Чтение онлайн

Но долгий полет постепенно успокаивал его, снимал напряжение последних дней, и понемногу, то ли потому, что он навестил свой родной город, то ли по другой какой причине, но ему вдруг вспомнилось его детство – первые пятнадцать лет жизни, проведенные под пристальным, оценивающим вниманием его деда, князя Горислава. Ему вдруг пришло в голову, что дед все эти годы выбирал между Всеславом и им, выбирал, кто из них наследует княжеский титул, станет вожаком стаи. И у него не было сомнения в том, что стая выберет того, кого он сам укажет. Ратмир вспомнил, что выбор дед сделал как раз после того, как Всеслав отправился с дозорной стаей Вата на юг и вернулся один, ночью. А затем трое волков, отправленных дедом, привезли самого Вата, недвижного, плохо соображающего, окровавленного… Что произошло с остальными волками дозорной стаи, он так никогда и не узнал, но именно после этого дед сказал ему, что видит его на школьной скамье университета, и через два года отослал младшего внука в Лютец.

Ратмир и раньше догадывался, что белоголовый Ват был лишен многоличья по желанию деда, что вина его была «состряпана», но теперь, вдруг в его душе возникла уверенность, что извержение Вата из стаи восточных волков и появление в Мире Разрушителя связаны! Может быть, то, что сделали с лучшим воином в стае стало одной из множества причин, приведших к сегодняшнему дню, а может быть, это стало последней каплей переполнившей чашу терпения Матери всего сущего, и она решила освободить мир от многоликих?..

Здесь его мысль сделала неожиданный скачок, и ему подумалось, что если эти два события как-то связаны и за этой связью стоит высшая сила, то многоликим, уж во всяком случае, восточным волкам, будет дан знак. И те, кто причастен к этому делу, поймут, откуда взялся Разрушитель!

Тут горькая усмешка искривила его губы – из тех, кто точно знал, что произошло с Ватом, и за что его уничтожили, в живых оставался только Всеслав. Сам Ратмир мог только строить предположения, хотя и достаточно обоснованные. Выходило, что во всем Мире только двое могли понять причину его крушения!

И снова Вершитель усмехнулся – все его размышления были высосаны из пальца, причина заключалась вовсе не в Вате, не в каком-то конкретном случае беззакония, произвола, измены, предательства. Причина заключалась в системе! В отношении самих многоликих ко всему живущему в этом Мире!

В этот момент он даже не услышал, а скорее уловил чужую далекую мысль, кто-то пытался до него дотянуться, но сил и способностей было явно недостаточно. Однако, сосредоточившись, Ратмир смог разобрать, что ему хотели сообщить.

«Вершитель, изверги взяли Рожон! Западные вепри практически уничтожены! Вершитель, изверги идут на Лютец!»

«Вот и всё!.. – Обреченно подумал Ратмир. – Времени, оказывается, нам было отпущено слишком мало!»

И тут же он оборвал сам себя:

«Нет! Не всё! Даже если восточные стаи опоздают, Юг, Запад и Север должны успеть! Да и изверги, наверняка, понимают, что Лютец мы будем оборонять до конца, а потому будут осторожны. Будут осторожны, значит, будут медлить! Нет, еще рано складывать для нас костер и затягивать погребальную дольну!»

Он взмахнул крыльями, и бросившийся навстречу ветер словно бы обнял его своим могучим крылом.

Изверги, как ни странно, и в самом деле не спешили. Отряд Махася, разгромив западных вепрей, застрял в Рожоне на долгих пятнадцать дней. Во-первых, как только весть о падении столицы разнеслась по землям западных вепрей и их соседей, в Рожон потянулись изверги со всего Запада. Из городков и деревень вепрей, лис и оленей они шли открыто, большими компаниями с топорами, вилами, мотыгами – любым железом, которым можно было бить, резать, колоть.

От западных волков, медведей, рысей, из северных стай изверги сбегали по ночам, шли, хоронясь в лесах, сплавлялись реками. Те, кому удавалось прорваться сквозь выставленные многоликими немногочисленные заставы, вливались в отряд Падура, заходившего на Лютец с северо-запада. Выжига, орудовавший южнее Лютеца, принимал к себе извергов и с Запада и с Юга. Отряд Махася за первые пять дней вырос до полутора тысяч человек, и всех прибывших надо было вооружить и, что самое главное, хоть в какой-то мере научить пользоваться оружием! Те же проблемы возникли и в других отрядах.

Но у Махася была еще одна причина, по которой он был вынужден задержаться в Рожоне. На следующий день после захвата столицы западных вепрей, когда город был уже полностью очищен от многоликих, и они с Вотшей возвращались в замковый дворец, из дверей им навстречу вывалился молодой изверг. Кожаные доспехи, надетые на нем, показывали, что это не новичок, совсем недавно примкнувший к отряду, тело, белевшее в прорехах одежды, было в ссадинах и кровоподтеках, шлем он где-то потерял, а выпученные невидящие глаза казались безумными. Он бросился, было к замковым воротам, но Махась, узнавший своего бойца, окликнул его. Тот остановился, оглянулся и, узнав командира отряда и стоявшего рядом с ним Вотшу, бросился к ним с криком:

– Там!! В подземелье!! Там такое!.. Такие!.. Там живая смерть!.. Там все, все полегли, а они их грызли!..

Вотша сорвал с пояса фляжку с вином и сунул ее в руку изверга. Тот недоуменно посмотрел на собственные пальцы, цепко вцепившиеся в оплетку фляжки, а затем, одним движением выдернув пробку, припал к горлышку. Возможно, он вытянул бы все содержимое фляжки, но Вотша дал ему сделать три-четыре глотка, а затем вырвал фляжку у него из рук. Изверг с шумом выдохнул, посмотрел на Вотшу растерянным, но вполне осмысленным взглядом и, видимо, хотел, было, снова что-то забормотать, но белоголовый изверг его перебил:

– Теперь спокойно расскажи, почему ты оказался в подземелье, и что там произошло?!

Несколько секунд парень молчал, а затем начал говорить, быстро, но внятно:

– Когда вы все бросились наверх, наш десятский нас остановил. Вы ушли, а он говорит: – Оборотень, который нас вел, хотел, чтобы мы для него сломали здесь, в этом подземелье, какую-то стену. Как вы думаете, что он хотел найти?! Ну, мы, конечно, не знали, что ему ответить, а он тогда спрашивает: – Ну, что оборотень мог спрятать в подземелье?!! И тут Юхан возьми да и брякни: – Золото, камни! – Во!! – Говорит десятский, – золото, камни! Так чего ж нам бежать наверх, когда мы и здесь можем неплохо поживиться! И инструмент, вон, ребята побросали! И точно, смотрим, мешки с инструментом валяются. Мы их прихватили и пошли подземелье осматривать. Искать долго пришлось – все стены одинаковые, да и по звуку новую кладку не определить. А потом тот же Юхан нашел на полу осколки камня неубранные. Тут мы поняли, что кладку новую где-то рядом ставили. Поковырялись и отковыряли заложенный коридор! Ну, проделали дыру и пошли, хорошо факелы у нас были. Там, наверное, половина подземелья заложена была, а в конце этого коридора каморы пошли, сначала жилые, только видно было, что там никто давно не живет. Потом от коридора стали отходить короткие коридорчики, а в них маленькие чуланчики, и в каждом чуланчике по мертвяку.

– Мертвые люди?! – Удивленно переспросил Махась.

– Ну! – Кивнул парень. – Я же говорю – мертвяки. Лежат на нарах, не шевелятся, не дышат, а по виду вроде бы и не дохлые, только кожа у них такая… синеватая. В общем, обошли мы эти каморы, собрались в коридоре, не знаем, что делать. Васка, новенький, недавно в отряде, говорит: – Пошли, сотскому расскажем, что тут наш оборотень прятал. Но десятский все сомневался, хорошо ли мы все обыскали. Короче, заспорили мы, а тут…

Вдруг он замолчал на полуслове, рот у него приоткрылся, нижняя губа отвисла, глаза застыли и остекленели, словно увидели что-то кошмарное. Вотша резко толкнул парня в плечо и рявкнул: