Чтение онлайн

Она не просыпается. Даже если ее сильно толкают, или трубят в ухо бравурную мелодию, или выливают бадью холодной воды на голову. Я ничего не знаю о таких снах.

Разумеется, моя жена, королева, пребывает в ужасном состоянии. Она отказывается отойти от принцессы, и, полагаю, мне не следует винить ее в этом. Ведь она как-никак женщина.

Я сказал ей, что мы найдем самых лучших в королевстве целителей и провидцев. Мы не пожалеем для них монет. Мы будем искать их по всем городам и весям.

Но каждый раз, когда я пытаюсь успокоить ее, она плачет еще горше, словно мои слова лишь все усугубляют. В довершение всего она не только утратила веселость… но, похоже, винит меня в нынешних несчастливых событиях. Она даже осмелилась обвинить меня в том, что я настаивал на раннем замужестве нашей дорогой принцессы! Словно у меня был выбор!

Но, конечно, я не мог открыть ей.

Разве я мог рассказать ей… о проклятии?

В мыслях мое спасение представало красивым и грациозным – вращение здесь, пируэт там, – но в реальности оно сопровождается действиями куда более неуклюжими. Я карабкаюсь по склону горы с пещерными жилищами, мое испорченное платье порвалось в нескольких местах. Разумеется, мой наряд, созданный для долгих променадов, не годится для колючего кустарника и приставучих лиан. Но тем не менее я, удивляя саму себя, чуть ли не на четвереньках спускаюсь вниз и, поскользнувшись, очень не по-королевски врезаюсь в стог сена. Пользуюсь этим, чтобы отдышаться и проверить, не слышал ли кто, как я в высшей степени неэлегантно упала.

К счастью, этой ночью не сплю только я, и незамеченная направляюсь в чащу леса или бог знает куда еще.

Как же я хочу оказаться дома, в безопасности, в окружении моих книг, и слышать, как Роза и Сюзетта хихикают, глядя в окно на лиц мужского пола, которых находят красивыми, или умопомрачительными, или смешными. Как отчаянно мне хочется пить чай с мамой, которая, когда я была совсем маленькой, целый месяц держала меня на руках… Ах, если бы она делала это сейчас, то избавила бы от всего этого, вернула бы меня домой. При свете полумесяца я иду прочь от деревни в скалах. Но внезапно понимаю, что за мной кто-то следует. Там хрустнет сучок, здесь хлестнет ветка. Но, оглядываясь, ничего особенного не вижу. У меня за спиной никого нет.

И все же я чувствую, будто кто-то наблюдает за мной, преследует в лесу, становясь свидетелем моих злоключений.

Останавливаюсь, чтобы передохнуть, и, прислонившись к дереву, стараюсь дышать как можно тише, чтобы уловить звуки, издаваемые таинственным преследователем.

Я что-то слышу. Это не шелест. А что-то более решительное.

Но каждый раз, когда я останавливаюсь, повисает тишина.

Я решаю схитрить. Решаю побежать между деревьями, а потом остановиться как вкопанная и заставить того, кто прячется в лесу, обнаружить себя.

Бросаюсь вперед, а затем резко останавливаюсь.

Чик-чик.

Ага! Сейчас я обернусь и застукаю преследователя на месте преступления!

Но тут же испытываю чувство облегчения.

Оказывается, это всего лишь черная птица, взирающая на меня с ветки.

– Кыш. Кыш, – пытаюсь прогнать ее я. – Улетай отсюда! Убирайся прочь!

Но птица продолжает спокойно таращиться на меня.

– Ну давай. Я не могу целую вечность стоять здесь под твоим пристальным взглядом. Кыш! – снова машу я руками.

Птица наконец улетает в ночное небо.

Я с облегчением вздыхаю и отчитываю себя за излишнюю подозрительность. Что я себе вообразила?

Это была обыкновенная черная птица.

Но через минуту она возвращается.

– Ну что такое? Почему ты навязываешь мне свое присутствие? – спрашиваю я пристально разглядывающую меня птицу.

Вдруг к ней присоединяется еще одна птица.

И еще одна.

Они смотрят друг на друга, а потом… на меня. Мне приходит в голову, что я, должно быть, схожу с ума. Мне кажется, птицы о чем-то совещаются между собой.

Я стою и смотрю на них. Они, в свою очередь, смотрят на меня и молчат.

– Ну что, я произвела на вас впечатление? – продолжаю я. – Возможно, вам прежде не доводилось видеть принцесс. Так примите мои поздравления. Нет нужды кланяться или делать книксены, поскольку мы с вами в лесу. К тому же, говоря откровенно, вы птицы.

Одна из птиц наклоняет голову набок. Вопросительно. Другая что-то чирикает, и, словно соглашаясь с ней, все птицы быстро улетают. Так-то вот. У меня создается впечатление, будто я ответила на все имеющиеся у них ко мне вопросы.

Смотрю на луну в небе.

– А ты? Чего хочешь? Тоже собираешься идти вслед за мной?

Но луна и не думает отвечать.

Знаю, глупо с моей стороны разговаривать с небесными телами и птицами. Но в чаще леса тревожно и одиноко, а беседы с самой собой успокаивают меня и приводят в созерцательное настроение.

Абсурдный пустячок. Игра. Попытка обнаружить свет в темноте.

Вперед, дорогая принцесса.

Вот только мгновение спустя я, кажется, слышу… голос… доносящийся оттуда, куда улетели птицы. Ветер шепчет нечто сентиментальное:

– Ты мне снилась.

Чушь. Ветер не может прошептать целую фразу!

Я, оцепенев, разворачиваюсь и стараюсь успокоиться.

Но в темноте никого нет.

У меня, должно быть, слуховые галлюцинации. Да, мой ум играет со мной в злые игры. Это путешествие сильно утомило меня.

Дело только в этом и ни в чем больше.

Прошло двадцать четыре часа с тех пор, как я решила бежать, и за это время, крадучись, ускользнула из деревни на скалах, добралась до леса и пошла, как мне казалось, по тропе, ведущей к поляне. Но нет, это не тот путь, по которому ехали мы со Сваном. Это точно. Тогда я мало что успела разглядеть, за исключением воинственных, раскрашенных созданий, которые поймали меня, а также внушающего тоску ландшафта, где гремели взрывы и по колено в грязи работали дети.

Мне предстоит другой путь. Неизведанный. И лучше не думать о бесчисленных опасностях, которые могут повстречаться на нем. Разумеется, возможно, меня ожидают исключительно хорошие вещи. Удивительные. Более приятные, чем грязный лес за спиной.

Знаете, есть слова, которые нужно обязательно говорить себе, чтобы продолжать идти.

Когда первые утренние проблески превращаются в зарю, лес, кажется, начинает редеть и птицы распевают мне серенады сквозь полог из листьев. Да, деревья отступают от меня и друг от друга.