Чтение онлайн

Я рассмеялся.

– Не ворчи, у тебя теперь есть нежить. Кто не умеет заставить работать мертвецов, пусть работает руками. Как твой сын?

– Неплохо. – оживился Улос. – Он долго колебался, но в конце-концов решил не сдавать нас Альянсу, не смотря на предоставленные возможности.

– Думаешь, он переживет это? – задумчиво спросил я.

– Зависит от того, что вы собираетесь делать. – пожал плечами лич.

– План простой. Я призываю её на границе и привязываю своей жизнью, кровью и душой к миру. Затем попытаюсь склонить к добровольно-принудительному сотрудничеству. Если отказывается - убиваем её. Единственный, на мой взгляд, реальный способ это сделать - поглощение силы.

– Не разорвет? – педантично уточнил старик.

– Может и разорвет. – пожал плечами я. – Собственно, на этот случай мне нужны и кристаллы, и Таллистрия - вся энергия пойдет на поддержание внешних энергоканалов. Я раскину столько нитей, сколько смогут, и мы поиграем в занимательную игру - девочка-волшебница против огромного черного спрута.

– Никогда не слышал о такой игре. – скептически посмотрел на меня Улос.

– Это не отсюда. – неопределенно махнул рукой я. – Не задумывайся об этом, просто я считаю, что концептуально это прибавит мне шансов… Даже наши лучшие заклинания, я полагаю, она перехватит и развеет, всё же, богиня смерти. А вот поглощение сил, возможно, сработает. Излишки в случае необходимости я попробую сбросить на Таллистрию.

– Думаете, атаки смертью совсем бесполезны? Может, всё же позовем культ? Поглощать энергию умеют всё…

– Да. – кивнул я. – Так что тебе лучше будет просто постоять неподалеку и позаботиться о себе, на тот случай, если мне потребуется помощь. Что же до поглощения, не думаю, что отобрать силы у богини получиться так легко. Вероятно, большая часть просто не сможет оторвать даже кусочек, зато это с гарантией лишит нас огромного числа мастеров. Возможно, сработало бы что-то с аннигилированием энергии, это оттянуло бы часть её сил, но подобных заклинаний у меня нет, да и проверить возможности, как ты понимаешь, не было. Так что будем полагаться на старое доброе поглощение и надеятся, что меня не разорвет.

Старик ушел командовать раскопками - а я шагнул на мертвую землю, чувствуя, как вокруг сгущаются тени.

– Здравствуй, Отец.

– Мне нужна твоя помощь, Некс. Мы должны убить богиню смерти.

Ночные сумерки накрыли землю - несмотря на то, что солнце было в зените, словно бы сама тьма затмила горизонт. Но в ней не было угрозы - напротив, я чувствовал радость своего невольного творения. Конечно же, он любил убивать…

– Как мы сделаем это?

– Я буду стоять на границе, призывая её, и запру в нашем мире. Ты должен усилить связь между нашими душами. Создать каналы энергии, лучше несколько, что будут питать меня - и по которым я передам тебе излишки божественной силы. Я же, в свою очередь, буду вытягивать её из богини - до тех самых пор, пока он не перестанет быть. Поддержи меня, так хорошо, как сможешь. Это будет тяжелый бой.

– Думаю, я справлюсь. Постарайся не отходить далеко от границы - это затруднит обмен. Я всё ещё не могу выходить за пределы очерченного.

– Да, и ещё одна вещь… – я помедлил немного. – Если я погибну, ты должен разорвать завесу и передать сообщение богам Тиала о том, что здесь произошло.

– Вместе мы выиграем любой бой, Отец. Я сделаю всё, как ты сказал.

Возможно, мне следовало сделать что-то ещё. Придумать хитроумную ловушку, позвать ещё солдат, магов, обвешаться артефактами… Но после встречи с настоящей богиней всё это казалось столь маленьким, слабым, незначительным - словно детские игрушки, которые просто стыдно использовать во время настоящего боя.

Поэтому оставшиеся несколько дней, пока остальных добирались до точки сбора, я решил просто отдохнуть с Кианой. Местом встречи была назначена небольшая равнина меж двух лесов - неприметное, необитаемое место. Ныне окрестные леса делились на две части - мертвые и живые, но, несмотря на это видимое свидетельство последствий моих деяний, жизнь здесь процветала. Киана подстрелила нам молодого оленя - и устроили себе своеобразный пикник, жаря мясо на огне, смеялись, шутили, занимались любовью…

Наверное, я уже и не помнил, когда последний раз делал что-то подобное - гонка за властью поглощает человека, отчасти делает его своего рода функцией - а бессмертие только усугубляет это процесс, расхолаживает, отрывает от обычной человеческой жизни. Когда ты можешь не есть и не спать сутками, когда краткий выброс магии заменяет тебе душ и ванну, когда никто и ничто не может тебя убить - простые человеческие нужды и потребности становятся всё менее и менее важными. В этом были и свои плюсы - но как много остается от человека, если лишить его этих простых обыденностей, что сопровождают жизнь каждого?

Бессмертие было со мной долгие годы - служа защитой от любых ошибок, любых атак, и любой угрозы. Это расслабляло - и сейчас, впервые за долгие годы стоя перед битвой, которая может оказаться последней, я испытывал странные чувства. Это был не классические страх, мандраж, или трепет, что частенько посещает людей перед боем. Скорее, это была опаска разочарования… В самом себе?

Что я сделаю, если Иссая откажется подчиняться, и сумеет разорвать моё бессмертие? Что, если угрозой будет не просто смерть - а еще и лишение посмертия? А как насчёт перспективы вечных пыток в загробном мире?

Я знал наверняка - сломать можно любого, даже меня. Но если в реальном времени ты ограничен объективными факторами времени и законами реальности, то в иных измерениях всё может быть иначе - и здесь я ступал не полностью неизведанную землю.

Кем становится бессмертный, лишившийся его? Стану ли я трусом в этом случае? Сойду ли с ума? Буду ли молить о пощаде, соглашаясь на любую сделку? Смотря на пляшущие огоньки вечернего костра и легко гладя по голове заснувшую девушку, я не знал ответа. Пожалуй, в этом была некоторая ирония судьбы - я провел над собой столько темный, черных ритуалов, что теперь и сам не знал, кто же я в итоге такой.

Некоторые вещи можно проверить лишь на практике.

Шестеро воинов явились к нам на рассвете, полностью готовые к бою. Магистр Колн, одетые в белые доспехи ордена, снял с седла химеры ножны с огромным двуручным мечом, Солан - обзавелся латами гвардейца Ренегона и длинным, старинным мечом с большим синим камнем в рукояти. Герцог Таслиниус и Шеридан были в одеты в легкие, чешуйчатые доспехи из какого-то морской твари и щеголяли в плащах моих королевских цветов - золотой, красный и черный у Таслиниуса и туманная синева, бирюза и тьма у Шеридана - оба явно делали ставку на ловкость и решили не стесняться себя тяжелой броней. Эрих был одет в обыкновенную, типовую вороненую броню рыцаря смерти с закрытым шлемом - и имел при себе странный костяной меч, похоже, сделанный самостоятельно. Он чувствовался… словно бы живым.

Единственным, кто, как мне показалось, совсем не изменился, был граф Роланд. Мой первый гвардеец, казалось, так и остался всё тем же лихим авантюристом, которым я его помнил, одетый в простую, привычную дорожную одежду, под которой, как я знал, он носит кольчугу хитрого сплетения, и бирюзовый плащ с простым длинным мечом без всяких украшений.

Киана потянулась, зевнула, окинула оценивающим взглядом приехавших, и, совершенно не стесняясь, принялась на глазах у всех переодеваться в доспехи, демонстрируя собравшимся прекрасную фигуру. Равнодушным к этому делу, кажется, остался только Колн - оно и понятно. Герцог Таслиниус демонстративно кашлянул, отводя взгляд.