Чтение онлайн

– Ты будешь защищаться голыми руками, или возьмешь свою железку?..

Затем зверь сделал два шага вперед и, заревев, встал на задние лапы!

Именно в этот момент Сафат выхватил из висевших на поясе ножен кинжал, прыгнул вперед и вонзил его медведю в брюхо!

Сафат медленно опустился на свое место, а староста закончил свой рассказ:

– Он сдох, и туша его истлела. Все произошло именно так, как ты, белоголовый, рассказывал!

С минуту в трапезной стояла тишина, а затем Сафат, не поднимая головы, произнес:

– Я виноват, Бамбарак, но я не смог… Он, ведь, хотел…

– Ты все правильно сделал!!! – Неожиданно прорычал Выжига, перебивая его. – Ты поступил, как настоящий мужчина, а не как замордованный добропорядочный изверг!

Он вскочил со своего места и повернулся к Вотше:

– Дикарь, ты не соврал, и я с тобой!! Завтра я возвращаюсь в Ласт, а через неделю приведу с собой две сотни головорезов! Дай нам свою уругумскую сталь, и мы вырежем всех оборотней этого Мира!!

Ратмир не полетел ни в Корнгольц, ни в Верну, он решил не сообщать о своем открытии западным лисам – те могли решиться на опрометчивый и бесполезный шаг. Сначала надо было разобраться, что такое «уругумская сталь» откуда она появилась и каким образом поражала многоликих. Ратмир полетел в Лютец, в университет.

Перелет был долог и труден, на пути разразилась непогода. Сплошной грозовой фронт встал на пути трех птиц: огромного ивача и двух больших черных воронов. Ивач, не раздумывая, ринулся навстречу буре – его могучие крылья могли противостоять разбушевавшейся стихии, а вот воронам пришлось тяжко… очень тяжко. Когда все трое все-таки приземлились на плоской крыше Звездной башни, и Тороп, и Хворост едва держались на ногах.

В Лютеце стояла неистовая, грозовая ночь, так что Ратмиру, несмотря на все его нетерпение, пришлось отложить свои изыскания на несколько часов. Он и его спутники разошлись по своим апартаментам, однако самому Ратмиру так и не удалось уснуть. Мысль о том, что в руки извергов попало оружие, способное поразить неуязвимых доселе многогранных, приводила его в ужас. Он лежал в постели с открытыми глазами, и в темноте перед ним разворачивались чудовищные картины крушения всей его привычной жизни, его Мира. Только к утру, когда грозовая чернота ночи уступила место блеклой сери подступающего рассвета, ему удалось забыться беспокойным сном, но и это тревожное беспамятство было недолгим.

В самом начале часа Жаворонка трижды посвященный волхв был уже на ногах. Он оделся сам и, не дожидаясь завтрака, отправился в университетскую библиотеку.

Увидев входящего в пустой читальный зал Ратмира, смотритель библиотеки дважды посвященный Пилли из стаи южных лис удивленно спросил:

– Ратмир?! Не ожидал увидеть тебя здесь. Разве ты не в стае западных лис?!

– Я уже вернулся… – Стараясь говорить спокойно, ответил Ратмир. – Мне нужно срочно узнать кое-то, и я, конечно же, пришел к тебе.

Он улыбнулся, скорее по привычке, и тут же задал интересовавший его вопрос:

– Тебе ничего не говорит словосочетание «уругумская сталь»?

– Уругумская сталь?.. – Медленно протянул библиотекарь, чуть помолчал и повторил. – Уругумская сталь…

Он повернулся к шкафу, в котором стояли ящики с каталожными карточками, выдвинул один из ящиков и принялся перебирать стоявшие в нем карточки, негромко приговаривая про себя:

– Уругумская сталь… уругумская сталь.

Наконец он вытащил одну из карточек и протянул ее Ратмиру со словами:

– В твоем словосочетании прилагательное, скорее всего, происходит от имени собственного. Так вот, в Мире есть только одно место, которое носит похожее название.

На карточке было написано: «Уругум – горное извержачье село (айл) в землях южных ирбисов…» Далее шли данные о том, когда село появилось, сколько в нем домов было два года назад, когда вносились изменения в имевшуюся информацию, и другие данные об этом населенном пункте.

– Уругум… – Задумчиво проговорил Ратмир и взглянул на Пилли. – Похоже, это именно то, что мне нужно. Огромное спасибо, ты как всегда мне помог!

– Рад быть полезным! – Улыбнулся в ответ библиотекарь.

Ратмир вернул карточку и уже поворачивался, чтобы уйти, но за его спиной раздался голос южного лиса:

– Если не секрет, что означает это… словосочетание?..

Трижды посвященный волхв задумчиво посмотрел на библиотекаря и неожиданно спросил:

– Ты мудрец, Пилли, как ты себе представляешь… конец этого Мира?..

– Конец Мира?.. – Без удивления переспросил библиотекарь и пожал плечами. – А что ты, собственно говоря, имеешь ввиду? То, что случится, или то, как это случится?

Ратмир, признаться, не ожидал такого вопроса и подумал, что сам он никогда не думал о предсказанной катастрофе с такой точки зрения. Поэтому и ответ его был прост:

– И то, и другое.

– Конец этого Мира наступит тогда, когда в нем исчезнут многогранные. – Просто ответил Пилли. – А произойти это может по-разному. Наш Мир изменчив, в нем постоянно умирает что-то давно привычное, и возникает нечто новое, неизвестное. Пока что нам, многогранным, удается обходиться без того, что из Мира уходит, и приспосабливаться к тому, что в нем появляется. Но однажды в нем возникнет нечто такое, с чем рядом мы не сможем существовать. Это может быть новая болезнь, или глобальное стихийное бедствие, в конце концов, мы можем сами уничтожить себя, если какой-либо из бесконечных локальных военных конфликтов перерастет в мировой, или кто-то из трижды посвященных выпустит в Мир убийственное Знание. В одной старой, сейчас весьма непопулярной легенде говориться, что наш Мир исчезнет тогда, когда погаснет Волчья звезда. Кто знает, может быть, это не поэтический вымысел, может быть, гибель Волчьей звезды каким-то образом повлияет на условия жизни в нашем Мире?! А вообще-то, мы очень эгоцентричны – вполне возможно, наш Мир будет продолжать свое существование и после того, как мы, многогранные, исчезнем с его лица. И возможно, это существование будет не таким уж плохим. Разве можно тогда назвать наш исход из Мира его гибелью?!

Старый библиотекарь замолчал, глядя в лицо Ратмира спокойными, умными глазами, и трижды посвященный волхв понял, что Пилли ждет ответа на свой вопрос. И тогда он, подражая старику, спокойно ответил:

– Уругумская сталь – это, возможно, нечто такое… к чему мы не сможем приспособиться.

После этих слов он развернулся и отправился к выходу.

Вершитель Кануг принял Ратмира через минуту после того, как ему доложили о том, что трижды посвященный волхв просит его об аудиенции. Едва Ратмир вошел в кабинет Вершителя, как тот, нетерпеливо спросил:

– Так что там произошло, между лисами и оленями?! Олени действительно убили восемь многогранных?!

– Нет, Вершитель, – ответил Ратмир, проходя к столу и занимая одно из гостевых кресел. – Олени не убивали лис, хотя восемь из них действительно пропали! И я знаю, куда они подевались!

– Значит, ты примирил эти две стаи?.. – Уже спокойнее поинтересовался Кануг, откидываясь на спинку кресла.

– Нет, Вершитель, мне некогда было заниматься этой мелочью! – Жестко ответил Ратмир и продолжил, бросая резкие слова прямо в лицо оцепеневшего Вершителя. – Я поспешил назад, в университет, поскольку полученная мной информация требует немедленных действий!