Чтение онлайн

— Да, быстро у них, в Казахстане трактора ездят.

Простояли мы у той деревни недолго. Минут через надцать нас подобрала "вахтовка" до Чкалово. Там машин довольно много. Есть даже пустые и с омскими номерами, но… Их хозяева принимают нас за глюков. Да уж, когда ты в трамвае — это хорошо, а вот на трассе… Минут через сорок на трассу выполз "каблучок".

— Интересно, а такие можно стопить? — спрашивает Львенка.

Поднимаю руку. "Каблук" останавливается. Значит можно. Номера Омские. Была, не была!

— А двоих взять сможете?

— Запросто. На переднее сиденье залезайте.

— А если гаишники или таможня?

— Садитесь, ребята, мы их всех по полям объедем.

Вот это удача! Вдвоем на одном сиденье. Но мы едем!

Водитель оказался армянином, причем весьма словоохотливым.

Всю дорогу он трещал не переставая:

— Я вообще-то собирался на "Мерсе" ехать, вам поудобнее было бы, да жена не отпустила. Сказала: "На "мерине" ты по бабам поедешь, а на "каблук" только ментов поймать можно". А мне-то что, я себе подругу хоть на велосипеде сниму.

Внезапно он притормаживает:

— А черт, травку-то дома оставил! Вы подождите, ребята, я сейчас по быстрому в Чкалово скатаюсь, а потом снова вас подберу. Укуримся где-нибудь… Вы к травке-то как, нормально относитесь?

Он разворачивается и удаляется в клубах пыли.

— Слава Богу, — облегченно вздыхает Львенка, — лучше мы чего-нибудь другое застопим.

Легко сказать "застопим". Высадил он нас в чистом поле, кары даже не притормаживают, проносятся мимо, явно за сотку. Мда… Встряли.

Сзади доносится стрекот, оборачиваюсь и вижу двух молодых казахов на мотоцикле. Ладно, — думаю, — нехай себе едут. Стоплю дальше. Вдруг слышу, мотоцикл сбавляет скорость и подъезжает к нам. Ну вот, сейчас наезды начнутся… Кто такие, зачем стоите… Как это все уже надоело! Поворачиваюсь к ним лицом.

— Извините, пожалуйста, вы тут баранов не видели?

— Каких баранов?

— Обычных, штук сорок.

— Да нет, не видели.

Мотоциклисты разворачиваются и уезжают. Я стою, слегка при балдевший от неожиданной развязки, и тут возвращается наш армянин.

Львенка недовольна, но все же садится — лучше потерпеть драйвера, который не нравится, чем торчать посреди степи. Водитель и вправду немного занудный и, что самое неприятное, похотливый. Все время редиска такая на Львенку косится. Пришлось на вопрос о том, кем мы являемся друг для друга, заявить, что мужем и женой. Дядька явно огорчился и, дабы скрыть свою досаду, включил магнитофон. Музыку он слушал, конечно же, попсовую. Зато шел быстро — около 100 км\ч. Для Казахстана просто суперскорость.

Километров через 70 сворачиваем. У драйвера дела в деревне Бостандык. Она представляет собой душераздирающее зрелище. Разруха, запустение, словом, полный бостандык. До развала Союза, люди здесь жили припеваючи. Из озера Киши-Карой, что неподалеку, добывали немереное количество качественной соли, а теперь… В общем, как везде.

От Бостандыка начинается наш легендарный путь по казахским степям, в обход всех постов и таможен. Дорога представляет собой колею в степи. Порой справа или слева появляются другие колеи, они пересекают нашу или идут параллельно ей какое-то время, а затем снова удаляются. Где-то через час езды приближаемся к некой деревеньке. У одного из домов притормаживаем и спрашиваем:

— Не подскажете, где мы находимся?

— В совхозе "Восход".

— Как в "Восходе"?! Почему в "Восход"?! Я не ехал в "Восход"!

Еще после получаса блужданий находим-таки верную дорогу.

Пока крутились, машина пожрала немало бензина, до Омска может не хватить, а денег у драйвера нет:

— Ничего, экономить будем. Поедем не спеша — 80 км\ч, бензина меньше уйдет, — говорит он и разгоняется до 110.

В Омск влетаем в 23 часа. Бензин на нуле. Сворачиваем в Порт-Артур, занимать денег на горючее. Со скрипом, но все же удается кое-как наскрести тридцатку. Сразу же заправляемся. Рулес. Мы побили свой же рекорд, добрались за 11 часов. Правда, пока искали деньги, натикало уже 24, но это уже неважно.

— Вам куда нужно-то?

— Мне? (А черт меня знает, куда мне нужно. Наша вписка из-за нехватки денег накрылась, а беспокоить кого-то из друзей в такое позднее время не хочется. Решаю переночевать на Полигоне). У Ленинградского моста высадите.

— Ладно. Ты, братка, возьми у меня десять рулей, поесть купишь себе. Жаль, укуриться забыли, ты уж не обижайся…

Я выхожу у моста, Львенку армянин повезет до дома. Она, прощаясь со мной, шепчет:

— Ты номер его запиши на всякий случай. Улыбаюсь, но номер записываю. "Каблучок", посигналив на прощанье, удаляется, а я, не спеша, иду в Парк Победы на Полигон, дабы выспаться там спокойно. Правда, это у меня не получается — несмотря на позднее время, на Полигоне у потухшего костра тусуется пионеристый народ. Чертыхнувшись, разбиваю палатку, развожу костер, варю им кашу, после чего с чувством выполненного долга валюсь спать в спальнике под открытым небом. До чего же хорошо! Я наконец-то дома!

Моим самым крутым предприятием в области путешествий на всем, что движется, на данный момент остается неудавшаяся попытка добраться летом 1997 года вместе с попутчицей Ольгой до крайней южной точки Европы — Гибралтара (строго говоря, еще южнее имеется мыс Марокки, но в общественном сознании этот факт оказался почему-то изрядно затененным). Но нет худа без добра — неудавшаяся из-за нехватки свободного времени попытка обернулась восхитительной поездкой в Париж.

Рассказ о поездке по маршруту Москва — Брест — Варшава не стоит того времени, которое надо затратить на его описание (по изъезжанности эта трасса в последнее десятилетие сравнялась с "радищевской" дорогой из Петербурга в Москву). В нашем случае единственным своеобразием этого участка трассы явилось то, что нас трижды — на объезде Минска, в Тересполе и перед Минском-Мазовецким подбирала одна и та же машина. Водитель автофургона с ярославским номером зарабатывает перевозкой польской мебели — челноком снует туда-сюда.

Короче, в десятом часу вечера мы добрались до очень милого кемпинга "Тина" на западной окраине польской столицы, где за смешную сумму в 10 злотых получили ночлег и душ (а что еще надо закоренелым автостопщикам!).

Утром, едва солнце окрасило нежным цветом стены древнего Старого Мяста, мы тронулись в путь. Быстро стопим парня, который сообщает нам радостную весть — может довезти нас до Дюссельдорфа, где он работает гастарбайтером (по стечению обстоятельств, опять же на мебельной фабрике).