Чтение онлайн

– Это твое, забери, пожалуйста.

Иногда вполне обыденные слова приводят к страшным последствиям… Лорд Тьер в мгновение вспыхнул огнем! Весь! В тот же миг пламя, ведущее в академию, угасло, а затем я услышала рев:

– ЧТО?!!

Вздрогнув всем телом, я не успела ответить – пылающий огнем магистр стремительно развернулся и в два шага оказался возле меня.

– Не… – моя попытка объяснить ситуацию была задушена на корню.

Поцелуй, властный, сильный, наполненный какой-то злой решимостью, почти болезненный, но у меня не было даже шанса вырваться, и мы горели в огне вдвоем. Буквально. Языки пламени обжигали лишь немногим больше прикосновений Риана, и огонь ревел все сильнее, как голодное пламя лесного пожара… Я кожей ощущала, как тлеет одежда, я задыхалась от невозможности сделать вдох, я…

– Хватит, – взмолилась, едва он прервал жестокий поцелуй, – хватит, пожалуйста, лорд-директор, вы…

– Кто? – хрип.

И пламя взревело втрое сильнее, а магистр сжал волосы, вынудив меня запрокинуть голову, и забыл обо всех своих обещаниях напрочь.

– Риан!

Голос свекромонстра перекрыл рев пламени, мое отчаянное мычание и тяжелое дыхание обезумевшего магистра. И пламя мгновенно угасло, лорд Тьер приподнялся на локтях, очень недобро и в то же время настороженно глядя на дверь, в которую настойчиво постучали, а после леди Тьер произнесла:

– Риан, я не знаю, что там у тебя происходит, но кошак Дэи орет не своим голосом, а ты его в мой дом забросил. И теперь либо ты мне ответишь хоть что-то, либо я предприму еще одну попытку сломать защиту на этой проклятой Бездной двери, а если не выйдет, я не гордая, вызову твоего отца!

Яростный рык и хриплое:

– Все замечательно!

Замечательно не было. Все было плохо. Очень, очень, очень плохо. У меня горела вся кожа, и непонятно, от чего больше, от новой порции чрезмерно страстных поцелуев или от ожогов… Так что замечательно совсем не было, было очень страшно и кричать при этом никакой возможности.

– Та-а-ак, – протянул за дверью свекромонстр, – а… Дэя с тобой?

Начинаю любить свекровь!

– У нас все хорошо! – прорычал магистр.

Я молчала, жаловаться было стыдно.

– Да-а-а? – издевательски протянула леди Тьер. – Риан, наверное, не совсем удобно сейчас заводить этот разговор, но, видишь ли, так как в тебе есть огненная кровь императоров, в момент, когда охватывает страсть, ты, вполне вероятно, можешь гореть. В прямом смысле. Понимаю, что ранее с женщинами у тебя такой проблемы не возникало, но Дэя несколько иной случай. И еще, сынок, твое пламя страсти, если его не разделяют на двоих, может больно обжечь. Так что начни головой думать! – и вот после этого послышался стук удаляющихся каблучков и прощальное: – Осторожнее с огнем, – детки.

Магистр отпрянул от меня в то же мгновение. Вскочил, замер, глядя на сотворенное и словно не веря в то, что это сделал он. Ему проще, а мне было плохо, как никогда в жизни. А вокруг дымилась тлеющая кровать, ковер, свалившаяся обгорелыми лохмотьями одежда.

– Дэя, – тихий, полный сожаления стон.

– Я просто свитер вернуть хотела, – от осознания несправедливости случившегося по щекам потекли слезы, – а вы…

Вспыхнуло адово пламя.

Когда огненные всполохи угасли, я осталась одна посреди всего этого ужаса. Слезы текли не переставая, все тело горело и пекло, на руках волдыри просто огромные… Зачем мне такая любовь? Зачем? Я прошу остановиться – он не слышит. Я говорю – он не понимает. Он говорит – я его не понимаю. Он привык, что ему подчиняются, а я устала постоянно повиноваться семье, родственникам, да вообще всем! Просто устала…

Вновь вспыхнул огонь.

Когда из пламени шагнул магистр, я вытерла слезы и, прикрывшись полуистлевшей простыней, слезла с противоположной от Риана стороны кровати.

– Дэя, – он стремительно обошел кровать, – Дэя, я…

– Просто не подходите ко мне, пожалуйста. – Я не кричала, но была на грани этого. – Я вас очень прошу, пожалуйста, и не трогайте меня больше.

Лорд Тьер протянутую ко мне руку опустил, но не отошел.

– Дэя, – то, что он раскаивается, было видно, вот только мне от этого не легче, – Дэя, прошу тебя…

И все, я начала плакать снова, не сдержав и горьких слов:

– Я вас просила… я пыталась вырваться изо всех сил… я… А вы просто не слышите меня!

Несмотря на то что сквозь слезы я толком не могла рассмотреть свою руку, попыталась стянуть кольцо, вскрикнула от боли, когда ободок прошелся по воспаленной коже… и кольцо я все же не сняла.

– Дэя, – раскаяния в голосе магистра стало гораздо меньше, – я же просил…

– Я ТОЖЕ! – срываюсь на крик, почти истерический. – Я тоже просила вас, вы меня услышали?

Под моим вопросительным взглядом лорд Тьер молча опустил глаза. Он был весь мокрый, с волос вода капала, и в темных прядях застряли две льдинки, а у меня огнем горела вся кожа, и я не могла остановить слезы, которые все лились и лились.

– Верните меня в академию, пожалуйста, – я не просила, я умоляла, – пожалуйста, услышьте меня хоть раз.

– Тебя нужно вылечи…

– НЕ НАДО! – вновь сорвалась на крик, с трудом оборвала себя и проговорила уже тише. – У меня есть прекрасная мазь от ожогов, бабушка сделала. Просто отпустите, я вас очень прошу, я…

Тело печет все сильнее, боль невыносимая.

– Ну пожалуйста!

Вспыхнуло адово пламя.

Я не знаю, что делал лорд-директор, но перемещался он со мной, а вот в своей комнате в академии я оказалась одна и без ожогов.

Бросив обгорелую ткань, пошла в душ. Долго, очень долго стояла под прохладной струей воды, а когда вышла, обернувшись лишь полотенцем, увидела сидящего на моей постели магистра. Лорд Тьер сидел сгорбившись, и вскинул голову он, лишь услышав мои шаги, но… Но говорить с ним сейчас я не могла.

– Прости, – слова давались ему с трудом.

Я промолчала.

– Северные женщины отличаются от южных, – почему-то продолжил Риан.

– Северные мужчины тоже… – с горечью ответила я.

Он вновь опустил голову, глядя куда-то в пол, и глухо произнес:

– Я не хотел причинить тебе боль.

Вновь молчу, говорить о том, что мне от этого не легче, не хотелось.

– Прости…

Я молча прошла к окну, сердце болело. Действительно болело. Словно что-то тупое и холодное вбивали в него. Думала ли я о том, чтобы попытаться разорвать помолвку? Наверное, каждая здравомыслящая девушка на моем месте думала бы лишь об этом. А я не могла. Не могла даже представить, что в моей жизни больше не будет лорда-директора. В чем-то магистр прав – северные женщины от столичных и южных отличаются. Приграничье – суровый край, у нас не принято выставлять чувства напоказ, но только у нас, стоит погибнуть любимому мужу, жена следует тропой Бездны спустя год-два, практически умирая от тоски по нему. И я смотрела на буйство метели за окном, на снежинки, что швырял ветер в окно, и понимала – если Риан уйдет из моей жизни, я жить уже не смогу.

– Дэя… – магистр подошел так близко, что тепло его тела я ощущала отчетливо, но все равно не касался, – не молчи только.

– А смысл говорить? – тихо спросила я. – Ты меня все равно не слышишь.

Лорд-директор отошел, но вскоре вернулся, укутав меня теплым одеялом и осторожно обняв. Не сразу поняла причину его прикосновений, но потом дошло – я не сказала «вы», а магистру многого не требовалось.

– Я сорвался, – и голос уже не такой убитый, как прежде, – прости меня. Прости, я действительно не хотел… Я просто не ожидал, что ты так отреагируешь…