Утопленник из Блюгейт-филдс
Шрифт:
Старуха в дверях осмотрела его с удивлением.
— О, ранехонько пожаловали! — ухмыльнулась она. — Не даете девочкам выспаться!
— Я хочу поговорить с Абигайль Винтерс, — ответил инспектор с легкой улыбкой, надеясь, что это смягчит старуху.
— Так, поговорить! Это что-то новенькое, — с откровенным недоверием произнесла та. — Ладно, неважно, чем вы там будете заниматься — время, оно и есть время. Оплата почасовая. — Протянув руку, она выразительно потерла большим пальцем об указательный и средний.
— С какой стати я должен вам платить? — не шелохнувшись, спросил Питт.
— А с такой, что это мой дом! — отрезала старуха. — И если вы хотите повидаться с одной из моих девочек, вы платите мне. Что это с вами — вы здесь никогда прежде не были?
— Я хочу поговорить с Абигайль, и только, и я не собираюсь платить вам за это, — решительно произнес Питт. — Если нужно, я поговорю с ней на улице.
— О, вот как, мистер Чудак? — Голос старухи стал жестким. — Это мы еще поглядим! — И она собралась уже захлопнуть дверь.
Но Питт был гораздо крупнее и сильнее ее. Приставив ногу к косяку, он всем своим весом навалился на дверь.
— Эй! — сердито воскликнула старуха. — Только попробуй войти силой, я позову ребят, и они отметелят тебя так, что родная мама не узнает! Ты и так не красавчик, но после того, как ребята поработают над тобой, на тебя взглянуть будет страшно, это я обещаю!
— Значит, угрожаете мне, так? — невозмутимо промолвил Питт.
— Вот теперь ты все понял, — удовлетворенно заметила старуха. — И будет лучше, если ты мне поверишь!
— Это весьма серьезное преступление — угрожать сотруднику полиции при исполнении его обязанностей. — Он спокойно выдержал пронзительный взгляд старческих глаз. — За это я мог бы отправить вас в Колдбат-филдс. Как вам это нравится? Не хотите месячишко-другой пощипать пеньку?
Лицо старухи побледнело под слоем грязи.
— Лжец! — бросила она. — Ты не шпик!
— О нет, я полицейский. Расследую дело о поджоге. — Это была правда, хотя и не совсем. — Итак — где Абигайль Винтерс? Побыстрее, а то я рассержусь и вернусь сюда с подкреплением.
— Сволочь! — выругалась старуха. Однако злоба в ее голосе исчезла, сменившись злорадством. Рот ее растянулся в улыбку, открывающую гнилые зубы. — Так вот, мистер Шпик, повидаться с ней вы не сможете — потому что она здесь больше не живет! Съехала сразу же после суда. Отправилась навестить какую-то кузину или кого там еще, в деревню. И бесполезно спрашивать, куда именно, потому что я не знаю, и мне нет до этого никакого дела! Она могла уехать куда угодно. Если она так уж вам нужна, ищите ее сами. — Она сухо рассмеялась. — Конечно, вы можете зайти и обыскать весь дом — если вам угодно!
Старуха широко распахнула дверь. Питту в нос ударило зловоние гнилых объедков и помоев, однако ему уже слишком часто приходилось сталкиваться с ним, и он даже не поморщился.
Томас поверил старухе. И если его настойчивые, неумолкающие подозрения все-таки соответствовали действительности, в исчезновении Абигайль Винтерс не было ничего неожиданного. И все же не убедиться в этом наверняка было бы непростительной небрежностью.
— Да, — сказал инспектор. — Да, я зайду и посмотрю.
Боже милостивый, сделай так, чтобы за дверью не поджидали громилы, готовые отдубасить его вдали от любопытных глаз! Старуха могла пойти на это — просто чтобы отомстить за оскорбление. Но, с другой стороны, если она поверила, что он сотрудник полиции, подобный шаг явился бы глупостью, которая могла бы погубить весь ее бизнес, — а такую роскошь старуха определенно не могла себе позволить. Одного лишь названия Колдбат-филдс было уже достаточно, чтобы отрезвить любого человека, опьяненного жаждой отмщения.
Питт проследовал за хозяйкой по длинному коридору. Здесь царила нежилая, мертвая атмосфера, как в танцевальном зале при свете дня, когда нет больше ни веселья, ни смеха и ни укромных теней.
Старуха открывала перед инспектором двери, одну за другой. Он видел смятые кровати, убогие в тусклом освещении, и на него слипшимися глазами смотрели девушки, еще не отмывшиеся после вчерашней косметики, и ругались за то, что он их разбудил.
— Сюда пожаловал фараон, посмотреть на вас, — злорадно объясняла старуха. — Он ищет Абби. Я ему сказала, что ее тут нету, но она так ему нужна, что он решил проверить сам. Он мне не верит!
Питт решил с ней не спорить. Он ей поверил, но все же нельзя было оставить без внимания ту крохотную вероятность один из ста, что старуха лжет. Ради собственного успокоения инспектор хотел убедиться наверняка.
— Ну вот! — торжествующе заявила старуха, когда он закончил обход. — Теперь вы мне верите, а? Вы должны передо мной извиниться, мистер Фараон! Абби тута нету!
— В таком случае вместо нее придется отдуваться тебе, понятно? — желчно заявил Питт, с удовлетворением отметив на лице у старухи полное изумление.
— Я ничего не знаю! Вы ведь не думаете, что сюда заявляются разные джельтмены, чтобы переспать со мной, правда? Джельтмен без портков ничем не отличается от любого другого мужчины. Они любят всяких, но только не старух.
Питт поморщился от такой грубости.
— Вздор! — резко произнес он. — Ты в жизни своей не видела истинного джентльмена — и уж точно не здесь!
— Так говорила Абигайль, и я слышала ее слова, — возразила старуха, пристально глядя на него. — И она так заявила в суде, да. Это было в газетах. У меня здесь есть одна грамотная девушка, точно. Она была в услужении, пока не стала закладывать за воротник.
У Питта в голове оформилась одна мысль, внезапно и без предупреждения.
— Абигайль говорила тебе все это до суда или после? — тихо спросил он.
— Конечно, после, лживая корова! — Лицо старухи исказилось от гнева и злости. — Она не собиралась никому ничего говорить, да! Хотела прикарманить все денежки себе — а я даю ей крышу над головой и защиту! Неблагодарная стерва!
— Ты становишься беспечной, — с презрением посмотрел на нее инспектор. — Впускаешь в дом двух состоятельных джентльменов и не получаешь свою долю. А ты должна была догадаться, что у таких прилично одетых господ водятся деньги — и немаленькие!