Чтение онлайн

– Кого ты так боишься? Кто угрожает тебе?

– Я не могу пока сказать об этом.

– Твое дело – твоя жизнь. Но все равно тебе придется быть со мной предельно откровенным, – холодно произнес Оружейник. – Иначе, ты не дождешься от меня помощи.

– Я понимаю это и прошу тебя понять, что некоторые вещи я не могу рассказать пока.

– Почему?

– Ты пока не готов к информации такого рода.

– Тебе ли судить?

– Может быть, не мне, но другого выхода я не вижу. Поверь мне на слово.

Я знаю, что едва сдержался в тот момент, чтобы не закончить этот разговор и покинуть сон. В другое время и в другом месте я бы, вероятно, так и поступил, но в тот момент мне удалось убедить себя продолжить общение.

– Когда ты сможешь рассказать мне все без утайки?

– В самое ближайшее время, – сразу ответил Клаус. – Это зависит не от меня.

– От кого?

– От тебя.

– Почему я оказался здесь? – неожиданно, без переходов спросил его Оружейник.

– Здесь?

– Да, здесь, в этом сне, твоем мертвом городе?

– Я смог выяснить, что на тебя готовится покушение, и ты окажешься в этом сне.

– Каким образом?

– С помощью табича, наверное, иначе насильно затянуть Плетущего в нужный сон не получится…

– Я прекрасно знаю, как можно заставить Плетущего оказаться в другом сне, отличном от того, куда он собирался попасть. Я спрашиваю тебя, как ты смог выяснить, что на меня готовится покушение.

– Я не могу этого сказать, – тихо ответил Клаус.

– Не можешь или не хочешь?

– Не могу. Ты еще не готов.

– Ладно, – с плохо скрываемым раздражением Оружейник махнул рукой, – продолжай. Я тебя выслушаю, но не надейся, что поверю или брошусь помогать тебе.

– Я этого и не жду так сразу.

– Продолжай, – повторил мой двойник.

– Я узнал о готовящемся на тебя покушении и сделал все, чтобы оно сорвалось. Я сбил убийцу со следа, разделив твою сущность на пять составляющих, и он не смог обнаружить тебя.

– Расскажи подробней об этом… методе.

– На самом деле все очень просто. Что ты делаешь, когда оказываешься во сне?

Оружейник ответил не сразу, глубоко задумавшись над ответом, и наконец произнес:

– Ах вот оно что…

– Да, именно так, – Клаус правильно понял его. – Первым делом ты плетешь, создавая себе одежду, оружие и «созерцаешь», оглядываясь вокруг. Я всего лишь должен был успеть за тобой.

– И ты успел.

– Успел, – спокойно кивнул Клаус. – Хотя это было очень сложно – успеть за твоими мыслями.

– Этот фокус можно провернуть с любым Плетущим?

– Нет, далеко не с любым. Нужно хорошо знать человека, знать способ его мышления, и еще очень важно иметь общих знакомых, чьи облики должно принять разделившееся сознание.

– Ну да, не придашь же им его собственный облик – Плетущий сразу поймет обман, – промолвил Оружейник задумчиво и уже громче обратился к Клаусу: – Как ты додумался до того, чтобы представить все так, словно мы… я снова оказался на экзамене?

– Главной причиной послужил откат твоей памяти, связанный с разделением сознания на несколько составляющих. В данном случае мое вмешательство оказалось минимальным. Плюс ко всему прочему мое присутствие должно было быть логично обоснованным и не вызывающим лишних вопросов. К тому же, – добавил Клаус, – я очень нервничал в связи с нашей встречей, и это послужило дополнительным стимулом, чтобы для тебя все было, как тогда. Естественно, нельзя забывать и об окружающем пейзаже. Руины моего города как нельзя лучше подошли под декорации завершающего этапа нашего экзамена. Нужно сказать, что мои усилия, направленные на то, чтобы не дать тебя обнаружить, оказались не напрасными, потому что на первых тварей мы наткнулись совершенно случайно, а не они выследили нас.

– Рассказывай подробней, – сказал мой двойник, и Клаус невольно передернул плечами под тяжелым взглядом собеседника.

– Когда ты покинул нас, ну, после того, как ударил … Катю…

– Я понял, – кивнул Оружейник, когда Клаус запнулся на слове. – Тогда я был не в себе. Мне казалось, что во мне сидят два совершенно разных человека, а при попытках что-нибудь вспомнить появлялась сильнейшая головная боль.

– Это неизбежные следствия разделения и обособления потоков сознания, – объяснил собеседник.

– Пусть будет так.

– Хорошо. Так вот, когда ты ушел, остальные вели себя по-разному. Семен оказался единственным, кто предложил дождаться тебя, остальные требовали двигаться дальше. Видимо, никто так и не смог понять твоего поступка по отношению к Кате, а я был уверен, что ты далеко не уйдешь и сразу вернешься, чтобы извиниться перед девушкой, но, похоже, я знаю тебя не так хорошо, как думал. Мы прозевали нападение тварей, но в том была моя вина – я слишком увлекся наблюдением за твоими клонами. Все случилось так неожиданно, что никто не успел ничего сделать, прежде чем, оказавшись нос к носу с не ожидавшими нашего появления тварями, одна из них напала на Сергея и ранила его. Дальше было бегство. Я и Семен прикрывали Соню с Катей, которые тянули на своих плечах Угрюмого. У нас даже не было возможности оказать ему первую помощь. На счастье, мы почти сразу вышли на тебя. Дальше ты знаешь… А вообще, я был поражен той самоотверженностью, с которой ты бросался на защиту тех, кого считал своими друзьями. Чего только стоит эпизод с Катей, когда ты едва не кинулся на осьминога с голыми руками. И я был немало удивлен тем, что, будучи сильно ограниченным в возможностях, ты, тем не менее, уверенно вел остальных за собой.

– Ты забываешь про потери, – хмуро обронил Оружейник.

– Нет, – твердо ответил Клаус, – не забываю. Потери оказались той ценой, которую мы заплатили за победу.

– Цель оправдывает средства?

– Смотря какая. Наша – оправдала, да и потерь настоящих ведь не было.

Его собеседник недобро нахмурился, глядя на Клауса, а тот, словно не замечая этого тяжелого взгляда, продолжил:

– Признаться, сначала я просто хотел сбить тварей со следа, не дать им добраться до тебя, спрятаться, но со временем я настолько увлекся игрой, что забыл о своих первоначальных планах.

– Ты снова забываешь о смертях, которых якобы не было, – злым тихим голосом произнес Оружейник.

– Нет, не забываю. А вот ты забываешь, что если бы это была не своеобразная игра, я бы сказал, спектакль с вымышленными и нереальными героями, кроме нас с тобой, то все было бы по-настоящему. И Плетущие, целая команда, были бы реальными. А навредить такому количеству настоящих специалистов силами одних тварей и Стража представляется мне крайне сложным, если вообще возможным.

– Пусть так, но для меня это не было игрой.

– Извини, если как-то задел твои чувства, но на самом деле все так и было. К тому же, наблюдая за тем, как ты справляешься с многочисленными монстрами силой одного лишь огнестрельного оружия и как умело используешь различные тактики боя, у меня со временем отпали все сомнения в успешном исходе…

– Наверное, ты забыл, – перебил его Оружейник, гневно сверкнув темными глазами, – как болтался на веревке там, под лестницей, а под тобой бесновались волки? Или как ты со всех ног удирал от тех же горилл? А когда на твоих глазах скорпион убил Семена, проткнув его насквозь? Я не помню, чтобы ты веселился и получал удовольствие от этой увлекательной игры. Скорее, ты был до смерти перепуган.