и всё.

– Он мне ничего не говорил, - задумалась Светлана Эдуардовна, - спрошу, когда прилетит из Норвегии.

Деревня и в самом деле оказалась потрясающей.

Сплошь лес, небольшие уютные домики, укрытые снегом и высоченные сугробы возле домов. А снег сыпал и сыпал, укрыв всё вокруг снежной пеленой. Алиса затормозила, и они вышли из «Вольво».

Вид был, словно сказочный, и Матильда невольно остановилась, залюбовавшись снежной красотой.

– Сказка, - негромко сказала она, и Светлана Эдуардовна улыбнулась.

– Да, очень красиво, - согласилась она, вынимая из багажника сумки с вещами, - слушай, дочка, ты взяла с собой какую-нибудь куртку? – и она выразительно взглянула на длинное белое кожаное пальто дочери.

– Взяла, - кивнула Матильда, - папа мне напомнил про лыжи.

Алиса сняла комнаты в огромном доме на окраине, который принадлежал семейной паре. Мужчина и женщина лет пятидесяти уже поджидали их, и тот час вышли во двор, накинув на плечи пальто.

– Ой, сколько вас, - растерянно проговорила женщина, - но у нас всего две свободные комнаты, я же говорила. С кем я разговаривала?

– Со мной, - шагнула к ней Алиса, - не переживайте, мы прекрасно устроимся по двое и трое в спальне. Тем более, вы сказали, что у вас печка есть! Я хочу поспать на печке!

– Это запросто, - кивнула хозяйка дома, - тогда проходите. Меня зовут Людмила Григорьевна, а это муж мой Василий Петрович.

– Я Алиса, я говорила вам, а это, - она кивнула на остальных, - Надя, это Лиза, а это Света с дочкой Матильдой.

– Какое интересное имя, - проговорила Людмила Григорьевна, и поёжилась, - пойдёмте скорее, что ж тут стынуть-то.

Алиса с Надеждой и Лизаветой устроились втроём в одной спальне, а Матильду с матерью отправили во вторую.

– Олег ведь должен подъехать, - мотивировала такой план Алиса, - вот и устроитесь тут втроём, а у меня печка!

– Что тебя заклинило на этой печке? – удивлённо спросила Светлана Эдуардовна, - с неё ведь упасть можно!

– Ты хоть раз в жизни настоящую русскую печь видела? – со смехом воскликнула Алиса, - чувствуется, только по телевизору...

– Который транслировал в Лондоне русские передачи! – хохотнула Надежда, и, показав язык, скрылась в своей комнате.

– Ну, я тебе задам! – весело крикнула ей вслед Светлана Эдуардовна, а потом повернулась к Алисе, - не утрируй! Видела я печи...

– По телевизору, - скривила губы Алиса, - а я с детства печи люблю, у бабушки в деревне постоянно на печи спала. Очень тепло и уютно. Если интересно, можешь сама забраться, с вашей стороны тоже печь есть! Нашла, о чём спорить!

Быстро разобрав вещи, они вытащили лыжи и уже собрались, было, отправиться кататься, но были остановлены хозяевами дома.

– Вы что же, одни пойдёте кататься? – спросила их Людмила Григорьевна, - даже не вздумайте! – и Матильда удивилась.

– Почему? – спросила девушка.

– Заблудитесь, - уверенно сказала женщина, - у нас тут леса дремучие. Варвара! Алёна! – и к ним прибежали две хорошенькие девочки.

Обе светловолосые и голубоглазые, одна была одного возраста с Матильдой, а другая постарше, лет шестнадцати.