Чтение онлайн

Имаэри с уважением посмотрела на Радинэль, и подтвердила ее слова.

— Сайфелаэ знает про это растение?

— Конечно, знает. Любой, кто работает с цветами знает, как важно не спутать декоративные эхиноцистисы с экбаллиумом. Про свойства плодов этих растений ей тоже прекрасно известно, и, выращивая, напитать сонной вытяжкой, она легко смогла бы. Собственно, я тоже так смогу, просто большого смысла в этом нет. Плоды быстро портятся, их применять надо не позднее суток с момента отрыва от растения. Иначе они взорвутся самостоятельно.

— Похоже на правду, — сложила я воедино всю информацию. — Противоядие есть?

— Конечно, есть. Правда, отмечу вот что. Применять его лучше всего на уже спящего от действия вытяжки. Тогда я гарантирую успех. А вот примененное заранее противоядие может не дать нужного эффекта. Причем чем больше времени прошло с момента применения до отравления, тем меньше шансы на успех.

— Хорошо, тогда мне придется отравиться, — учла я эту информацию. — На всякий случай, доставьте сюда еще и сам сонный яд.

Радинель, переглянулась с Имаэри, кивнула, подтверждая получение приказа, и быстро удалилась. Я окинула всех собравшихся. Помимо Имаэри и Радинэль сюда пришла еще кое-какая группа поддержки, которой надлежало устроить засаду. Вроде бы, все было учтено. Пора было действовать. Хотя нет, был еще один любопытный момент…

— Кстати, Шайтлайн, Т’рисстри, скажите-ка, а как вы определили там, в тронном зале, тот факт, что я изменилась? — уточнила я напоследок. — Сможет ли «Ясинтра» опознать мое изменение сейчас?

— Ни Зарда, ни Сайфелаэ с того момента с «Ясинтрой» не контактировали, — отметил Шайнтлайн. — Она может и не знать. А если знает, то только от кого-то еще. Но сейчас она не определит самостоятельно, можете не волноваться. Любой дроу знает про свечение, которым могут окружать себя quortek’caluss, а в момент превращения и некоторое время после него вы светились лунным светом. Он уже давно погас.

— Вот и хорошо. Заодно узнаем, замешана «Ясинтра» в этом заговоре, или ее используют втемную. Отправляемся.

***

Камера «Ясинтры» была сделана из обычной «жилой» комнаты замка, разве что, окно было надежно заделано. Мучать и пытать пленную я не пожелала, так что обстановка в камере была вполне приличной: пара табуретов, стол, кровать и тумба. Все это было сделано в стиле дроу: смесь камня, кристаллов и древовидных грибов. Весили все предметы немало, были основательными и крепкими, так что использовать их в качестве оружия или сломать, и затем использовать, не удавалось. Так что единственной пыткой «Ясинтры» была скука. Была бы — если бы не игровые условности. Я уже не раз заходила к ней в гости до этого, но разговора не получалось. Впрочем, я и не настаивала. Мне было важны не «Ясинтра», а Сайфелаэ и Зарда, так что все визиты были только попыткой раскачать ситуацию. Последние дня три, занятая ликвидацией внешних угроз, я и вовсе перестала навещать пленницу.

Однако сейчас все пошло иначе. Как только охранник запер за мною дверь — хорошо запер, быстро ее было не открыть, что заставило меня лишний раз задуматься, кто же устроил мне ловушку — «Ясинтра» повела себя не как обычно. Она встала в полный рост. Пленница всегда старалась хоть как-то оскорбить меня, например, не вставала с кровати, так и плевалась ядом, лежа, демонстрируя свое неуважение. Сейчас, и стоило мне войти, она встала из-за стола. Хотя по мелочи, все-таки, попыталась уязвить, заговорила на всеобщем, а не на илитиири. По ее понятиям, это должно было меня задевать.

— Явилась? — презрительно бросила мне «Ясинтра», даже не поприветствовав. — Как обычно, не торопилась.

— Хочешь сказать, что я была обязана предстать перед твоими очами по первому требованию? — я, не слишком-то возмущаясь попытками оскорблений, села за стол и жестом пригласила сесть пленницу. Та подчинилась.

— Нет, — ответ оказался неожиданным, и напряг меня еще больше. — Я у тебя в плену, так что на подобное не рассчитывала.

— Что-то изменилось, — констатировала я. — Ты, наконец, включила голову, вспомнила задания, которая тебе давала матрона Хланэлд, а затем и посланники Матери, и занялась исполнением своих прямых обязанностей?

— Странно, правда?

— Странно то, что тебе потребовалась неделя, чтобы понять, за что же Мать наша тебя так занятно наказала.

— Побудь ты в плену у крыс, тоже бы окрысилась на весь мир.

— А до крыс ты на весь мир опаучивалась?

— L'elamshin d'lil Ilythiiri zhah ulu har'luth jal, — высказала мне «Ясинтра» таким тоном, словно объясняла нечто очевидное нерадивой ученице. И перевела на всеобщем, словно я не знала илитиири, — Судьба дроу — завоевать всех! Низшим и еретикам нет места на вершинах власти.

— L'elamshin d'lil Ilythiiri zhah ulu ilstar tresk’ri, — возразила я. И точно так же перевела. — Судьба дроу — править миром. Почувствуй разницу.

— Но все равно сперва придется исполнить первую истину. Иначе вас не поймут.

Я или напрасно регулярно заходила в гости к «Ясинтре», или напрасно дала ей как следует подумать. Сейчас перед мною была крайне опасная противница, причем самым опасным ее оружием было то же, что и у меня: дипломатия и искусство убеждения. Разительное изменение по сравнению с той высокомерной и заносчивой особой, что занимала эту камеру ранее. Но что же вызвало эти изменения?

— А знаешь, я даже соглашусь. Просто понятие «завоевывать» имеет очень много разных смыслов. Например, «завоевать уважение».

— И как, получается?

— Пока да.

— До первого заговора. И первых фанатиков.

— Служительница Паучихи согласна с моей тактикой? — хмыкнула я. — Звучит занятно. Но не отвечает на вопрос, зачем я тебе понадобилась так срочно?

— Для начала отвечу на твой старый вопрос: почему я проиграла этой хищной ящерице из покойного дома Торафин, не смотря на благословение Ллос. Банально: я не имела права тратить выданные мне силы на споры и конфликт, они мне были дарованы совсем с другими целями. Но если я честно ответила на этот вопрос, то не соблаговолит ли Леди Замка ответить на мой: почему я нахожусь в плену, и до сих пор не казнена? Перефразирую его немного точнее: для чего я нужна?

— Держи своих друзей близко, а врагов еще ближе. Или ты сама еще не догадалась, что у меня в замке есть некоторые личности, которые совсем не против присягнуть Матери, и для это обращаются к тебе? Ты всего лишь приманка для таких лиц.

— Если ты про светлую дуру-цветочницу, то могу лишь разочаровать. Она даже не понимает, к кому обращается. Ненавидит, желает мести, но не может понять, что такое настоящий страх, в чем заключается его сила. Мать отвергнет ее. Но не упустит случая через ее глупость нанести удар по Замку. Удивляешься, что я это говорю? Просто не считаю тебя настолько дурой, чтобы не понимать столь очевидные вещи.