Уроки любви
Шрифт:
— Так что же Вы хотите?
— О, много чего. Но от Вас сейчас — лишь услышать, почему не убили Габистера? Как и подстилок Трулсов?
— А зачем мне это? Парочка-другая детей для меня не представляет угрозы. А господин Трулс… считайте, что я вернула ему долг.
— И о каком же долге идет речь?
— Жизни, разумеется. — Принц не стал спрашивать, как я и рассчитывала. Сейчас он озадачен тем, когда Трулс успел меня спасти и от чего. А я же опять поиграла в недоговорки. И не стала уточнять, что долг жизни мой перед Трулсом только предвидится. Это еще называется аванс за спасение, или разумные растраты. Кто-то лучше, когда мертв, а кто-то— когда тебе должен. — Как Вы узнали?
— О побеге? Или Ваших планах?
— Планы. — я сменила положение тела. Стул был жутко неудобным, а, судя по ноющей спине, я еще и порядочно повалялась в искривленном состоянии.
— Наши следящие артефакты усовершенствованы и работают на другой совершенной силе. — Намек на древних? Нет. Неприкрытое признание.
— А почему меня никто не остановил?
— Потому что наша Эльюис порядочно мне мешала. Габистер тоже. Но он терпим. Еще вопросы, герцогиня?
— Планами не поделитесь?
Он рассмеялся.
— Самое важное для себя Вы уже знаете. Мальчишку Марсена уже ищут. К концу дня обещаю его вернуть в Ваши объятия.
Я хотела сказать, что не стоит разбрасываться обещаниями, когда они не так уж и выполнимы. Но не успела. В дверь постучали, а не дождавшись ответа, и открыли. В кабинет вошел, почти ворвался молодой человек лет двадцати. Совсем молодой. И в черном плаще. Как и остальные адепты. Моя мантия, к слову, сейчас отсутствовала. И на мне, и при ближайшем рассмотрении обстановки кабинета.
— Мессир, — мальчишка поклонился, и, опять же, не ожидая ответа, выпалил, — вторжение в замок.
— Что?! — Принц был удивлен не меньше моего. Я даже рот приоткрыла от удивления. Слишком мало прошло времени, Марсен не мог подоспеть с подмогой. Тогда кто и как?
Мои мысли были озвучены самим Волхом:
— Марсен пришел с подмогой? Невозможно!
— Мы не знаем. Но вся стража мертва. И работал темный маг.
— Может, он кого-то встретил неподалеку? И подкупил? Нет, это невозможно. — Анрика?
— Я знаю не больше вашего, — счастливо улыбнулась я. Но это была больше видимость. Видимость радости. Мозг буравила мысль, что Марсен вернулся. Боги, лишь бы это был кто-то от короля! Сильвий слаб, и так быстро, как и рядом кого-то найти, это действительно невозможно. Уверена, территория зачищена и прикрыта так, что, даже, если знаешь, где этот замок, его так просто не найдешь.
— Врата Пренты, — прошептал ругательство принц. А я улыбнулась еще раз, но уже от души. — Идем. Герцогиня, Вы остаетесь здесь. Постарайтесь без фокусов. Иначе я буду в следующий раз не столь добр.
Угроза меня не испугала. Хотя я и поняла, что мне намекают на пытки.
— Как прикажете, мессир, — ироничный поклон и такая же ухмылка. Улыбкой это назвать было сложно. Принц ушел вместе с адептом, предварительно зачаровав двери. Я и не ожидала, что кто-то ограничится одним замком или парочкой стражей у двери.
Конечно, сидеть сложа руки я не собиралась. И если подумать, то и обещания ничего не делать и тем более не сбегать я не давала. И вроде бы умный мужчина, коварный, интриган, дожил как-то до своих лет с такими гадкими планами и делами. А еще не понял, что я не люблю и не умею врать. А, когда умалчиваю или играю со словами, значит, наверняка что-то сделаю из того, что нельзя.
Первым делом я прошлась по кабинету. Открыла все ящики, заглянула под каждый половик и гобелен. Ничего важного обнаружить не удалось. Решила сесть и разобрать бумаги на столе. Их было не так много. Но то, что осталось на виду, мне показалось малозначительным. При более детальном рассмотрении несколько бумаг вызвали вопросы, но, как и до этого, без ответов. Я устало опустилась на стул. Свой стул. Он все так же был неудобен. Пожав плечами, переместилась на стул принца. В блаженстве прикрыла глаза, хорошо-то как. Не иначе как неудобный стул для визитеров — это одна из манипуляций принца. Еще раз просмотрела бумаги. Даже взялась за чистые листы, принюхиваясь к в поисках следов магии. Попыталась призвать тьму, хоть какую-то, а моей во мне не было. Этот подлец всю мою тьму где-то припрятал. Удивительно, что осталась душевная энергия. Я, например, силу души у Марсена в свое время тоже прикарманила. И это было хоть и неправильно, но естественно. Свет и тьма сразу же сливаются с магией нашей души. Или, правильнее сказать, силами. Ох, Рика, влипла ты, еще и основы своего предмета начинаешь не то забывать, не то игнорировать, размышляя, как студиус-первокурсник. Впору задуматься над словами Марсена про купленный диплом.
За третьим разом перелистывания бумажек на меня начало накатывать раздражение. Вокруг кабинета царила тишина. Окна тоже не открывались. А это уже разозлило. Не думают же они, что я летать умею? Хотя бы воздухом подышать. На нервах запустила бумагами в камин, где еще тлели угли от недавнего костра. И тут мне наконец повезло. На бумагах от жара начали проступать слова и символы. Я схватила бумагу и кинулась обратно к столу. Расстроилась. Половину символов я не знала. Вторая описывала ритуал призыва тьмы напрямую из бездны. Горько вздыхая, я отложила бумаги. Еще раз прошлась по кабинету, но, скорее, для того, чтобы себя немного успокоить и занять чем-то другим. Слишком был высок риск, что бумаги опять отправятся в костер.
Немного успокоившись, вернулась к изучению бумаг. И что мне с этим делать? Запомнить, вдруг пригодится? Разве что. Информация не бывает лишней. Я погрузилась в чтение и запоминание. Пока не застряла на том же месте, где и до этого. Неизвестные символы. Может, шифр? Попыталась применить все известные мне коды. Ничего. И мне опять повезло. Пара листов соскользнула с коленей и упала на пол. А когда я их снова складывала в том же порядке, заметила, что некоторые символы, если смотреть на них вверх тормашками, похожи на рисунки из древних склепов Саламандрии.
Еще не менее чаши [58] , я переводила и играла в угадайку, строя домыслы и вырисовывая нечто похожее на заклинание. Все оказалось, как и ранее, — призывом тьмы из бездны. Или призыв самой бездны, что равносильно. Повертев листик в руках, и побегав по комнате еще пару капель, я решилась на эксперимент. Терять мне нечего. А выиграть себе свободу — это уже победа. И она стоит риска. Воззвав к Всевидящему в который раз за сегодняшний день, я принялась читать заклинание. Один раз, два, пять. Ничего. Потом еще раз пять чтений, но без заминок и заикания. Результата не было. Я даже подумала, не нужна ли какая жертва. Но что я могу предложить тьме? Себя? Так я и есть ее часть. Усмехнулась. Могу предложить всех врагов из замка, вместе с этим проклятым местом.
58
Чаша — один час.
— Ну, давай же, милая, тьма моя, мать моя, давай, и я зачитывала все еще раз. Обещая, уговаривая, пока не задремала. И во сне я снова повторяла. Приди, приди, приди. Повеяло холодом. На улице была ночь. Никого из жителей замка все еще не слышно. Принц обо мне то ли забыл, то ли, хорошо бы, умер. А вдали прогремел гром. Приближалась гроза.
Я встала у окна, вглядываясь в почерневшее небо и сгущающуюся тьму вокруг. Я ее звала. Но никак не в таком виде. Неужели я ошиблась в переводе? Я потянулась к бумаге, но та истлела от одного моего прикосновения. Я притронулась к столу. Произошло то же самое.