Чтение онлайн

Пока меня вдруг не наклоняют жестко обратно к члену, заставив вобрать в рот целиком, и толкаясь туда мощными ударами. Палец Миши все еще толкается в мое анальное отверстие. Мы оба понимаем, что пришло время.

Семя выстреливает мне в рот, жадно глотаю его, облизываю член, до последней капли высасывая.

Потом Михаил притягивает меня к себе. Какое-то время лежим обнявшись, любимый гладит меня по голове. Но чувствую, что мы еще не насытились друг другом.

Его руки по-прежнему властно сжимают мои ягодицы.

– Я с ума по тебе схожу, малышка. Ты въелась мне под кожу. Как же хочу тебя… снова. Я должен попасть туда, куда еще не входил. Ты мне позволишь трахнуть эту сладкую попочку? – давление на ягодицы усиливается. – Как же давно я об этом мечтаю, - шепчет хриплым голосом мне на ухо.

– Позволю, - выдыхаю, приказывая себе не бояться.

– Ложись на живот и разведи ноги.

Делаю что он велит, чувствую себя растерянной и беспомощной.

– Я войду в тебя так глубоко, что ты ощутишь меня в животе.

Дрожу всем телом. Кожа покрывается мурашками.

Миша встает и уходит, оставив меня наедине со страхом неизвестности. Но быстро возвращается. На анальное отверстие начинает капать смазка.

– Разведи шире.

Еще смазка. Пальцы. Круговые движения. Как массаж. Через несколько секунд в меня входит палец, затем второй.

Издаю тихий стон, чувствую дискомфорт и жжение.

– Я не буду торопиться, не бойся.

Пальцы покидают меня, затем проникают снова, очень медленно, ласково. Движения очень осторожны, неторопливы. Это продолжается долго. Миша терпелив и уверен в себе, и это передается, успокаивает.

– Больше не могу терпеть, или крышу сорвет. Ты меня лишаешь разума, детка. Ты должна расслабиться и тогда все получится. Я постараюсь делать это медленно.

Михаил убирает пальцы, добавляет смазки, распределяет ее вокруг и внутри анального отверстия. И вот чувствую, как в мой анус упирается головка члена. Тело противится, инстинктивно не желая впускать в себя.

Михаил издает глухое рычание, я вздрагиваю.

– Впусти меня, малыш. Расслабься. Дыши глубоко.

Стараюсь выполнить то что он говорит. Вскрикиваю, чувствуя нарастающее давление. Стискиваю зубы от боли. Миша продолжает входить в мою попу, пока тело не поддается.

– Умница. Давай, малышка, - стонет, в его голосе мука.

– Нет, умоляю, нет…

Боль такая, что не выдержать, я уже по-настоящему кричу.

Миша подается назад, освобождая меня от давления. Чувствую громадное облегчение. Увы, он начинает снова. Входит медленно, но неумолимо, и очень глубоко.

– Че-ерт, я в тебе детка. По самые яйца в тебе, крошка, - дрожащим от напряжения голосом стонет Миша.
– Помогай, иначе у нас ничего не получится.

Снова медленно извлекает член, заставляя вздрагивать. Почти целиком выходит и снова толчок вперед. Крик, сбитое дыхание, слезы. Шумно дышу ртом, пытаясь терпеть боль. Она невыносима.

– Я знаю, что нужно, малышка, чтобы все получилось.

Раздается жужжание. Вибратор мне подарил Миша недавно. Размером этот агрегат чуть больше Мишиного члена. То, что умеет вытворять эта машинка, если ее просто приставить к клитору - запредельно.

Миша вводит жужжащий вибратор во влагалище. Он прижимается к клитору. Миша толкается вперед. Меня пронизывает… боль. Но сладкая, настолько пронзительная, что теперь изо рта рвутся стоны кайфа.

– Миша… Миша…

– Так хорошо, малыш?

– О да… Не останавливайся. Трахай меня.

Вибратор как анестезия. Во мне снова два члена. Раздирают, трахают, и ласкают так, что мозг плавится.

– Не… останавливайся, - выдыхаю коротко.

Боль. Наслаждение. Возбуждение.

Толчки усиливаются. Ляжки бьют по моим ягодицам. Миша вдруг приподнимает их, вибратор сдвигается с клитора и меня прошивает боль…

Я замираю, дергаюсь. Миша возвращает вибратор в ту точку, которая дает анестезию. Тело прошивает сладкая судорога. И я издаю стон удовлетворения и благодарности.

Миша наращивает темп, тараня меня, пронзая, колотя. Впивается зубами в мое плечо. Это последняя капля. Мое тело пронзает судорога кайфа, невероятного, сильнейшего. Меня так выкручивает, даже вибратор вылетает. Спазмы, звезды перед глазами. Словно кубарем лечу в пропасть.

Одновременно чувствую мощную струю пущенную в анальное отверстие. Толчки еще сильнее, наполнение максимальное. Через мгновение изможденный Миша падает на меня.

Стоит отступить оргазму красное марево боли возвращается. Подаюсь вперед и член, мучивший меня так долго, бесконечно долго, выскакивает из меня.

Сперма теплой липкой струйкой течет между ног.

– Прости меня, - шепчет Михаил с грустью. – Знаю, было больно.

– Это было… невероятно. Но пока я не знаю, захочу ли пережить такое снова.

Миша целует меня в плечо, уходит. Кажется, я проваливаюсь в короткое то ли забытье, то ли обморок.

– Милая… Я налил ванну.

Миша берет меня на руки, относит в горячую пенную воду. Залезает со мной. Он невыразимо нежен и долго ласкает, гладит мое измученное тело.

– Какая ты красивая, - шепчет он.
– Моя. Ты моя, Алиса. Ты принадлежишь мне и только мне.

Две недели спустя

Открываю глаза, меня ослепляет яркий солнечный свет. Настроение отвратительное. Любимый уезжает в командировку. Наша первая разлука, и она меня убивает. За это время привыкла, что мы все время вместе. Сначала Михаил ушел из школы, и хотя мы не часто пересекались во время рабочего дня, но я чувствовала его присутствие. Теперь Миша каждый вечер приезжает за мной. А место директора занимает Олег Дмитриевич, который, к слову, смотрит на наш роман с недовольством.

Миша, чувствуя мою напряженность, хотя я никогда не жаловалась на «новое» начальство, несколько раз предлагал мне перейти в другую школу. Но я отказывалась. Я всю жизнь бежала как трусливая мышь, всего боялась. Хотела впервые в жизни не бояться, быть сильной. Быть достойной своего смелого, потрясающего мужчины. Но вот к его отъезду оказалась не готова. Мне страшно, держусь с трудом, чтобы не разреветься…

– Точно все в порядке малышка? – ласково спрашивает Миша.

– Да не волнуйся…