Чтение онлайн

– Будем драться.

Урган и десантники смотрели с надеждой, императрица поморщилась, будто хлебнула уксуса:

– Как?

– Не твое собачье дело, – отрезал я. – Черт, хотя бы так не грохотали! Они же ее перепугают до полусмерти.

Императрица сказала так же холодно, как говорил я:

– На вашем месте я бы позаботилась о себе, чем о какой-то женщине.

– Она не какая-то, – оборвал я. – Ты ее ногтя не стоишь!

Ее зеленые глаза удивленно расширились.

– Я? Императрица Изольда?

– Да хоть богиня, – отрезал я. – Сиди и жди.

Урган, похоже, ждал, что с нами начнут переговоры, однако орудийные стволы неспешно брали нас в прицел, танки сдвигались. Один из десантников сказал почти весело:

– Да, это конец.

– Еще нет, – ответил я твердым звучным голосом.

– А что делать? – спросил он с проснувшейся надеждой.

– Подойди вон к тому, – указал я на самого крупного, – и дай ему в морду.

– Хорошо, – ответил он послушно. – Сделаю. Дам в лобовую броню. И что будет?

Я громко хохотнул:

– Вот тогда мы точно погибли… ха-ха!..

Он с неловкостью улыбнулся на монаршую шутку:

– Значит, ничего не делать?

– Делать, – ответил я.

– Что?

– Ждать, – ответил я.

Урган спросил осторожно:

– На что-то надеетесь, Ваше Величество?

– На интуицию, – ответил я ледяным голосом. – Вы что же, не верите в интуицию?

Урган тяжело вздохнул:

– Увы… Нет-нет, в вашу верю, верю… У вас же все не от ума, вы же настоящий варвар, а от… ну, интуиции…

Под ногами вздрогнула земля. Донесся глубокий подземный гул, словно совсем рядом внизу пронесся подземный состав с углем. Почва вспучивалась, образовался холм, блеснуло черное отполированное тело. Земля осыпалась, взору предстал дивный агрегат, на четырех лапах, массивный, мне на первый взгляд не показался устрашающим, однако танки разом застыли. У прибывшего из глубин земли приподнялась спереди крышка, я успел заметить ослепительно белые крупные зубы, удивительно ровные, абсолютно одинаковые, что значит, машинные. Между ними в неравном порядке черные, такой же длины, но поуже, тут же прямо из этой пасти со свистом полетели крохотные ракеты.

Самый крупный танк, под которым земля не дрожала, а тряслась, с ужасающим ревом ринулся на пришельца, стремясь смять его всем весом. Ракета ударила в лобовую броню, вспыхнул огонь. Все заволокло дымом, ветерок тут же смахнул, мы увидели огромную сквозную дыру. Танк замер, уже не танк, а пустая консервная коробка.

Урган вскрикнул в восторге:

– Но кто это?

Наш спаситель повернулся, я увидел надпись золотыми буквами «Deus from machine», а ниже латунная табличка с совсем мелкими буквами «Knabe».

– Интуиция, – ответил я просто.

Десантники заорали «ура», Урган сказал счастливо:

– Как хорошо под знаменами такого полководца, который все знает, все умеет, все предвидит!

Наш неожиданный спаситель расстреливал чудовищные танки десятками, а когда их остались единицы и они попятились, ринулся за ними, догонял и втаптывал в землю. Когда расплющил последнего, сзади с трудом шевельнулся один из умирающих танков, приподнялся пушечный ствол. Я не успел крикнуть, огненная вспышка вырвалась из ствола, понеслась к Deus’y, удар, вспышка, скрежет, во все стороны посыпались искры.

Урган с жалостью выругался. Дым растаял, стрелявший уже затих, истощив на это движение остатки энергии, а наш спаситель застыл, нелепо перекосившись. Из него сыпались искры, слышался жалобный стон, прерывистый звон, словно от жара лопаются туго натянутые струны.

– Он… он погиб, – произнес Урган неверяще.

– Да, – ответил я. Подумав, добавил мудро и загадочно: – Значит, таково высшее Предначертание.

– Какое? – переспросил он с недоумением.

– Такое, – ответил я значительно. – Высшее! Вот так. Да. Ладно, вражеский десант уничтожен, надо содрать с этой императрицы одежду, выловить «жучка» и ехать дальше.

Урган посмотрел на меня с почтительностью и опаской.

– Это может быть трудно, – сообщил он.

– Почему?

– Маячок может быть имплантирован.

– Вряд ли, – возразил я. – Коронованные особи не унизятся до того, чтобы им, как каким-то рабам или коровам… Это в ее доспехах. В крайнем случае в одежде.

Императрица взвизгнула:

– Вы не посмеете!

– Еще как посмеем, – сказал я нагло. – Ребята, снимите с нее доспехи.

Она выпрямилась на сиденье, сказала холодным злым голосом, от которого у меня побежали крупные, как подземные ящерицы, мурашки:

– Всякий, кто попытается снять с меня доспехи, умрет!

Десантники замялись, я буркнул с досадой:

– Что за суеверия?.. Ладно, покажу, как это делается.

Быстрым движением сорвал с нее шлем. Копна иссиня-черных волос обрушилась на спину, закрыв доспех до поясницы. Ого, сказал я себе, такая считалась бы красавицей, если бы не злобность на морде лица. Хотя манекенщицы с такими мордами и с таким выражением как раз и ходят по подиуму.

Она смотрела мне в глаза, ярость окрасила ее щеки в алый цвет. Я расстегнул защелки, десантники подхватили пластины доспехов. Императрица осталась в легком свитере, я с неумолимостью покачал головой:

– Снимай все. До ниточки.

Она спросила холодно, глядя мне в глаза:

– При всех?

– Ребята, – сказал я, – отвернитесь. Не волнуйтесь, императрица, вашей императьей… империной… имперячьей… в общем, вашей царственной чести ничто не грозит. Вы не в моем вкусе. Мое сердце уже отдано другой. А взамен своей одежды возьмите мою рубашку. Сейчас тепло, а она вам… гм… пойдет.

Она фыркнула, как часто она это делает, взялась за края свитера и одним движением подняла его над головой. Перед моим лицом мелькнули ее полные груди, белые и нежные, изумительной формы, алые кончики, в следующее мгновение она отшвырнула свитер в сторону.

– Довольны?

– Одевайте, – предложил я.

Она морщилась, кривилась, рубашка ей коротковата, слишком удалась ростом, но в плечах еще уже торкессы, пуговицы застегнула под самое горло.

– Все снимайте, – напомнил я.

Она прожгла меня злым взглядом, сняла все, вышвырнула даже трусики. Я проверил, нет ли крохотных сережек в ушах, колец в носу или в пупке, сказал Ургану:

– Все, можно ехать. Все маячки должны остаться позади.

Он с трудом повернул голову, шумно выдохнул. Десантники сидели присмиревшие, старались не смотреть на голые коленки императрицы. Машина тронулась, я чувствовал на спине жжение. Это Изольда прожигает дыру злым взглядом. Я посматривал по сторонам, кладбище разбитых танков тянется на километр, затем пошли ухоженные заросли терновника, попадаются лужайки цветов, слишком красивые и нежные, чтобы не признать в их создании руку человека.