Чтение онлайн

Семенов забрался в клетку и принялся выгребать сброшенные тумашем иглы. Они противно гремели, когда Андрей сметал их щеткой. Дотрагиваться руками, пусть даже в перчатках, до шипов, покрытых острыми, словно бритвы, чешуйками, не хотелось. Возможно, они ядовиты.

– Грог!
– "серый" уже практически кричал.

Андрей дернулся, но заставил себя остаться на месте. Его никто не звал.

– Грог!
– в отчаянии взвизгнул "серый".

Больше Семенов не выдержал. Бросил щетку, вылез из клетки и побежал на помощь.

На первый взгляд с клеткой, в которой жила огромная огненная змея, все было в порядке: прутья не погнуты, замок цел, перегородка поднята. Змея находилась в одной половине, "серый" в другой. Только вот пол на обеих половинах, казалось, горел, но пламя больше походило на свечение. Оно не дымило и быстро распространялось по полу, проникало сквозь прутья и тонкими струйками скользило по центральному проходу.

– Грог!
– в последний раз крикнул второй пилот и выскочил из клетки.

Только подбежав ближе, Андрей разобрался, в чем дело. По полу скользили не огненные струйки, а змейки - точные микрокопии огромной твари в клетке. Семенов поддел одну змейку ногой и отшвырнул ее ближе к мамаше.

– Лови их! Лови! Они пол прожгут!
– крикнул "серый".

По ноге Андрея поднимался жар. Он опустил глаза и открыл рот - сапог, которым он дотронулся до змееныша, медленно тлел.

– Черт!

Семенов быстро скинул его и огляделся.

– Ведра! Ведра неси!
– заверещал коротышка, - металлические!

Теперь "серый" не брезговал говорить с человеком. Грог не отзывался, и второму пилоту пришлось обратиться за помощью к товарищу.

Семенов побежал к своей тележке, высыпал порошки прямо на пол и взял четыре ведра.

– Лови этих тварей!
– верещал "серый".

Весь проход заполнили светящиеся струйки. Внезапно что-то громко лязгнуло - закрылись обе двери, отделяющие шестой сектор от других отсеков корабля. Значит, Грог все видел, но специально не вмешивался.

Андрей бросился к ближайшей змейке и накрыл ее ведром.

– Сюда!
– мельтешил коротышка, - сюда сваливай!

Он достал откуда-то из-за клеток большой металлический чан и посадил туда трех или четырех огненных малышек.

– Это самка!
– пояснил "серый".
– Она была беременна, а теперь родила!

– Я думал, змеи откладывают яйца.

– Ваши змеи, может, и откладывают. А это даже не змея. Это псероконтус с Азима. Вон они! Обходи слева!

Андрей изловчился и накрыл ведром сразу трех детенышей.

– Они плохо соображают, - тараторил второй пилот, - но быстро ползают и могут доставить кучу неприятностей.

Семенов нашел глазами сапог, от которого остался только каблук и кусок подкладки, и присвистнул.

"Серый" действовал ловко: накрывал змеек ведром, делал хитрое движение, словно подсекал рыбу на рыбалке, и огненные твари оказывались внутри, а спустя мгновение - в металлическом чане. У Андрея так ловко не получалось, но он умудрился поймать не меньше десятка, когда второй пилот тяжело опустился на перевернутое ведро и вытер тыльной стороной ладони лоб.

Угроза пожара миновала, детеныши огненной змеи находились в изоляции в чане.

– Нужно тут все залить пеной, - выдохнул инопланетянин.
– Не пойму, почему Грог не откликнулся? Он закрыл двери, значит, знал о происходящем.

– Нас помирить хотел, - догадался Андрей.
– Прости, что напугал тебя в первый день и не извинился.

– Прощаю, - узкая щель рта пришельца стала еще уже и растянулась в подобии улыбки.
– Ты наверняка тоже испугался. Ночью. Я ведь знаю, у вас, землян, о нас всякое говорят. Извини. У нас и правда проблемы с размножением, но уверяю тебя, чужие детородные органы нам не нужны.

Семенов протянул второму пилоту руки.

– Андрей, - представился он.
– Очень приятно познакомиться.

Глава 11

Расчеты и просчеты

С тех пор, как Андрей помирился с Илорэль и "серым", корабельные будни стали намного приятнее.

Во-первых, за ужином девушка не смотрела исключительно в тарелку, а принимала участие в разговоре. А так как ужин считался "священным временем", и на него обязательно собирались все члены экипажа, прекрасная блондинка не пропускала ни одной трапезы.

Завтрака как такового не существовало, хоть Кокуш и считал его важнее обеда и ужина вместе взятых, и сильно ругал корабельные порядки. Обедали все в разное время и, случалось, в разных местах. Ужин оказывался чуть ли не единственным часом, когда Семенов мог увидеть дочь капитана и даже перемолвиться с ней парой слов - больше его никто не кусал, и предлога обратиться к целительнице не находилось.

Во-вторых, теперь за ужином царила действительно домашняя атмосфера. Андрей все еще считался новичком, но уже стал "своим". О'рдрин относился к землянину как к гостю, и Семенова больше не напрягала своеобразная улыбка капитана. Грог пояснил, что у "гоблинов", то есть орлянцев, отсутствуют некоторые мимические мышцы, они не умеют щуриться и хмурится, поэтому в истинном облике они улыбаются только нижней частью лица.

Дортмос относился к человеку, как к лучшему другу, а Кокуш - как наседка относится к цыпленку. Семенову доставались самые сладкие кусочки, и он шутил, что в один прекрасный день растолстеет и перестанет пролезать в двери. Кок в ответ громко смеялся, шлепал себя по внушительному пузу и уверял, будто живот ничуть не мешает активной жизни.

Но самое приятное состояло даже не в ежедневных встречах с Илорэль. "Серый" поговорил с капитаном, и человеку официально разрешили приходить на капитанский мостик, чем Семенов и пользовался, когда на дежурство заступал его новый друг.

Благодаря фантастическим фильмам Андрей имел некоторое представление о капитанском мостике, но на деле все несколько отличалось от фантазий землян.

На капитанском мостике "Грога" отсутствовал иллюминатор, вместо него центральную стену занимал огромный, с пола до потолка, экран, на котором отображалась карта неба и куча технических данных. Непонятные буквы, цифры и графики ни о чем Семенову не говорили. В центре помещения стоял круглый стол, который вполне мог заменить человеку кровать. На столе лежал большой лист плотной бумаги, тоже, к слову, круглый.

Панель управления делилась на три секции, которые отделялись друг от друга перегородками, и включала в себя несколько сотен кнопок, рычажков и дисплеев. По словам Дортмоса, первая предназначалась для ручного управления полетом, вторая - для контроля жизнеобеспечения корабля, а третья дублировала две первые. У нее автономное питание, и задействовала она иные узлы.

– Я понял, - кивнул Андрей, когда второй пилот попытался растолковать идею.
– Все как у самолета. Есть гидравлическая система, которая использует "трубопровод" со специальной жидкостью, а есть запасная, механическая. Правда, убогая и куцая, но ее вполне достаточно для посадки самолета, если откажет гидравлика.